История и будущность теократии. Исследование всемирно-исторического пути к истинной жизни

«История и будущность теократии. (Исследование всемирно-исторического пути к истинной жизни)» — книга выдающегося христианского мыслителя Владимира Соловьева, где он представляет свой проект воссоединения Восточной и Западной церквей, апологию Вселенского христианства, но и больше — некий всемирно-исторический, социально-политический проект. В связи с этим Соловьев разбирает ряд политико-религиозных вопросов в российской жизни, прослеживает историю теократической идеи в Ветхом и Новом Завете: Разбор главных предрассудков против теократического дела в России; Первоначальные судьбы человечества и теократия праотцев; Национальная теократия и закон Моисеев; Завершение национальной теократии развитием трех властей: первосвященской, царской и пророческой — и переход к вселенской теократии; Явление Мессии и основание новозаветной теократии. Царство Божие и церковь. Если кратко, то книга эта посвящена «философии библейской истории», кроме вступления, посвященного «ходу нашего русского национально-религиозного сознания» (или что тоже: «разбору главных предрассудков против теократического дела в России», «догматическому развитию Церкви в связи с вопросом о соединении церквей»). Цитата:

«Церковь есть всемирная организация истиной жизни. Мы можем знать, в чем состоит истинная жизнь, потому что хорошо знаем, что такое есть та ложная жизнь, которою мы живем.

Этой истинной жизни нет в природном человечестве, закон которого есть смена поколений без цели и смысла, непрерывное отцеубийство и самозаклание. Истинная жизнь должна быть осуществлена в духовном человечестве, т. е. в церкви. Жизнь Церкви есть средняя между Божьей и природной. В вечной Божественной жизни нет вовсе времени, нет никакого различия между настоящим, прошедшим и будущим; в жизни природной, съедаемой временем, это различие существует, но обманчиво, ибо сейчас же уничтожается, так как здесь всякий будущий момент, не успевая стать настоящим, переходит в прошедшее, чтобы совсем исчезнуть. В жизни же церкви, — в жизни богочеловеческой полнота, вечности должна осуществляться в различии трех времен, не сменяющихся беспредельно, а определенно друг друга восполняющих. В пребывающей связи времен — осуществление любви, а в их различии — условие свободы.

Идеал всецерковности, вселенское братство, совершенное Царство благодати и истины, любви и свободы, — это есть будущее церкви. Начало его действительно присутствует у нас и теперь, но лишь в пророках. Что же нам должно делать, чтобы это будущее осуществилось вполне, — чтобы сбылось пророчество? Неужели мы станем для этого разрушать настоящее и прошедшее вселенской церкви? Это было бы по закону природной жизни, в которой грядущее поколение осуществляется лишь вытеснением своих отцов, своих стариков. Но в церкви, в Богочеловечестве — не так. Здесь все три времени одинаково существенны друг для друга, и полнота всецерковности состоит во внутреннем, духовно-органическом, на любви и истине основанном соединении всех трех.

Прошедшее в церкви представляется священством, духовными отцами, искупителями первородного греха, стариками (πρεσβύτεροι) а в церкви вселенской, т. е. в семье всех народов, в общем всечеловеческом братстве должно быть общее международное священство, объединенное во всеобщем отце, или вселенском Первосвященнике».