1347. Ал. П. ЧЕХОВУ

21 октября 1893 г. Мелихово.

21 октябрь.

Господин археолог! У нас копают колодезь, и по случаю половой зрелости сучки Хины все кобели, охваченные эротическим помешательством, берут приступом дом и грызут двери. А ля тремонтан*с важностью изрекает: «У нас в доме разврат».

Ни от Добродеева, ни от Ясинского писем никаких я не получал*. Если случится у тебя с кем-нибудь разговор насчет моего редакторства где бы то ни было, то смело заявляй, что я не буду и не соглашусь быть редактором даже за тысячу рублей в месяц.

В Питере буду не скоро, так как ноябрь до конца проживу в Москве*. Вынуждает к тому сила обстоятельств. Но вот гамлетовский вопрос: как быть с паспортом? Ведь с петербургским видом не позволят жить в Москве*. Сашечка! Ты помогаешь разным иеромонахам, братству, Онисиму Васильевичу, пишущему корреспонденции*, – не схлопочешь ли и мне паспорта? Отставку или отпуск – мне всё равно, лишь бы можно было жить в Москве и уехать, куда захочется. Я не посягаю на твой покой: буде не хочется тебе возиться с моими говенными делами, то брось, и я в амбиции не буду. Если же пожелаешь еще раз повидаться с добрым Рагозиным или его секретарем, то напиши мне в Мелихово и я вышлю тебе свой паспорт и 2 марки 80-к<опеечного> достоинства. Сообщи кстати свой домашний адрес. Мне из Москвы хотелось бы уехать на Мадейру*. Это от грудей хорошо. Есть попутчик: Шехтель. Так как я служу в Серпуховском земстве, то выхлопочи мне также медаль.

Какой чудный октябрь! В лесу просто очарование. Трудно сидеть в комнате и, как сучку таксу, тянет наружу.

Адрес положительного человека*с медалью в петлице: Новая Басманная, Петровско-Басманное училище, г. Учителю.

От щей со стручковым перцем болит под ложечкой.

Не будь кальсонами, пиши. Все наши здравствуют и много говорят. Порой мучительно много.

Лес подрастает.

Я посадил в саду около сотни тюльпанов, лилий, нарциссов, гиацинтов, жонкильи, ирис…

Телка, изнасилованная в стаде быком, забеременела и зимой отелится. Все-таки доход.

Вот уж больше недели, как я сижу без сигар. Курю махорку. Отвратительно.

В самом деле, если твой Николай туповат в науках*, то помалости приспособляй его к художествам и ремеслам. Учи его не токмо рисовать, но и чертить. Вооружи его также хорошим почерком. Во всяком разе иметь надо в виду ближайшую цель: кусок хлеба. На папеньку-то ведь и на дядюшек надежда плохая.

Кланяйся твоей фамилии. Будь здрав.

Твой А. Чехов.