Он был обрит; и стала

корона велика,

и уши отгибала,

куда издалека

вливался рев гнусавый

голодных. Жар допек.

Он на ладони правой

сидел и изнемог,

гадая, в чем причина

его вражды с собой:

воздержанный мужчина,

в постели — никакой.

Перевод В. Летучего