Как только я призвал свой век восстать

И, сбросив путы, обрести свободу,

Псы и ослы, — а им нет перевода, —

Галдеж повсюду подняли, под стать

Тем недругам Латоны, коим стать

Лягушками пришлось в былые годы.[708]

Ведь ждать признанья от такого сброда —

Что бисер перед свиньями метать.

Они кричат о вольности, но воля

Созвучна своеволию для них,

И правда им страшней оков былых.

Будь добр и мудр, коль жаждешь лучшей доли,

Иль захлебнется край отцов твоих

В пучине бед, невиданных дотоле.