Евангелие — Благая весть ободномИисусе Христе, ободнойЕго истории — единственно и неповторимо в своем роде[248].

Мы должны помнить, что Евангелие благовествовал еще Сам Христос, имея в виду провозглашение приближающегося Царствия Божия (см. Мк. 1, 15). В устах учеников то же Евангелие стало включать в себя и весть об Иисусе Христе, с Кем неразрывно связан дар Царствия Божия. Более того, Евангелием стала по сути дела весть о Нем, об Иисусе как Христе и Сыне Божием. Возвещавший Благую весть Сам стал Благой вестью: «Благовествующий стал Благовествуемым»[249].

В таком уникальном значении, вединственномчисле термин «Евангелие» употреблялся с самого начала, и, строго говоря, такое главное значение он сохраняет и поныне. Когда же мы говорим о четырех канонических Евангелиях — во множественном числе — то имеем в виду Евангелие как своего рода литературный жанр. Правда, здесь все же имеет место некоторая неточность: речь идет не о Евангелии, которое сочинил Матфей или Марк и т. д., а ободном и том жеи единственном Евангелии, нопоилисогласноМатфею или Марку и т. д. Именно такой смысл имеет греческий предлог kata\, который у нас обычно переводится как «от» («от Матфея», «от Марка» и т. д.)[250].

Тот, кто первый осуществил труд обстоятельно изложить Благую весть по определенному плану, неизбежно проделал редакторскую работу, которую другой бы проделал по-другому (так оно в действительности и случилось). Тем самым первый, кто это сделал, дал повод понимать под термином «Евангелие» некий конкретный письменный текст, так что с тех пор этим термином обозначаются отдельные книги, вошедшие (или не вошедшие, т. е. признанные неканоническими) в Новый Завет[251].

Кто же был тем первым писателем или редактором, кто предпринял такой труд?