Как ни тяжко было падение прародителей (повредившее весь состав человеческого существа: разум, волю, чувства и тело), они все же не вполне утратили запечатленный в них образ Божий. Образ Божий повредился, но не был уничтожен грехом в человеке. Падший человек, сказано в Послании Восточных Патриархов, «помрачился и лишился совершенства и бесстрастия, но не лишился природы и силы, которые получил от Преблагого Бога, (иначе) он сделался бы неразумным и, следовательно, не человеком, но он сохранил ту природу, с которой сотворен был, и природную силу, свободную, живую и деятельную, так что по природе мог избирать и делать добро, убегать и отвращаться зла»542. Хотя воля человека преклонилась более к злу, нежели к добру, однако она осталась неповрежденной по отношению к желанию добра и зла543. То есть в своем уме человек может свободно избирать добро или зло, хотя на практике чаще склоняется к злу. Как монета с царской печатью, если будет отнята от нее некая часть, становится ущербной и не имеет уже цены, так и человек утратил благодать и омрачился, но естественное добро отчасти осталось в его природе. Он может чувствовать доброе и желать добра. Он по-прежнему имеет некоторую способность творить добро и раскаиваться в зле. Например, после грехопадения прародители почувствовали стыд, тотчас услышали голос Господа и узнали Его, поняли, что сделали злое дело, – все это свидетельствует о том, что в них сохранились остатки образа Божия: разум, совесть и способность в будущем к покаянию. Разум человека даже и в падшем состоянии не утратил способности к познанию истины, поэтому Апостол называет безответными язычников, не познавших то, что можно было знать о Боге из окружающего мира.