Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Путешествие Глеба
Четырехтомный автобиографический роман «роман-хроника-поэма» («Заря», «Тишина», «Юность», «Древо жизни»)
Четырехтомный автобиографический роман «роман-хроника-поэма» («Заря», «Тишина», «Юность», «Древо жизни») Бориса Зайцева. Мочульский писал о творчестве Зайцева: «Творчество Зайцева — радостно; и как бы грозен и темен ни был быт, им описываемый — перегорает он в «немеркнущем свете» — золотым узором облаков истаивает в небе». Приведем отрывок из «Путешествия Глеба», иллюстрирующий слова Мочульского, да и весь роман:
«— Во Христа-то, в Его воскресение верите?
— Да-а…
Глеб вертел в руках молодую зеленую шишку.
— А смерти все-таки не могу понять. И многого другого. Он бросил шишку. Она ударилась о сосну, отскочила вбок.
О. Парфений таинственно улыбнулся.
— Ничего, ничего. Живите. Чувствуйте. Все придет.
Они подходили к опушке рощи. В закате горел золотой крест монастыря под Калугой. В невесомом полете ласточек, сиянии златистого воздуха, безмолвии, в тихом млении домов и садов под уходящим солнцем было что-то необычайное. О. Парфений остановился.
— Вот он, Божий мир.
Он перевел свои огромные, серые глаза на Глеба.
— Да, пред нами. А над ним и над нами Бог. Им все полно! Разве вы не чувствуете?
Холодок побежал от плеч Глеба к локтям. В боках что-то затрепетало.
— Главное, — тихо продолжал о. Парфений, — главное знайте — над нами Бог. И с нами. И в нас. Всегда. Вот сейчас. «Яко с нами Бог».
О. Парфений говорил как бы заклинательно.
— Доверяйтесь, доверяйтесь Ему. И любите. Все придет. Знайте, плохо Он устроить не может. Ни мира, ни вашей жизни».
Другие произведения автора
Зайцев, Борис Константинович
Повести и рассказы
Повести и рассказы Бориса Зайцева, одного их главных писателей русского зарубежья, глубокого христиа…
Повести и рассказы Бориса Зайцева, одного их главных писателей русского зарубежья, глубокого христианского автора, продолжателя традиций Тургенева и Чехова. Книгу составили рассказы Бориса Зайцева из сборников «Тихие зори», «Полковник Розов» и др.
Золотой узор
Роман Бориса Зайцева: рассказ русской женщины о своей жизни — а через нее о России, в частности о ру…
Роман Бориса Зайцева: рассказ русской женщины о своей жизни — а через нее о России, в частности о русской интеллигенции — от рубежа XIX–XX вв. до 20-х гг. «Золотой узор», как и вся проза Зайцева, идет в линии Тургенева — Чехова — Бунина.
Жизнь Тургенева
Беллетризованная биография Тургенева. Зайцев помимо рассказа о жизни классика также пытается анализи…
Беллетризованная биография Тургенева. Зайцев помимо рассказа о жизни классика также пытается анализировать его творчество, реконструировать его мировоззрение. Интересна тема «религиозности» Тургенева.
Дом в Пасси
Единственный роман Бориса Зайцева, полностью посвященный эмиграции. Дом в Париже, где живут русские,…
Единственный роман Бориса Зайцева, полностью посвященный эмиграции. Дом в Париже, где живут русские, изгнанные из России революцией: шофер, бывший генерал, работница кондитерской и т. д. Роман по сути религиозно-философский.
Отблески Вечного. Неизвестные рассказы, эссе, воспоминания, интервью
Около двухсот ранее не издававшихся текстов Бориса Зайцева, выдающегося русского писателя первой пол…
Около двухсот ранее не издававшихся текстов Бориса Зайцева, выдающегося русского писателя первой половины XX в. — импрессионист, «поэт в прозе», если определять литературно; православный христианин, если определять мировоззренчески.
Далекое
Авторский сборник очерков Бориса Зайцева о Блоке, Белом, Бальмонте, Вяч. Иванове, Бердяеве, Керне, Б…
Авторский сборник очерков Бориса Зайцева о Блоке, Белом, Бальмонте, Вяч. Иванове, Бердяеве, Керне, Бенуа, Муратове, Мочульском, Пастернаке, Цветаевой, Бунине, Балтрушайтисе
Дальний край
Первый роман Бориса Зайцева, продолжателя линии Тургенева-Чехова. Религиозно-философский роман о мол…
Первый роман Бориса Зайцева, продолжателя линии Тургенева-Чехова. Религиозно-философский роман о молодых русских интеллигентах. Один из главных героев — террорист, борец за свободу народа.
Рекомендуем
Солнце мертвых
Программы предоставлены радио «Град Петров». При копировании указание на авторство радио «Град Петро…
Программы предоставлены радио «Град Петров». При копировании указание на авторство радио «Град Петров» обязательно.
Преподобный Сергий Радонежский
Житие прп. Сергия Радонежского, написанное выдающимся писателем Русского Зарубежья Б. К. Зайцевым. В…
Житие прп. Сергия Радонежского, написанное выдающимся писателем Русского Зарубежья Б. К. Зайцевым. В свое время (20-е гг.) это была одна из первых книг, открывших Западу православие. С тех пор она считается классикой адаптированных житий.
Повести и рассказы
Повести и рассказы Бориса Зайцева, одного их главных писателей русского зарубежья, глубокого христиа…
Повести и рассказы Бориса Зайцева, одного их главных писателей русского зарубежья, глубокого христианского автора, продолжателя традиций Тургенева и Чехова. Книгу составили рассказы Бориса Зайцева из сборников «Тихие зори», «Полковник Розов» и др.
Село Степанчиково и его обитатели. Записки из Мертвого дома
В III том собрания сочинений Ф. М. Достоевского вошли повесть «Село Степанчиково и его обитатели», «…
В III том собрания сочинений Ф. М. Достоевского вошли повесть «Село Степанчиково и его обитатели», «Записки из Мертвого дома» и фельетон «Петербургские сновидения в стихах и в прозе», написанные и опубликованные Достоевским в 1859–1862 гг.
Светлое воскресенье
Аудиокнига «Светлое воскресенье» — собрание пасхальных рассказов и стихотворений классиков русской л…
Аудиокнига «Светлое воскресенье» — собрание пасхальных рассказов и стихотворений классиков русской литературы
Братья-писатели
Собрание очерков Зайцева о разных писателях
Собрание очерков Зайцева о разных писателях
Голубая звезда
Повесть «Голубая звезда» сам Зайцев считал «самой полной и выразительной», «завершением целой полосы…
Повесть «Голубая звезда» сам Зайцев считал «самой полной и выразительной», «завершением целой полосы» и «прощанием с прошлым».
Афон
«Ученого, философского или богословского в моем писании нет. Я был на Афоне православным человеком и…
«Ученого, философского или богословского в моем писании нет. Я был на Афоне православным человеком и русским художником. И только. Афон не мрачен, он светел, ибо люблен, одухотворен. В этой небольшой книжке я пытаюсь дать ощущение Афона».
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle