Ну и теперь давайте попробуем разобраться, почему «Матильда» оказалась в центре источником турбулентности. И в общественной, и в политической, и в церковной жизни. Мне кажется, что ответ довольно простой. Но необходим к нему комментарий. Государство сегодня теряет монополию на символический капитал. И официальная церковь тоже теряет монополию на символический капитал. Это очень важный и очень сложный процесс, который довольно сложно прогнозировать, который не очень просто даже описывать. Но, тем не менее, он ключевой, поскольку собственно, по одной из политических теорий, собственно, символический капитал – это главное, чем обладает государство. Все остальное является производным от символического капитала. Например, Украину называют иногда, как бы fail state, несостоявшееся государство, потому что совершенно непонятен, по крайней мере извне, что такое тот символический капитал, который есть у Украины, как государства.

У России символический капитал формировался вокруг сложного и большого концепта Великой Победы. Весь символический капитал России отстраивается от девятого мая, от Дня Победы. То есть мы являемся состоятельными, как государство сегодня потому, что не когда-нибудь, не когда-то в давние века, а совсем недавно, в середине XX века мы спасли мир от «коричневой чумы». И эта всемирно-историческая миссия спасения мира является фундаментом для символического строя современной Российской государственности.