Достойны удивления жизнь и подвиги афонского ученика святого Григория Синаита, аввы Николая. Родом он был из Афин. Точная дата его рождения не установлена. Судя по его жизни и духовной деятельности, он имел солидное по тому времени образование, которое получил, вероятно, в Константинополе [24, с. XXXV]. В годы правления Византией императора Михаила VIII Палеолога авва Николай был известным общественным деятелем. Он твердо и решительно выступил против курса пролатинской политики, взятого императором. В это время Византийская империя находилась в очень тяжелом политическом положении. Совне ее окружало и теснило множество врагов. К внешним бедствиям присоединились и внутренние беспорядки, неурядицы, вызванные ослеплением законного наследника престола Иоанна IV. В этих условиях император Михаил VIII видел спасение империи лишь в сближении с Римом, надеясь на помощь папы в борьбе с врагами Византии. Переговоры привели к формальному провозглашению унии с Римско-Католической Церковью на Лионском Соборе 1274 года. Император показал себя усердным сторонником унии и потребовал от духовенства и народа признать главенство папы над Восточной Церковью, его юрисдикцию и поминать его за богослужениями. Но пожелания Михаила VIII встретили почти единодушное сопротивление не только духовенства и монахов, но и всего народа. Среди активных борцов против унии был суровый аскет авва Николай. На их стороне был и Константинопольский патриарх Иосиф, занимавший престол с 1268 года. В знак протеста он отказался от престола, который с 1275 года незаконно наследовал сторонник унии Иоанн Векк. По распоряжению императора начались жестокие преследования, мучения и изгнания всех противников унии. Бесчеловечным истязаниям и унизительным поруганиям подвергся маститый старец авва Николай, смело проповедовавший истинность православия и обличавший ложь латинства [23, с. 39]. Он был выдворен из Константинополя на родину — в Афины. Лионская уния, навязанная по политическим мотивам духовенству и народу, встретив упорное противодействие, не смогла распространиться дальше константинопольского царского двора. Вскоре по милости Божией “дела Церкви пришли в совершенное затишье и спокойствие” [23, с. 40]. После смерти в 1282 году императора Михаила VIII Палеолога его сын и преемник Андроник II Палеолог (1282—1328) открыто заявил себя врагом унии. Патриарх Иоанн Векк, ставленник Михаила VIII, вынужден был отказаться от кафедры, и 31 декабря 1282 года на патриарший престол вновь взошел Иосиф. Во второй период правления Константинопольской Церковью, который продолжался до марта 1283 года, патриарх Иосиф приложил много стараний, чтобы преодолеть последствия унии и уврачевать раны, нанесенные православному обществу во время униатских гонений [68, с. 218—222]. Он предложил страстотерпцу авве Николаю епископию. По свидетельству святого Каллиста, патриарх Иосиф “готов был все сделать и предпринять для того, чтобы рукоположить его на архиерейский престол” [23, с. 40]. Но авва Николай, с молодых лет посвятивший себя подвижничеству, по смирению отказался от такой чести и счел для себя более приличным отправиться на Афон.На Афон авва Николай пришел почтенным старцем, убеленным сединами и украшенным многочисленными добродетелями. Это было в начале XIV века, во время правления прота Луки [89, отд. 2, с. 118]. Прот Лука принял авву Николая в монастырь в Карее и назначил экклисиархом в соборный храм Успения Пресвятой Богородицы.К этому времени слава о святом Григории как о великом учителе безмолвия и наставнике внутреннего делания обошла все монастыри Афона. Вокруг Синаита собралось множество учеников.На второй год после приезда на Афон авва Николай “встретился с удивительным Григорием учителем, и, плененный весьма приятными его речами, он всею мыслью и стремлением своей души готов был сделаться его учеником”. Он “не только от казался от известности, стряхнув, как пустое и излишнее бремя, человеческую славу и почести, но и, отложив на второй план старость и время, поспешил с повиновением к нему и принял на себя определенное послушание и труд, согласно господствующему порядку, признав их как бы опорой для себя и видя в этом большую пользу” [23, с. 41—42].Авва Николай стал одним из самых послушных и терпеливых учеников Синаита, несмотря на то что был уже довольно преклонных лет и к тому же известным монахом-аскетом и общественным деятелем. За малейшее прегрешение он нередко на коленях испрашивал себе прощение у строгого и сурового старца. Даже по немногим данным о жизни аввы Николая на Афоне нетрудно определить, что все свое время он посвящал упражнению в умной молитве для достижения высшего умного ведения и обожения. Силой Божией авва Николай взошел на высшую ступень аскетических подвигов — бесстрастие — и, “будучи испытан во всякой добродетели и смирении, украшен разумом и твердым характером, в большей мере превзошел и всех тамошних иноков”[23, с.39—42]. О последних днях жизни и месте упокоения блаженного старца Николая сведений нет. Известно лишь, что он достиг восьмидесятилетнего возраста [23, с. 39]. Можно предполагать, что закончилась его длинная и многострадальная жизнь на Святой Горе в синодии преподобного Григория Синаита.