Послание к Диогнету

(120/210 гг.) Короткий апологетический трактат неизвестного автора, может быть, величайший в своем жанре. Открытый в XX в., стал одним из самых цитируемых патристических источников. Диогнет, если он не чисто литературный персонаж, — некий знатный язычник.

«Послание к Диогнету» с необыкновенной ясностью, четкостью и силой фиксирует основные моменты христианской жизни и веры. Особая ценность этого трактата в описании парадоксального бытия христиан в мире, их свободы и любви. Удивительно, как в таком небольшом тексте удалось с такой логичностью и простой не просто представить критику язычества и иудаизма, но и самую суть Благой Вести, положительную сторону жизни и учения христиан.

«Послание к Диогнету» задает рамки понимания «нового учения» — христианства: надо очистить свой ум, стать «новым человеком». «Послание к Диогнету» можно разделить на четыре блока: собственно апология — критика язычества и христианства, роль христиан в мире, краткий катехизис, увещевание к язычникам. Для нас сейчас важна та необыкновенная высота и свобода раннего христианства, зафиксированная в «Послании к Диогнету»: надо вспомнить к чему мы призваны, кем должны быть. Нет лучшей критики церковной современности, чем наследие Отцов: в ответ на попытки использовать Православие в «национальной идее», сделать из него этнографический тип, на вечные толки о Западе и России, о месте христиан в современности «Послание к Диогнету» говорит:

«Христиане не различаются от прочих людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями. Они не населяют где-либо особенных городов, не употребляют какого либо необыкновенного наречья, и ведут жизнь ни в чем не отличную от других. Только их учение не есть плод мысли или изобретение людей ищущих новизны, они не привержены к какому либо учению человеческому как другие, но обитая в эллинских и варварских городах, где кому досталось, и, следуя обычаям тех жителей в одежде, в пище и во всем прочем, они представляют удивительный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своем отечестве, но как пришельцы; имеют участие во всем, как граждане, и все терпят как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество — чужая страна. Они вступают в брак как и все, рождают детей, только не бросают их. Они имеют трапезу общую, но не простую. Они во плоти, но живут не по плоти (см. 2 Кор., 10:3; Рим., 8:12). Находятся на земле, но суть граждане небесные (см. Фил. 3:18–20). Повинуются постановленным законам, но своею жизнью превосходят самые законы. Они любят всех и всеми бывают преследуемы. Их не знают, но осуждают, умерщвляют их, но они животворятся; они бедны, но многих обогащают. Всего лишены, и во всем изобилуют (см. 2 Кор., 6:9–10). Бесчестят их, но они тем прославляются (1 Кор., 4:10); клевещут на них, а они оказываются праведны; злословят, а они благословляют (1 Кор., 4:12); их оскорбляют, а они воздают почтением; они делают добро, но их наказывают, как злодеев; будучи наказываемы, радуются (2 Кор., 6:10), как будто им давали жизнь».