Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Иосиф и его братья
Грандиозная попытка литературного переложения библейской истории об Иосифе Прекрасном
Произведение деактивировано по требованию правообладателя.
«Иосиф и его братья» Томаса Манна — грандиозная попытка литературного переложения библейской истории об Иосифе Прекрасном. К четырем томам эпопеи добавляем также примыкающею к ней новеллу «Закон», посвященную Моисею.
Отец Александр Мень в «Библии и литературе» писал:
«Кто из писателей задумывался над начальными страницами Библии, над Книгой Бытия? Многие. Большинству из вас известна книга, многотомный толстый роман Томаса Манна “Иосиф и его братья”. В этом романе очень интересно соприкоснулись Писание и литература.
История Иосифа не могла не привлекать поэтов, художников, писателей. В XX веке, в период очень трудный и кризисный, во время войны, Томас Манн пишет большой роман “Иосиф и его братья”. В целом он придерживается библейского сюжета. Но священный библейский писатель, который составлял Книгу Бытия, привел этот драматический, приключенческий, можно сказать, рассказ, чтобы показать, какими удивительными путями, какими, казалось бы, сложными, иногда парадоксальными, путями, где сталкиваются случайности, неожиданности, ведет Бог своих избранников, как Он всё равно сохраняет то, что задумал, и как человек, попавший в совершенно чуждую ему ситуацию, может сохранять в сердце свои устои, духовные и нравственные заветы.
Томас Манн пишет медленно, подробно, как вообще свойственно ему. Это медитации, размышления на тему обо всем: и об Иакове, отце Иосифа, и о его предках. В романе намешано очень много материала из исторических исследований, но вы разочаруетесь, если будете искать там действительную историю. Машинистка Томаса Манна, когда он закончил роман, говорила: теперь я знаю, как на самом деле все было, — но едва ли все было так. Томас Манн захотел сделать эту историю поводом для размышления над духом человеческим, над его стремлением к вечности, поисками тайны Бога — человечество бесконечно ищет Бога. В библейском рассказе об Иосифе этого нет, но в том–то как раз особенность и парадокс, что Томас Манн, отталкиваясь от библейского сюжета, идет в сферу религиозных исканий.
Для многих эта книга явилась откровением, многие люди говорили мне, что они смогли понимать Библию, только прочтя книгу “Иосиф и его братья”. Однако там слишком много построено на человеке. Получается так, как будто человек придумал эти божественные тайны, он как будто родил их из себя, что Иосиф представлен чуть ли не как некий религиозный мыслитель, и что его нравственные, религиозные поиски создавали некий образ Бога и взаимоотношений человека с Богом. Это не так. Поверьте мне: эти простые пастухи ничего не могли придумать. Если уж живущие рядом с ними, образованнейшие для того времени жрецы Вавилона и Египта не смогли додуматься до истины единобожия, то где уж было вот этим людям, неграмотным, не имевшим своей письменности, которые кочевали со стадами, где им было додуматься до чего–то. Поэтому конструкция Томаса Манна отрывается от реальной библейской истории — она есть лишь размышление на эту тему».
Здесь кроме текста «Иосифа и его братьев» и «Закона» вы найдете и их аудиоверсию («Иосиф» — Леонид Деркач, «Нигде не купишь»; «Закон» — Светлана Репина, «Нигде не купишь»).
Аудиофайлы
Другие произведения автора
Манн Томас (Paul Thomas Mann)
Доктор Фаустус
Один из главных романов XX в. Трагедия века — нацизм, война, лагеря смерти — прямо здесь не затрагив…
Один из главных романов XX в. Трагедия века — нацизм, война, лагеря смерти — прямо здесь не затрагиваются, но Манн художественно и философски вскрывает ее истоки.
О себе и собственном творчестве 1906–1954. Статьи 1908–1929. Статьи 1929–1955
Гёте как представитель бюргерской эпохи. Страдания и величие Рихарда Вагнера. Культура и политика. Г…
Гёте как представитель бюргерской эпохи. Страдания и величие Рихарда Вагнера. Культура и политика. Германия и немцы. Достоевский. Философия Ницше в свете нашего опыта. Художник и общество. Прощальные письма борцов Сопротивления.
Рекомендуем
Лекции по истории русской литературы
История русской литературы освещена в курсе Ужанкова с ее зарождения до XX века.
История русской литературы освещена в курсе Ужанкова с ее зарождения до XX века.
Записки охотника
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.
Доктор Фаустус
Один из главных романов XX в. Трагедия века — нацизм, война, лагеря смерти — прямо здесь не затрагив…
Один из главных романов XX в. Трагедия века — нацизм, война, лагеря смерти — прямо здесь не затрагиваются, но Манн художественно и философски вскрывает ее истоки.
Отцы и дети
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.
Новь. Повести и рассказы 1874–1877
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.
Степной король Лир. Вешние воды. Повести и рассказы 1868–1872
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.
Ася. Повести и рассказы 1853–1857
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.
Дворянское гнездо
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.
Накануне. Первая любовь
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодо…
Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.
Триады в защиту священнобезмолствующих
Центральное произведение Паламы. «Когда святые мужи видят в самих себе этот божественный свет — а он…
Центральное произведение Паламы. «Когда святые мужи видят в самих себе этот божественный свет — а они его видят, когда при неизреченном посещении усовершающих озарений получают боготворящее общение Духа, — они видят одежды своего обожения».



Комментарии
Комментарии для сайта Cackle