Как наша загрязненная окружающая среда действует на нас? Вот говорят, как несчастна наша Сербия, совсем несчастна. Говорят, что она больше других заражена радиоактивными веществами. Сейчас самая высокая радиация в Сербии, огромная, невыносимая. Мы не болеем, но нет свежести. Не идет. Не можем сосредоточиться на мысли. Тяжело идет. Люди здоровы, но чувствуют, что чего-то им не хватает. Пьют лекарства, становится еще хуже. А пока еще есть хоть немного чистого воздуха, надо этим пользоваться, но и это уже все загрязнено. Особенно, когда занимаемся умственным трудом, необходимо дышать часто и глубоко, потому что мозг и сердце потребляют огромное количество кислорода. Если нет достаточного количества кислорода в мозгу, не можем думать, что-то не идет, и удивляемся, почему. Недостаточно топлива, не хватает кислорода.

Все отравлено. На базаре нельзя ничего купить. Все красиво, но купить не смеешь. В конце прошлого века один старец говорил: «Придет время, когда будут производить много сельскохозяйственных продуктов, но не смогут их есть». Вот и пришло это время. Спрашивают, почему. А потому что пища у нас отравлена, и телесная, и духовная. Страдают дети, страдают старики. Люди думают, что будут здесь вековать. А жизнь коротка.

За что люди не возмутся, все будет отравлено. Враг номер один — выхлопные газы автомобилей. После этого и все остальное. Каждая фабрика выбрасывает огромное количество вредных веществ. И в сельском хозяйстве то же. Эти фабрики загрязняют окрестности таким темпом, что невозможно будет жить долго. Слава Богу, пока еще есть птицы. Но уже многих видов нет, все больше уничтожаются и не выживают.

Десять лет назад, как только выпадет большой снег, выйдет месяц, собирается множество зайчат, целые стайки. Снег большой, они натопчут целые круги на поляне, где нет деревьев. Гоняются друг за другом, играют, перебрасываются снегом, радуются. Радость жизни. Животные радуются жизни, а мы им вредим, мы их беспокоим. А они радуются. У нас есть все, что ни пожелаем, но мы недовольны. Они не беспокоятся, не готовят амбары для зерна, ничего. А Господь их кормит. Немного погрызут там веточек, найдут местечко, заснут. И благодарны Богу. А мы нет. Птица непрерывно славит Бога. Начинает рано утром, в три часа, и поет, и до девяти часов не перестает. В девять часов немного затихнет, и тогда только отправляется на поиск пищи — маленьких должна накормить. Потом опять поет. Ее никто не заставляет петь. Слушает ли ее кто-нибудь или нет, она все равно поет. А мы хмуримся, задираем нос, нам не до пения, не до чего. Надо учиться у птиц. Они всегда веселые. А мы? Нам что-то мешает. А что нам мешает? Не мешает ничего. Мы сами себе мешаем. Многое нам открыто, но мы всем злоупотребили. Ясно видим теперь, что сами виноваты в том, что невозможно продолжение жизни на земле. Из-за отравления. Отравились мы.