Сцена 2
Другая комната там же.
Входят тюремщик и слуга.
Слуга
Он слушает доклад, но скоро выйдет.
Я доложу ему о вас.
Тюремщик
Прошу вас.
Слуга уходит.
Спрошу его: быть может, он смягчится…
Несчастный… согрешил он как во сне.
Все возрасты… все люди в этом грешны.
И – умереть за это!..
Входит Анджело.
Анджело
Что вам надо?
Тюремщик
Вам завтра Клавдио казнить угодно?
Анджело
Но разве же я вам не говорил?
Приказа не дал? Так к чему ж опять
Такой вопрос?
Тюремщик
Я поспешить боялся.
Я, с позволенья, видывал не раз,
Как после казни в строгости своей
Раскаивался суд.
Анджело
Моя забота!
Исполните ваш долг иль уходите
В отставку: справимся без вас.
Тюремщик
Простите…
А как с Джульеттой быть? Она уж стонет
И разрешенья ждет…
Анджело
Ее устройте
Вы в надлежащем месте, да скорей.
Входит слуга.
Слуга
Сестра приговоренного вас просит
Принять ее.
Анджело
А! У него сестра?
Тюремщик
Да, редких добродетелей девица:
На днях она вступает в монастырь,
Коль не вступила.
Анджело
Так. Принять ее!
Слуга уходит.
(Тюремщику.)
Прелюбодейку вы переведите.
Дать все, что нужно, ей, но без излишка.
Приказ я дам.
Входят Луцио и Изабелла.
Тюремщик
(собираясь уйти)
Спаси Бог вашу честь!
Анджело
Останьтесь здесь.
(Изабелле.)
Прошу вас. Что угодно?
Изабелла
Пришла я в горе умолять вас, граф…
Молю вас выслушать меня.
Анджело
В чем просьба?
Изабелла
Есть грех… Он больше всех мне ненавистен.
Строжайшей кары больше всех достоин.
Я за него не стала бы просить —
И вот должна просить… и не должна бы…
Но борются во мне мое желанье
И нежеланье.
Анджело
Так… Но в чем же дело?
Изабелла
Мой брат… Он вами осужден на смерть.
Я умоляю вас: пускай не брат мой,
Но грех его умрет!
Тюремщик
(в сторону)
Пошли ей небо дар его растрогать!
Анджело
Как! Грех – карать, а грешника щадить?
Но каждый грех еще до совершенья
Уж осужден. Обязанность свою
Я обратил бы в нуль, когда бы стал
Карать вину и отпускать свободным
Преступника!
Изабелла
О! Справедлив закон,
Но строг. Так у меня нет больше брата,
Спаси вас Бог.
(Хочет уйти.)
Луцио
(Изабелле)
Не отступайтесь так!
К нему! Просите, киньтесь на колени.
Хватайте за полы его, молите!
Вы слишком холодны! Просить так вяло
Нельзя ведь и булавки. Попытайтесь!
Изабелла
Он должен умереть?
Анджело
Спасенья нет.
Изабелла
Нет, есть! Ведь вы могли б его простить?
Анджело
Я не прощу.
Изабелла
Могли б, коль захотели?
Анджело
Раз не хочу, то, значит, не могу.
Изабелла
Но вы могли б, и мир не стал бы хуже…
Когда б его вы сердцем пожалели
Вот так, как я…
Анджело
Он осужден: уж поздно.
Луцио
(тихо, Изабелле)
Вы слишком холодны!
Изабелла
Ужели поздно?
О нет! Ведь если я сказала слово,
То и назад я взять его могу.
Поверьте мне: все украшенье власти —
Корона, меч наместника, и жезл
Вождя, и тога судии – ничто
Не может озарить таким сияньем,
Как милость. Если бы на вашем месте
Был брат, а вы на месте брата были, —
И вы могли бы пасть, как он; но он,
Он не был бы так строг, как вы.
Анджело
Довольно!
Изабелла
О, если б я имела вашу власть!
О, если бы вы были Изабеллой!
Ужели было б так? О нет! Понять
Сумела б я, что значит быть судьей,
А что – приговоренным.
Луцио
(тихо, Изабелле)
Славно! Дальше!
Анджело
Ваш брат законом осужден, и даром
Вы тратите слова.
Изабелла
О горе, горе!
Но люди были все осуждены,
Однако тот, чья власть земной превыше,
Нашел прощенье? Что же будет с вами,
Когда придет верховный судия
Судить вас? О, подумайте об этом —
И милости дыхание повеет
Из ваших уст, и станете тогда
Вы новым человеком.
Анджело
Покоритесь,
Прекрасная девица: ведь ваш брат
Не мною, а законом осужден.
Будь он родным мне братом или сыном,
С ним было б то же: завтра он умрет.
Изабелла
Как? Завтра? О, как скоро! Пощадите!
О, пощадите! Не готов он к смерти.
Ведь и цыплят на кухне мы не бьем
До времени. Так неужели небу
Служить мы будем с меньшею заботой,
Чем собственной утробе? Добрый граф,
Мой добрый граф, подумайте: ну кто же,
Кто умирал за это преступленье?
А многие грешили так.
Луцио
(тихо, Изабелле)
Прекрасно.
Анджело
Закон не умирал, он только спал.
Не многие посмели б так грешить,
Когда бы первый, кто закон нарушил,
Наказан был! Теперь закон проснулся,
Взглянул и увидал, как предсказатель,
В стекле волшебном сразу все грехи —
И новые и продолженье старых,
Допущенных небрежностью и ныне
Уже готовых вывестись на свет.
Но больше им теперь не размножаться:
В зародыше умрут.
Изабелла
Явите милость!
Анджело
Я милостив, являя правосудье:
Жалею даже тех, кого не знаю,
Которым я потворством повредил бы;
Спасаю многих, одного карая.
Я прав пред тем, кто за один свой грех
Ответит – он не совершит другого.
Довольно. Он умрет. Покорны будьте.
Изабелла
Так. Первый приговор вы изрекли —
И первой жертвой будет брат несчастный.
Счастлив, кто великана мощь имеет,
Но тот жесток, кто пользуется ею
Как грозный великан.
Луцио
(тихо, Изабелле)
Так, так! Прекрасно!
Изабелла
О, если б все имеющие власть
Громами управляли, как Юпитер, —
Сам громовержец был бы оглушен.
Ведь каждый жалкий, маленький чиновник
Гремел бы в небесах,
И все гремел бы. Небо милосердней:
Оно своею грозною стрелой
Охотней дуб могучий поражает,
Чем мирту нежную. Но человек,
Но гордый человек, что облечен
Минутным, кратковременным величьем
И так в себе уверен, что не помнит,
Что хрупок, как стекло, – он перед небом
Кривляется, как злая обезьяна,
И так, что плачут ангелы над ним,
Которые, будь смертными они,
Наверно бы, до смерти досмеялись.
Луцио
(тихо, ей)
Еще, еще, девица; он сдается.
Он тронут, видно!
Тюремщик
(в сторону)
Дай ей Бог удачи!
Изабелла
Нельзя своею мерой мерять ближних.
Пусть сильные глумятся над святыней —
В них это остроумье; но для низших
Кощунством это будет!
Луцио
(тихо, ей)
Ты верный путь нашла; еще, еще!
Изабелла
Что слово гневное для полководца,
То для солдата будет богохульством!
Луцио
(тихо, ей)
Откуда это знаешь ты? Но дальше!
Анджело
При чем же я в подобных рассужденьях?
Изабелла
При том, что власть, хоть может ошибаться,
Как все другие, все ж в себе таит
Противоядье против дел своих.
Вы в собственное сердце постучитесь,
Его спросите: знало ли оно
Такой же грех, как брата; если только
Сознается оно вам в грешных мыслях —
О, пусть тогда язык ваш не посмеет
Произнести над братом приговор.
Анджело
(в сторону)
Ее слова полны такого чувства,
Что пробуждают чувства и во мне.
(К ней.)
Прощайте!
Изабелла
О, постойте, добрый граф!
Анджело
Ну, я подумаю. Придите завтра.
Изабелла
Постойте, я хочу вас подкупить!
Анджело
Как? Подкупить меня?
Изабелла
Дарами, что разделит с вами небо.
Луцио
(тихо, ей)
Испортили вы все.
Изабелла
Не жалким золотом и не камнями,
Которых цену изменяет прихоть,
Но искренней молитвою святою,
Которая стремится к небесам,
Пока еще не восходило солнце, —
Молитвой чистых душ, смиренных дев,
Что от земного отреклись навеки.
Анджело
Ну, хорошо, придите завтра утром.
Луцио
(тихо, ей)
Так! Все отлично! Но теперь пойдем.
Изабелла
Спаси вас небо, граф!
Анджело
Аминь, аминь!
(Я на пути к такому искушенью,
Которое молитва отвращает.)
Изабелла
Когда мне завтра можно к вам прийти?
Анджело
В любое время утром до полудня.
Изабелла
Пусть небеса спасут вас!
Изабелла, Луцио и тюремщик уходят.
Анджело
От тебя!
От самой добродетели твоей!
Что ж это? Что? Ее вина – моя ли?
Кто тут грешнее? Та, кто искушает,
Иль тот, кто искушаем? Нет, о нет:
Она не искушала, это я.
Я, точно падаль около фиалки,
Лежу на солнце, заражая воздух…
Иль целомудрие волнует больше,
Чем легкость, в женщине? Когда у нас
Так много места, неужели нам надо
Разрушить храм, чтоб свой вертеп построить?
Стыд, Анджело, стыд, стыд! И что с тобою?
Ты ль это? Неужели так греховно
Желаешь ты и чистоту ее?
Пусть брат ее останется в живых!
Разбойники имеют право грабить,
Когда воруют судьи. Что со мной?
Ужели я люблю, что так хочу
Опять ее услышать? Так хочу
Налюбоваться вновь ее глазами?
О чем мечтаю я? О, хитрый бес!
Святого ловишь ты, надев святую
Приманку на крючок. Но нет соблазна
Опаснее того, что нас ведет
На путь греха, пленив нас чистотою…
Распутнице еще не удавалось
Ни чарами природы, ни искусства
Хотя б немного взволновать мне кровь,
Но побежден я девушкой невинной.
А раньше над любовью я смеялся
И глупости влюбленных удивлялся!
Уходит.
