Рождение богов. Тутанкамон на Крите

«Рождение богов. Тутанкамон на Крите» — первый из «Египетских романов» Мережковского. Жанр этой дилогии своеобразен — исторические романы, переходящие в религиозно-философское эссе, если не в религиоведческое исследование. Как и в предыдущих романах Мережковского, главная тема здесь — пути христианства в истории — в «Египетских романах» — жажда дохристианского человечества по Христу.

Главная коллизия «Рождения богов» — противостояние языческой (древнекритской) религиозности с еще не явленной в истории, но чаемой чувствуемой религиозности христианской. Кровавые бессмысленные жертвоприношения древнего мира и невинные жертвы, «предтечи» жертвы на Кресте.

Небольшой отрывок из романа: «— Что ты сделала, что ты сделала, безумная!
Но, вглядевшись в бледное, обрызганное кровью лицо ее, вдруг что-то поняла и замолчала. Молча взяла руку ее, крепко сжала в своей и, почувствовав липкость крови, не выпустила, сжала крепче. Умное и доброе лицо ее сморщилось, и, всхлипнув, она прошептала ей на ухо:
— Ох, горькая, горькая, что ты с собою сделала!.. За Эойю отомстить хотела?
— За нее и за всех, — ответила Дио спокойно: чем больше был ужас других, тем она спокойнее.
— Кровь человеческих жертв — мерзость пред Богом… — начала и не кончила; хотела оказать: «Отец есть любовь», но почувствовала, что пусто и глухо прозвучали бы эти слова. Только для того и умирала, чтоб их сказать, но вот онемела и знала, что умрет в немоте.
Мать Анаита, как будто угадывая мысль ее, покачала головой с безнадежностью:
— Разве поймут? Умрешь — и ничего не сделаешь!
— Пусть умру за Него!
— О ком говоришь?
— О Том, Кто придет.
— Кому должно прийти, уже пришел.
— Нет, придет.
— Он тебе и велел?
— Он.
Жрица посмотрела на Дио долго, пристально, и вдруг выпустила руку ее. Ничего не сказала, но Дио поняла без слов: «Смотри, не ошибись: если Он уже пришел, — праведна будет казнь твоя, — огонь костра».
— На костер, на костер! Истреби от земли такую, ибо ей не должно жить! — опять наступала толпа, грозя и бушуя».