Сцена 4
Комната в доме Анджело.
Входит Анджело.
Анджело
Хочу ль молиться или размышлять,
Молитвы, мысли – все идет вразброд…
Слова пустые небу говорю:
Не слыша их, мое воображенье
На якоре у Изабеллы стало…
И я жую, как жвачку, имя божье,
А в сердце – ядовитый грех желаний…
Наука государственного дела
Сухой и скучной стала мне, подобно
Полезной, но давно прочтенной книге.
И всю мою прославленную важность,
Которой я горжусь, – не при других
Будь сказано, – я выгодно сменял бы
На перышко, которым на свободе
Играет ветер. О почет! О внешность!
Как часто ты своею оболочкой
Не только на глупцов наводишь страх,
Но мудрых ложным блеском увлекаешь!
Страсть остается страстью. Пусть напишут
У черта на рогах: «Вот добрый ангел», —
То будет ложный герб.
Входит слуга.
Что там еще?
Слуга
Монахиня одна
Желает видеть вас.
Анджело
Веди сюда.
Слуга уходит.
О боже!
Зачем же кровь так к сердцу прилила,
Что и оно собою не владеет
И остальные члены все лишило
Необходимых сил?..
Вот так теснится глупая толпа
Кругом того, кто в обморок упал:
Помочь ему желая, отнимает
Тот воздух, что его бы оживил.
Так чернь бежит к любимому монарху,
Кругом толпится ревностно и льстиво,
И грубая и шумная любовь
Скорей на бунт похожа.
Входит Изабелла.
Что скажете, прекрасная девица?
Изабелла
Решенье ваше я пришла узнать.
Анджело
Приятней было б мне, когда его
Уже вы знали бы. Ваш брат умрет.
Изабелла
Так. Что ж, храни вас Бог.
(Хочет уйти.)
Анджело
А мог бы жить
Как вы и я. Но должен умереть.
Изабелла
Так вы решили?
Анджело
Да.
Изабелла
Когда? Скажите, умоляю вас,
Чтоб в этот срок – пусть в долгий иль короткий —
Душа его очиститься успела.
Анджело
О, гнусный грех! Одно и то же будет
Простить того, кто отнял у природы
Жизнь человека, и простить того,
Кто в низком сладострастье беззаконно
Чеканит, как фальшивую монету,
Подобье божие. Да. Ведь не хуже
Отнять уже сложившуюся жизнь,
Чем влить металл в прибор неразрешенный
И жизнь фальшивую создать.
Изабелла
Так судят в небесах – не на земле.
Анджело
Ага, вот как! Я вас ловлю на слове:
Что предпочли бы вы – дать брату
Пасть жертвой справедливого закона
Или ценою собственного тела
Спасти его, отдавшись на позор,
Как та, что обесчестил он?
Изабелла
Поверьте!
Скорее жизнь свою отдам, чем душу.
Анджело
При чем душа тут? Вынужденный грех
Сочтется – не причтется.
Изабелла
Что за речи?
Анджело
Я, впрочем, не ручаюсь. Сам себя
Могу я опровергнуть. Но ответьте:
Я именем закона произнес
Над вашим братом смертный приговор.
Но нет ли милосердия в грехе,
Которым можно жизнь его спасти?
Изабелла
Спасите! Грех я на душу возьму.
Не будет это грех, а милосердье!
Анджело
Коль этот грех вы на душу возьмете —
Сравняются и грех и милосердье.
Изабелла
Коль это грех – за жизнь его молить, —
Пусть небо даст мне сил на искупленье!
Коль это грех, что вы его простите, —
То я прибавлю в утренней молитве
Ваш грех к своим грехам и за него
Вы не ответите!
Анджело
Но вы меня
Не поняли. Что это? Простота
Иль хитрое притворство? Это хуже.
Изабелла
Пусть я проста, пусть я во всем плоха,
Но лишь бы помнить мне, что я не лучше!
Анджело
Так ум лишь хочет ярче ослепить,
Когда себя скрывает. В черной маске
Сильней нас привлекает красота,
Чем без нее. Но… слушайте меня.
Чтоб быть ясней, заговорю я проще:
Ваш брат умрет.
Изабелла
Так.
Анджело
И грех его таков, что за него
Закон карает только смертью.
Изабелла
Знаю.
Анджело
Допустим, способ есть его спасти.
(Под этим я не мог бы подписаться,
Но предположим!) Вы – его сестра.
И кто-то к вам желаньем воспылал,
Кто б мог… своим влияньем на судей,
Своей ли властью… Клавдио спасти
От кары всемогущего закона,
И в мире не было б другого средства
Спасти его, как только лишь отдать
Сокровище девичьей красоты,
Чтоб выкупить его, иначе смерть…
Как поступили б вы?
Изабелла
О… как для брата, так и для себя:
Будь даже я сама под страхом смерти,
Рубцы бичей носила б, как рубины,
С восторгом в гроб легла бы, как в постель,
Чем тело дать свое на поруганье!
Анджело
Тогда… ваш брат умрет.
Изабелла
И легче этот путь!
Пусть лучше здесь умрет несчастный брат,
Чем чтоб сестра, спасая жизнь его,
Сама бы умерла для вечной жизни.
Анджело
Так чем же вы добрей того закона,
Что так хулите вы?
Изабелла
Бесчестная, позорящая сделка
Свободной просьбе – не сродни.
Равнять нельзя с законным милосердьем
Позорный выкуп!
Анджело
Вот как? И, однако,
Давно ли упрекали вы закон
В жестокости и братняя вина
Казалась шуткой вам – не преступленьем?
Изабелла
О граф, простите мне! Бывает часто,
Чтобы достичь того, чего желаем,
Противоречим мы самим себе.
Я извиняла грех мне ненавистный
Для выгоды того, кого люблю.
Анджело
Мы слабы все…
Изабелла
Иначе – пусть умрет
Мой брат, раз только он один на свете
Виновен в общей слабости людской!
Анджело
Да-да, и женщины все тоже слабы.
Изабелла
Как зеркала, в которые глядятся…
Что так же разбиваются легко,
Как и легко наш образ отражают.
Ах, женщины… Пусть небо нам поможет…
Мужчины, нами пользуясь во зло,
Свои созданья портят. Да, зовите
Нас слабыми, затем что по природе
Мы нежны и доверчивы.
Анджело
Так, верно!
И раз вы сами в слабости сознались
(Признаться, мы, мужчины, не сильнее,
И нас волнует грех…) – я буду смелым.
Ловлю вас на слове: вы будьте только
Тем, что вы есть. Да, женщиной, не больше
Иначе вы не будете ничем.
Когда ж вы – женщина (а в этом мне
Порукой весь ваш облик), докажите,
Что это так: в наряд вы облекитесь,
Что волею судьбы вам предназначен.
Изабелла
Граф! У меня один язык: молю вас,
И вы со мной, как прежде, говорите!
Анджело
Я просто вам скажу: я вас люблю.
Изабелла
Мой брат любил Джульетту. Вы сказали,
Что он умрет за это.
Анджело
Он не умрет, коль ты меня полюбишь!
Изабелла
О, поняла я: ваша добродетель
Имеет право притворяться худшей,
Чем есть, чтоб испытать других.
Анджело
Верь, честью
Клянусь тебе, я правду говорю!
Изабелла
О правда гнусная! О лицемерье!
Но обличу тебя я – берегись!
А! Подпиши помилованье брату —
Или кричать я буду на весь мир,
Что ты за человек!
Анджело
А кто тебе поверит, Изабелла?
Ведь все – и незапятнанное имя,
И строгость жизни всей, и отрицанье
Своей вины, и сан мой в государстве
Так перевесят ваши обвиненья,
Что вы задохнетесь в своих словах,
Как в смраде клеветы. Теперь я начал
И со своих страстей узду снимаю.
Отдайся вожделенью моему.
Прочь сдержанность, долой стыда румянец,
Гонящий то, чего сама ты хочешь…
Спаси жизнь брата! Красоту свою
Отдай на волю мне. Иначе он
Не просто кончит жизнь на плахе,
Но в страшных пытках будет умирать
Из-за упрямства твоего. Ответ
Ты дашь мне завтра. Иль, клянусь я страстью,
Во мне кипящей, я сумею стать
Тираном! Говори все, что захочешь,
Но ложь моя – знай это наперед —
Над правдою твоею верх возьмет.
(Уходит.)
Изабелла
К кому бежать и где искать защиты?
Кто мне поверит, если все скажу?
О, лживые уста! Один и тот же
Язык что хочет может возвестить:
И смертный приговор и милосердье,
Закон склоняя пред своею волей,
И правдой и неправдою вертя
По прихоти своей. Пойду я к брату:
Хоть согрешил он из-за пылкой крови,
Но чести дух высокий в нем живет.
И если б двадцать он имел голов,
Чтоб их сложить на двадцать плах кровавых,
Он все бы отдал, чтоб его сестра
Не обрекла себя на поруганье!
Чтоб чистой жить, его на смерть предам.
Но чистота дороже брата нам.
Внушу ему – пусть встретит смерть достойно,
И пусть его душа уйдет спокойной!
(Уходит.)
