Ре-ортодоксия – это личное свободное решение верить, при полном осознании того, что это верование невероятно, фантастично, случайно, регионально[8]и имеет против себя сильные аргументы. Т.е. «я решил верить вопреки очевидности того, что это абсурд или может быть чьей-то фантазией».

При попытке выяснить, кем и как это верование было установлено, обнаруживается, что у него нет твёрдых оснований, как и у всех прочих религиозных верований. Тот же, кто будет отстаивать вероятность или фактичность того или иного верования, встретится с противоположными научными доводами. Честность учёного вынудит христианина согласиться с безосно́вностью своих верований. Но вера христианина сохранит религиозные тезисы в качестве волюнтаристских тезисов ре-ортодоксии.

Итак, любой богословской идее предлагается вопрос «кто и как это установил?»Допустим, на вопрос «является ли Христос Богом?» один человек отвечает: «я решил, что является», а другой человек говорит: «за меня решиламоя православная традиция, и мне проще согласиться с ней, чем сопротивляться». И в первом, и во втором случае мы видим достаточную степень осознанности, а значит, оба эти ответа ре-ортодоксальны.

Таким же ре-ортодоксальным является утверждение «я решил веритьтому, что написано в Библии, а тому, что написано в Бхагаватгите,я решил не верить».

Рассмотрим пример того, как столкновение разных космогоний (весьма авторитетных и самоочевидных для многих народов, племён и времён) демонстрирует эту безосно́вность веры в любую конкретную модель творения неба и земли. Здесь возможен примерно такой диалог:

Ортодокс: «Бог сотворил небо и землю».

Ре-ортодокс: «Я этого ничуть не отрицаю. Вопрос:кто и как это установил?»

Ортодокс: «В Библии написано, что Моисею Сам Бог это сказал».

Ре-ортодокс: «А почему Вы не верите другим книгам, где тоже написано, что это сказал Сам Бог?»

Ортодокс: «Потому что я принадлежу определённой религиозной культуре. Традиция так определила, и я ей доверяю».

Ре-ортодокс: «Почему ей, а не другой?»

Ортодокс: «Эта мне ближе, а других я толком не знаю. Так сложилось…»

Тот же результат мы можем получить, разбирая конфликты разных теологических преданий о происхождении человека, грехопадении, спасении, рае, аде и проч.

Таким образом, православность человека определяется не истинностью/ложностью верований, а его личной историей. В такой же ситуации находятся и мусульмане, и синтоисты, и буддисты, и атеисты и проч. То есть ре-ортодоксия даёт возможность их примирения, но не смешения воедино.Ре-ортодоксия не подменяет православие какой-то другой верой, а приглашает увидеть основания вашей веры, предлагая путь её углубления, а также погружения к фундаменту всякого верования (в частности, православного). Это не ещё одна конфессия или религия, а глубинная возможность их «перезагрузки».

Ре-ортодоксия неизбежна при серьёзном углублении в любую конфессиональную теологию и традицию, во что бы вы ни верили. Соответственно, это углубление не отрицает и не разрушает верований или даже суеверий, не отнимает ни единого обряда или традиции, а только выявляет их основания, устанавливая авторство или обнаруживая (не)причастность верующего к положениям его веры.