Притча о виноградарях звучит во время Страстной недели. Ее слышали люди, еще совсем недавно встречавшие Иисуса, как Царя, и кричавшие Ему:

осанна! благословен Грядущий во имя Господне! Благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!(Мк. 11: 9–10).

Таким образом люди подтверждали свою веру в мессианство Христа, в Его Божественное посланничество, в то, что Он — сын царя и пророка Давида. Именно об этом написано:

Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножиеног Твоих(Пс. 109: 1).

Значение этой притчи сразу же становится понятно слушателям, потому что образ виноградника хорошо известен иудеям. Исаия, один из самых ярких пророков Ветхого Завета, называет «виноградником» богоизбранный еврейский народ.

Образ виноградной лозы проходит через весь Новый Завет. Христос в очередной раз обращается нему во время последней беседы с учениками на Тайной вечере. Об этом очень подробно написал евангелист Иоанн Богослов:

Я есмь истинная, виноградная, лоза, а Отец Мой — виноградарь. Всякую у Меня ветвь, неприносящую плода, Он отсекает; и всякую,приносящую плод, очищает, чтобы более принесла плода. Вы уже очищены через слово, которое Я проповедал вам. Пребудьте во Мне,и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе, так и вы,если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы — ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тотприносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего. Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет; а такие ветви собирают и бросают в огонь, и онисгорают. Если пребудете во Мне и слова Моив вас пребудут, то, чего ни пожелаете, просите, и будет вам. Тем прославится Отец Мой,если вы принесете много плода и будете Моими учениками(Ин. 15: 1–8).

Виноград упоминается и во время Божественной литургии, когда ее совершает архиерей, осеняющий народ дикирием, то есть двойной свечой, символизирующей два естества Христова — Божественную и человеческую. При этом владыка возглашает: «Призри с Небеси Боже, и виждь и посети виноград сей, его же насади десница Твоя».

Окружающие Христа узнают себя в этой страшной притче, потому что речь идет именно о них, о богоизбранном народе, который ждет своего Спасителя, но при этом готов Его отвергнуть. Господь говорит о Своем грядущем страдании и о том, что те самые люди, которые сначала приняли Его как Мессию и кричали: «Осанна сыну Давидову!», впоследствии закричат: «Распни, распни его!»

Иисус повествует о том, как еврейский народ относился к пророкам, посылавшимся к нему Господом. «Народ жестоковыйный», как отзывается о нем Священное Писание, не принимал, изгонял, побивал или даже казнил их. Спаситель говорит о Себе, как о Сыне владельца виноградника, которого жестоко и вероломно убивают злые виноградари.

Эта притча, как и всякое евангельское слово, касается каждого из нас. Евангелие актуально в любое время и всегда обращено к человеку, который держит его в руках именно сейчас, именно сегодня. Наш современник, может быть, и хотел бы отнести смысл прочитанных слов к событиям, происходившим две тысячи лет назад, к тем иудеям, которые не слушали и не приняли Спасителя. Однако апеллировать лишь к историческому контексту у нас не получится, потому что эти слова упорно стучатся в сердца сегодняшних христиан. Мы — тот виноградник, о котором говорит Господь. Мы — те люди, от которых Он ждет плодов. Мы — те ветви, которые без Него не смогут породить ничего доброго. Иисус вновь цитирует псалмопевца:

Камень, который отвергли строители, соделался главою угла: это — от Господа, и есть дивно в очах наших(Пс. 117: 22–23).

Он говорит о том, что Тот, Кого отвергает современная Ему Иудея, — и есть краеугольный камень, на котором строится все мироздание. Человек, выбирающий камень, на котором можно выстроить свою жизнь, не ошибается, а тот, кто его неразумно отвергает, в результате лишается всего. «Се, оставляется вам дом ваш пуст», — говорит Спаситель Иерусалиму и его жителям.

* * *

Фарисеи не хотят согласиться с обличениями Господа. Если бы им хватило мужества воспринять горькую истину, если бы они с болью признались себе во лжи, лицемерии, двуличии и смогли бы покаяться, то смогли бы и измениться. Ведь притча о винограднике была поведана вовсе не с тем, чтобы их отторгнуть и вынести им приговор, а для того, чтобы слово Божие пронзило сердце человека и заставило его хотя бы в последнее мгновение одуматься и спастись. Но людям так не хочется выслушивать о себе правду.

Впрочем, это было свойственно не только фарисеям, жившим много веков назад, но касается каждого без исключения. Тяжело нам слышать правду, не вмещается она в нас. Мы предпочитаем закрыть глаза, пытаемся найти себе оправдание. А оправдание легче всего подыскать, если найдешь в обличающем какой‑то изъян, какую‑то червоточину, нечто такое, что позволило бы сказать: «Раз ты сам не совершенен, я имею полное право не прислушиваться к твоим словам!»

Фарисеи задают Иисусу очередной провокационный вопрос: надо ли платить кесарю подать или нет? Ведь такая плата может быть приравнена к богохульству, потому что только Богу можно приносить жертву! Динарий кесаря обменивался в притворе Иерусалимского храма на специальную монету, которую можно было опускать в церковную сокровищницу.

Следует сказать, что в то время поклонение римскому императору рассматривалось как нечто само собой разумеющееся. Статуи тогдашних владык соседствовали со скульптурными изображениями римских божеств. И вдруг Господь выгоняет бичом менял из храма, потому что те меняли динарии с портретом кесаря на монеты Иерусалимского храма. Фарисеи спрашивают у Христа:

Позволительно ли давать подать кесарю или нет? давать ли нам или не давать? Но Он,зная их лицемерие, сказал им: что искушаетеМеня?? принесите Мне динарий, чтобы Мневидеть его. Они принесли. Тогда говорит им:чье это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы. Иисус сказал им в ответ:отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу(Мк. 12: 14–17).

В этих словах заключен глубокий духовный смысл, очевидная правда Христова о том, что материальное не может нанести ущерб нашим душам. Да, кесарю по закону полагается платить подать, но наши сердца при этом останутся с Господом, потому что и сам человек — есть изображение нашего Царя, нашего Бога, и мы можем отдать Богу только самих себя.

«И дивились Ему» поставленные в тупик фарисеи, поскольку они полагали, что Богу можно заплатить, с Ним можно расплатиться, рассчитаться какими‑то пожертвованиями, например, тем самым «корваном», который они изобрели, чтобы не заботиться о своих родителях.

К великому сожалению, эта духовная подмена до сих пор характерна для многих современных христиан. Очень многим кажется, что собственное сердце, собственную любовь к Богу можно заменить свечой, денежным пожертвованием, постом, исполнением молитвенного правила или какими‑то внешними атрибутами. Но Христос говорит, что Богу, в отличие от кесаря заплатить невозможно, потому что Он не ждет от нас ничего иного, кроме преданной сыновней любви. Как об этом сказано в Священном Писании:

Сын мой! отдай сердце твое мне, и глаза твои да наблюдают пути мои(Притч. 23: 26).

И больше ничего.

* * *

В Израиле существовала и еще одна влиятельная религиозно–философская школа, возникшая в эпоху расцвета династии Маккавеев (около 150 года до Рождества Христова) и просуществовавшая вплоть до разрушения иудейского государства римлянами (70 год по Рождеству Христову). Это саддукеи (от древнееврейского — П^Ш,цадоким) —прагматики, как бы их назвали сегодня,которые говорят, что нет воскресения(Мф. 22: 23), которые не верили в духовную жизнь. Для них религия была лишь способом самоидентификации, путем к достижению земного успеха.

Они, по сути, смеются над Священным Писанием, обнаруживая в Нем множество кажущихся нестыковок. Ведь любая религиозная система не может быть отлажена, как безупречный бизнес–проект, для нее всегда будут характерны некоторые противоречия, потому что там, где встречаются человек и Бог, не может не быть противоречий. Время от времени непременно будут возникать кризисы и конфликты, обязательно будет глубочайшие непонимания и себя, и Бога.

А вот фарисеям и саддукеям — им все понятно, все стоит на своих местах, поэтому они потешаются над Христом, Который говорит парадоксами и живет «не по правилам». Они задают Ему вопрос по поводу законов левирата, предполагавших возможность брака с ближайшими родственниками. Главную, если не единственную цель семейной жизни ветхозаветный человек видел в продолжении рода; отсутствие детей в браке считалось позором и наказанием Божиим и воспринималось людьми крайне подозрительно.

Саддукеи не могли допустить осуждения и подозрительности по отношению к себе. Они говорят Иисусу:

Учитель! Моисей написал нам: «если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его и восстановит семя брату своему». Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставилдетей. Взял ее второй и умер, и он не оставилдетей; также и третий. Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерлаи жена. Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? Ибосемеро имелиееженою. Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение,не зная Писаний, ни силы Божией? Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будутни жениться, ни замуж выходить, но будут,как Ангелы на небесах. А о мертвых, что онивоскреснут, разве не читали вы в книге Моисея, как Бог при купине сказал ему: «Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова?» Бог неесть Бог мертвых, но Бог живых. Итак, вывесьма заблуждаетесь(Мк. 12: 19–27).

Дело в том, что человеку присуще иллюзорное представление о будущей жизни человека, как, по сути, о той же самой, какой он жил на земле, но только продолжающейся в некоем ином измерении.

Примерно так изображали Царство Небесное советские карикатуристы, представлявшие рай в виде благоустроенного цековского санатория, куда могут попасть только «свои», где пациентам отпускаются целебные процедуры, где «все включено», где Ангелы с утра до вечера услаждают слух приятной музыкой, а ты отдыхаешь в гамаке под пальмами под шум морского прибоя…

К сожалению, именно так многие представляют себе жизнь вечную и сейчас. Но Христос лишает нас розовых иллюзий, утверждая, что рай — это отнюдь не то место, где люди продолжают жить по привычным и удобным им земным законам. Он говорит, что Царство Небесное — это совершенно иное бытие, что там люди не заводят семей, не женятся и не выходят замуж, не рожают детей и не умирают, потому что все, что должно совершиться, совершится уже на этой земле и станет нашей подготовкой к Царству Небесному. Он не объясняет всего этого саддукеям, потому что бессмысленно говорить о тайнах любви и о тайнах вечной жизни с теми, которым эти материи совершенно безразличны. Он лишь свидетельствует, цитируя Священное Писание, о том, что Царство Небесное — это царство жизни, и что в Боге никто не умирает.

Один из книжников, услышавших эти очень важные слова Господа, вдруг начинает о чем‑то задумываться и находит ответы на самые главные вопросы, мучившие его прежде.

Он спрашивает у Христа: какая же самая главная заповедь? Ведь фарисеи исполняли множество различных предписаний, более шестисот.

Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: «слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею,и всем разумением твоим, и всею крепостиютвоею», — вот первая заповедь! Вторая подобная ей: «возлюби ближнего твоего, как самого себя». Иной большей сих заповеди нет(Мк. 12: 29–31).

Христос цитирует Второзаконие — книгу, которая прежде всего учит исполнять законы. Учит во всех подробностях, уделяя внимание всем нюансам, в общем так, как фарисеи это и делали. Но там эти слова стоят в ряду других наставлений и могут показаться читающим слово Божие чем‑то не главным, даже второстепенным. Господь же выделяет их из всего огромного массива Второзакония, и вдруг для вопрошавшего открывается смысл жизни, он вдруг понимает, ради чего Христос пришел в этот мир, вдруг осознает свое собственное предназначение. Услышанное поражает его в самое сердце, и он говорит Спасителю:

хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; и любить Еговсем сердцем, и всем умом, и всею душою, и всеюкрепостью, и любить ближнего, как самогосебя, есть больше всех всесожжений и жертв(Мк. 12: 32–33).

Своим ответом Христос раздвигает перед книжником рамки формальной религиозности и призывает его любить. А любовь не может руководствоваться какими‑то правилами, любовь всегда больше, чем просто заповедь. Она нередко толкает человека на совершение весьма неожиданных и даже порой не вполне понятных поступков, если, конечно, это чувство — настоящее. Любовь — это и есть главная жертва, которую может принести человек, когда он способен забыть о себе и не заботиться о том, что ему может причитаться за исполнение каких‑то предписаний.

Книжник с радостью называет Христа своим учителем, и Господь говорит ему в ответ:недалеко ты от Царствия Божия(Мк. 12: 34). Вот в чем нуждаемся все мы для того, чтобы быть рядом с Царствием Небесным: нам необходимо в какой‑то момент просто услышать Бога, ощутить, как Его слова стучатся в наши сердца.

Этот небольшой отрывок показывает, как слова Божии проникают даже в душу человека, изначально настроенного по отношению к Нему враждебно, и меняют его столь быстро и неотвратимо, что он уже находится совсем рядом с Царством Небесным. Это ведь опять о нас. Опять о каждом из нас: мы должны наконец осознать, что и для нас Царство Небесное — не за горами, если мы только слышим слова Господа.

* * *

Слово «лепта» известно нам благодаря бедной вдовице, которую Иисус повстречал рядом со смоковницей. Он увидел, как богатые жертвуют в храмовую сокровищницу от избытка, а эта женщина — от скудости. Здесь интересен церковнославянский вариант этого текста. По–русски мы читаем:она от скудости своей положила все, что имела, всепропитаниесвое(Мк. 12: 44), а церковнославянский текст гласит:всежитиесвое.Она на деле показала, как можно Богу доверить всю свою жизнь, как можно Богу принести в жертву саму себя, до конца. Не в деньгах же дело, в конце концов.

Не нуждается Бог в деньгах, не нужны Ему ее несчастные две лепты! И драгоценные подношения Ему тоже не нужны! Господь увидел, в чем состояла истинная жертва этой женщины. Христос наблюдает за тем, как люди жертвуют деньги Ему, Сыну Божию. Они не знают того, что Он смотрит на них, заглядывая в самую глубину их сердец, так же, как часто и мы не замечаем, что Господь всматривается в наши сердца в тот момент, когда мы хотим Ему угодить, хотим что‑то для Него сделать. И вот, оказывается, что сами по себе наши пожертвования Ему не нужны, потому что в душе человеческой доминируют какието совершенно другие мотивы, заставляющие его положить деньги в сокровищницу. Бедная вдовица становится для Него самой дорогой дарительницей, потому что она отдала Ему «всежитиесвое».