Выдающийся теоретик педагогики, публицист и журналист, детский писатель. Создатель газеты «Первое сентября», одно время был идейным вдохновителем «Учительской газеты», сотрудник многих других изданий и радиостанций. Работал учителем и пионервожатым. Соловейчик — один из основателей «педагогики сотрудничества». Во 2-й пол. 70-х бросает все другие занятия для написания своего опус магнум «Педагогика для всех», общепризнанной педагогической классики. В манифесте «Человек свободный» так изложил главные свои идеи: «Человек свободный» Соловейчик так описывает идеал своей педагогики: «Воспитание внутренне свободного человека начинается в детстве. Внутренняя свобода — это природный дар, это особый талант, который можно заглушить, как и всякий другой талант, но можно и развить. Этот талант в той или иной мере есть у каждого, подобно тому как у каждого есть совесть, — но человек или прислушивается к ней, старается жить по совести, или она заглушается обстоятельствами жизни и воспитанием. Цель — воспитание свободного — определяет все формы, способы и методы общения с детьми. Если ребенок не знает угнетения и научается жить по совести, к нему сами собой приходят все житейские, общественные навыки, о которых так много говорится в традиционных теориях воспитания. На наш взгляд, воспитание заключается лишь в развитии той внутренней свободы, которая и без нас есть в ребенке, в ее поддержке и охране. Но дети бывают своевольны, капризны, агрессивны. Многим взрослым, родителям и учителям кажется, что предоставлять детям свободу опасно. Тут проходит граница двух подходов в воспитании. Тот, кто хочет вырастить свободного ребенка, принимает его таким, какой он есть, — любит его освобождающей любовью. Он верит в ребенка, эта вера помогает ему быть терпеливым. Тот, кто не думает о свободе, боится ее, не верит в ребенка, тот неизбежно угнетает его дух и тем губит, глушит его совесть. Любовь к ребенку становится угнетающей. Такое несвободное воспитание и дает обществу дурных людей. Без свободы все цели, даже если они кажутся высокими, становятся ложными и опасными для детей».

Крайне почитаемый сербский старец. В пятнадцать лет тяжело заболел. Ему было сказано, что если он пройдет определенное лечение, то выживет, если нет — умрет в течение пяти лет. Будущий старец отказался от лечения и решил посвятить последние пять лет своей жизни монашеству. Он поступил в монастырь Мильково, где подвязались изгнанные из страны валаамские монахи (один из которых, наставник Фаддея, был духовным сыном Амвросия Оптинского). Старец впоследствии описывал время, проведенное в Мильково: «Когда я послушником пришел в монастырь Мильково, мне дали четки и научили меня, как надо молиться. И как мне показали, так я и делал. Я полностью отдался Иисусовой молитве. Я думал, что у меня осталось лишь пять лет жизни и что не стоит тратить их попусту. Так я решил искать свой путь к Богу. В скором времени, именно вследствие этой полной преданности Богу и искренней тоски по Богу, меня озарила Божественная благодать, которая в моей душе оставила неописуемую радость и спокойствие. Слушаю сердце и слышу внутри: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного”. Стараюсь вспомнить какие-то вещи и события из прошлого, но не получается; все мои мысли погружены в какое-то неописуемое спокойствие, а во всем моем существе царит какая-то несказанная радость и печаль по Богу». После Фаддей исполнял послушание во многих монастырях. Во время войны арестовывался нацистами. После этого старец, поселился в монастыре Витовница, где провел всю свою оставшуюся жизнь и начал старческое служение. Поучения старца Фаддея Витовницкого крайне просты: большей частью почти «примитивные» афоризмы, однако несущие евангельскую мудрость, полные смирения и любви. В старце Фаддее сошлись валаамская и оптинская традиция с русской «стороны», опыт горняцко-туманских исихастов — учеников синайских исихастов — с сербской.

Английский режиссер, сценарист, актер

Великий русский писатель, творец почти совершенной лирической прозы, мастер новеллы. Нобелевский лауреат. Также поэт, мемуарист, автор нескольких нетривиальных литературоведческих сочинений. Как и многие его современники, окончил свою жизнь в эмиграции.

«У нас нет чувства своего начала и конца. И очень жаль, что мне сказали, когда именно я родился. Если бы не сказали, я бы теперь и понятия не имел о своем возрасте, — тем более, что я еще совсем не ощущаю его бремени, — и, значит, был бы избавлен от мысли, что мне будто бы полагается лет через десять или двадцать умереть. А родись я и живи на необитаемом острове, я бы даже и о самом существовании смерти не подозревал. “Вот было бы счастье!” — хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? Когда и как приобрел я веру в Бога, понятие о Нем, ощущение Его? Думаю, что вместе с понятием о смерти. Смерть, увы, была как-то соединена с Ним (и с лампадкой, с черными иконами в серебряных и вызолоченных ризах в спальне матери). Соединено с Ним было и бессмертие. Бог — в небе, в непостижимой высоте и силе, в том непонятном синем, что вверху, над нами, безгранично далеко от земли: это вошло в меня с самых первых дней моих, равно как и то, что, не взирая на смерть, у каждого из нас есть где-то в груди душа и что душа эта бессмертна».

И. А. Бунин «Жизнь Арсеньева»

Статья О. Седаковой «Lux aeterna. Заметки об И. А. Бунине»
В. Вейдле «На смерть Бунина»

Александр Гречанинов имел типаж настоящего русского интеллигента — статный, белокурый, в очках, с «чеховской» бородкой; но над всем этим — особая чистота души, строгость нравственных убеждений, которые определили его жизненную и творческую позицию, верность традициям отечественной музыкальной культуры, истовый характер служения ей.
Творческое наследие Гречанинова огромно — ок. 1000 произведений, в том числе 6 опер, детский балет, 5 симфоний, 9 крупных симфонических произведений, музыка к 7 драматическим спектаклям, 4 струнных квартета, многочисленные инструментальные и вокальные сочинения. Но самая драгоценная часть этого наследия — хоровая музыка, романсы, хоровые и фортепианные произведения для детей. Музыка Гречанинова пользовалась популярностью, ее охотно исполняли Ф. Шаляпин, Л. Собинов. А. Нежданова, Н. Голованов, Л. Стоковский. Однако творческая биография композитора складывалась далеко не просто.
Гречанинов Александр Тихонович родился (13) 25 октября 1864 г. в Калуге, (по другим сведениям — в Москве, в купеческой семье). Семья московского купца Гречанинова хотела, чтобы Саша связал свою жизнь с торговлей. «Только когда мне было 14 лет, я впервые увидел фортепиано… С той поры фортепиано делается моим неизменным другом». Упорно занимаясь, Гречанинов в 1881 г. втайне от родителей поступил в Московскую консерваторию, где занимался у В. Сафонова, А. Аренского, С. Танеева. После перехода в Петербургскую консерваторию, где молодой композитор встретил понимание и поддержку Н. Римского-Корсакова. Консерваторию Гречанинов закончил в 1893 г., представив в качестве дипломной работы кантату «Самсон», а через год за Первый струнный квартет был удостоен премии на Беляевском конкурсе.

Гречанинов написал также немало хороших произведений и для церковных хоров. Особенно характерны его отдельные песнопения, из которых некоторые представляют собой переложения-обработки уставных напевов русской церкви для хора, но большая часть его духовно-музыкальных произведений является свободными сочинениями. Наиболее характерными для духовно-музыкального творчества А. Т. Гречанинова являются именно отдельные песнопения. Как в своих обработках распевных мелодий, так и в своих свободных духовно-музыкальных сочинениях Гречанинов нередко применяет обороты и приемы, подсказанные народными песнями. Но иногда он не чуждается приблизиться к условным формам хоровой фактуры в стиле духовно-музыкальных произведений П. И. Чайковского. Наиболее характерной в этом отношении является его первая литургия, опус 13 (1897 г.), в которой он как бы за образец берет литургию Чайковского, опус 41.
Самостоятельна его вторая литургия, опус 29, написанная им в 1902 г. для большого, сильного хора. Особенное внимание в этой литургии привлекло «Верую…», получившее громадное распространение. В этом «Верую…» Гречанинов поручил альту читать текст Символа Веры, причем хор создает этому чтению гармонический фон: он протяжно поет слово «верую», («исповедую», «чаю») на соответственно меняющихся аккордах. Получилось замечательное, еще до тех пор никем не применявшееся сочетание простой, почти что традиционной псалмодии и хорового, напоминающего орган, пения хора. Все внимание слушателей сосредотачивается на тексте; аккордовый фон совершенно не отвлекает внимания. Это «Верую…» прочно вошло в обиход многих русских церковных хоров, вышло много граммофонных пластинок с этой записью.
Впоследствии Гречанинов сделал попытку выйти за рамки традиционной православной богослужебной музыки: в 1917 г. им была написана «Литургия демественная», опус 79, для солистов, тенора и баса, хора, струнного оркестра, органа и арф. Ее концертное исполнение состоялось уже за границей, в 1926 г. Необычность этого произведения, наряду с демественными напевами и богослужебными текстами, использующего весьма современные музыкальные приемы, у многих вызвала неприятие его в качестве церковного, то есть предназначенного для молитвы, поскольку оно не укладывалось в рамки исторически сложившегося типа церковного пения. С другой стороны, несомненен религиозный характер демественной литургии, так что она пользуется заслуженной популярностью и сейчас.
Вскоре после 1925 г. А. Т. Гречанинов эмигрировал и жил сначала в Париже, а с 1939 г. — в США (получил американское гражданство в 1946 г.). В эмиграции он продолжал (но очень мало) писать произведения для церковных хоров, но печатать их ему уже не удавалось. Незадолго до своей кончины, в 1943 г., Гречанинов написал для смешанного хора литургию, опус 177, N 4, названную им «Новый Обиход». Композитору было уже за восемьдесят, когда появилась его третья опера — «Женитьба» (по Гоголю). Творческое наследие Гречанинова включает также 5 симфоний, массу произведений камерно-инструментальных жанров, сотни фортепианных пьес, романсов, обработок народных песен; большую ценность имеет его музыка для детей (в том числе 4 детских оперы). Кроме православной церковной музыки он сочинил ряд католических месс и мотетов, а также духовные хоры на английские тексты. Его перу принадлежит книга «Моя жизнь».

Все годы пребывания за рубежом Гречанинов испытывал острую тоску по родине, постоянно стремился к контактам с Советской страной, особенно в годы Великой Отечественной войны. Событиям войны он посвятил симфоническую поэму «К победе» (1943), ноты которой выслал в Советский Союз, и «Элегическую поэму памяти героев» (1944).
24 октября 1944 г. в Большом зале Московской консерватории торжественно отмечалось 80-летие Гречанинова, исполнялась его музыка. Это чрезвычайно воодушевило композитора, вызвало новый прилив творческих сил.
До последних дней Гречанинов мечтал вернуться на родину, но этому не суждено было осуществиться. Почти оглохший и ослепший, в крайней бедности и одиночестве он скончался в Нью-Йорке 4 января 1956 г. в возрасте 92 лет.

Советский и российский филолог-классик, доктор филологических наук, профессор. Филологией Аза Алибековна начала интересоваться с детских лет. В 1944 г. Тахо-Годи окончила Московский государственный педагогический институт им. В. И. Ленина. После окончания института она поступает в аспирантуру этого института по отделению классической филологии, где сначала учится у профессора Н. Ф. Дератани. В 1949 г. А. А. Тахо-Годи, изгнанная из Педагогического института как дочь врага народа, защищает в Московском университете кандидатскую диссертацию «Поэтические тропы Гомера и их социальный смысл». Приглашается для работы на кафедру классической филологии Московского университета и вскоре (в 1959 г.) защищает в Институте мировой литературы Академии наук докторскую диссертацию о рецепции Античности в русской литературе. На протяжении десяти лет с момента защиты кандидатской диссертации (1949–1958) преподает античную литературу, латинский и греческий языки студентам и аспирантам в Московском областном педагогическом институте им. Н. К. Крупской. Член редакционной коллегии серии книг «Библиотека античной литературы», выпущенной издательством «Художественная литература». 1962–1996 гг. А. А. Тахо-Годи заведует кафедрой классической филологии Московского университета. В 1965 г. она была утверждена в звании профессора, а в 1992 г. получила звание заслуженного профессора. Научные интересы проф. А. А. Тахо-Годи связаны с античной литературой в ее эстетическом и философском аспекте, с терминологическими исследованиями; изучением жанров и стилей, античной риторики, греческой мифологии, рецепции Античности в русской литературе, типологии античной культуры. Список научных работ А. А. Тахо-Годи включает более 300 наименований.

В миру Хрисанф Николаевич Дунаев. Насельник, а затем настоятель Валаамского монастыря, основатель и настоятель Ново-Валаамского монастыря (братия Валаама перебралась на новое место после отхода территории Валаама к СССР). Составитель книги «Умное делания», которую часть называют «Малым Добротолюбием».

Режиссер и сценарист