К Рождеству с радостью. В чем смысл паремий и пророчеств. Рождественская рассылка Предания.ру 2019-2020 гг.

К Рождеству - с радостью и смыслом - предлагаем мы идти читателям нашего портала. А потому совместно с колледжем "Наследие" мы подготовили для вас рождественскую рассылку, которую будем дублировать в блоге.

Подготовка к празднику для христианина есть приготовление к встрече самого Господа. Он как бы вновь приходит на землю, чтобы посетить нас и спросить, как мы жили, что привнесли в сокровище своего сердца. Ожидание пришествия Господня не может быть пассивным. Только тогда будет радостна эта встреча, когда мы хоть что-то для нее сделаем. И вот поэтому Церковь установила пост - время, когда мы больше и тщательнее молимся, вслушиваемся в голос своей совести, задумываемся о самих себе, исповедуем грехи и исправляем пути жизни.

Мы надеемся, что Рождественский пост будет для всех нас не только временем воздержания, а временем приготовления, чтобы в праздник Рождества Христова ощутить Его действительное пришествие, Его близость, Его благодатную силу. И, хочется верить, наша рассылка будет этому способствовать.

Совсем недавно, на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, мы услышали первые рождественские песнопения — ирмосы канона Рождества. И сегодня мы предлагаем вам поразмышлять над текстом первой паремии Рождественского сочельника.

Это слово переводится с греческого языка как «притча». Паремии — это особые отрывки из Священного Писания, чаще всего из Ветхого Завета. Изначально они читались на крещальных Литургиях, во время которых крестили большое число людей, прошедших длительную подготовку (оглашение). Это было торжественное событие для всей общины и совершалось несколько раз в году: накануне Рождества Христова, Крещения Господня и Пасхи. И пока совершалось крещение, верные слушали Слово Божие. С VII–VIII вв. паремии стали читаться на вечерне. Больше всего читалась книга Притчей Соломоновых, поэтому чтения и назвали притчами.

Богослужебное значение паремий не молитвенное, а назидательное. Они предназначаются для слушания, чтобы верующий глубже проникался смыслом того, что празднует Церковь. По уставу после них полагаются проповеди, где священник должен разъяснить прочитанное. Сейчас паремии читаются на большие праздники. Обычно паремий немного. Но на такие праздники, как Рождество, Богоявление и Пасха, их значительно больше. На Рождество Христово читается восемь паремий. Итак, Рождественский Сочельник, и на вечерне после стихир на «Господи, воззвах» мы слышим первую паремию (Быт 1:1–13):

1 В начале сотворил Бог небо и землю. 2 Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. 3 И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. 4 И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. 5 И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

Бог, обладающий абсолютной полнотой бытия, ни в чем не нуждающийся, творит наш мир. Единственной причиной творения мира является совершенная и бесконечная любовь Бога. Святой Иоанн Дамаскин пишет: «Благой и преблагой Бог не удовольствовался созерцанием Себя Самого, но по преизбытку благости восхотел, чтобы произошло нечто, что в будущем пользовалось бы Его благодеяниями и было причастно Его благости».

Бог творит мир Своим Словом в Духе Святом. Творит из ничего. Он мог бы создать весь мир в его полноте в одно мгновение, но хотел, чтобы он жил и развивался постепенно. Творение показано бытописателем как процесс во времени, от простого к сложному, к своей вершине — человеку.

И первое, что Бог дает Своему творению, — это свет. Он рассеивает мрак и открывает величие и чудо дел Божиих. Первое Божие слово «разогнало тьму, рассеяло уныние, обвеселило мир, всему дало вдруг привлекательный и приятный вид. Явилось небо, покрытое дотоле тьмою, открылась красота его в такой мере, в какой еще и ныне свидетельствуют о ней взоры» (святитель Василий Великий). Еще нет солнца, звезд, но уже возможно появление жизни. Свет был создан Божественным словом, обладающим всемогущей творческой силой: ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось (Пс 32:9).

Для Всемогущего достаточно сказать слово, чтобы дать бытие той или иной твари. Мир создается одним словом и повелением Божиим — «да будет», «да соберется вода», «да произрастит земля». Святые Отцы видят здесь таинственное указание на второе Лицо Святой Троицы — Сына Божия. Евангелист Иоанн пишет о сотворении мира: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог... Все чрез Него начало быть... В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков...» (Ин 1:1–3).

6 И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. 7 И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. 8 И назвал Бог твердь небом. И был вечер, и было утро: день второй. 9 И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. 10 И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что [это] хорошо.

Постепенно неустроенное вещество земли по велению Бога обретает форму, порядок, красоту.

11 И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так. 12 И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерево, приносящее плод, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что [это] хорошо. 13 И был вечер, и было утро: день третий.

По слову Божию на земле появляются зелень, трава и деревья. Появляется первая жизнь на земле. Бог дает растениям силу через семена продолжать свой род.

Растения — это не просто пища, материал для жилищ, источник кислорода. Это удивительный, прекрасный и разнообразный мир, без которого невозможно представить нашу жизнь.

Какое удивительное и величественное откровение о Боге Творце! И как удивительно, что Этот же Бог, Тот, Кто сотворил всю вселенную, воплощается ради нашего спасения. Единородный Сын Божий, рождающийся от Отца в вечности, рождается по плоти от Девы Марии, становится человеком, подобным нам во всем, кроме греха.

Рождество Христово — это начало возрождения, «пересотворения» мира. «И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое» (Откр 21:5). И как в начале творению был дан свет, так и в Рождестве к нам приходит истинный Свет, просвещающий мир и каждого человека, Господь Иисус Христос. И от каждого из нас зависит, принимаем ли мы этот Свет или нет. Но только принимая Его, мы можем стать чадами Божиими, познать Бога, получить дары благодати и войти в Царство Небесное.

Паремия о первых трех днях творения, которую мы слышим в Сочельник, — это не только напоминание, в какого Бога мы верим, не только откровение о возрождении мира в Боговоплощении, но еще и великое утешение. У пророка Исаии тоже есть рассказ о сотворении мира, начинающийся словами: Утешайте, утешайте народ Мой, говорит Бог ваш (Ис 40:1). Исаия обращается к евреям, находящимся в вавилонском плену. Они чувствуют себя раздавленными, поверженными и униженными. Будто Бог оставил их или оказался слабее языческих. Но Бог через пророка как бы напоминает им и всем нам, что Он — Творец мира, создавший небо и землю. А значит, все в Его руках. И это бесконечное для нас утешение.

Рождество Христово — это надежда, исполнение Божьего обещания нашего спасения. Человечество, как и две тысячи лет назад, нуждается в искуплении, спасении и освобождении. Какими бы ни были великие достижения мира, оно все равно страдает; у него нет ни мира, ни покоя. Оно ищет счастья, но его не находит. И грех возрастает, и скорбь, и вражда, и ненависть. Но светает во мраке греховном. Восходит Заря освобождения от рабства греху, проклятию и смерти.

Подготовили Екатерина и Дарья Смирновы, Владимир Стрелов

Рождество приблизилось еще на неделю. Повсюду мы видим, как люди готовятся к Новому году и Рождеству. Яркие огни, шары, елки… Многие уже украшают дома к празднику. В вашей семье еще нет нарядной елки, радующей глаз фонариками и увенчанной яркой звездой?

Традиция украшать елку — вовсе не советская, как думают некоторые, и звезда на елке — не кремлевская, а Вифлеемская. С середины XIX века во всех домах России наряжали елки: сверху водружали Вифлеемскую звезду, внизу устраивали вертеп.

Рождение Сына Божьего сопровождалось удивительным небесным явлением — возникновением на небе яркой и необычной звезды. Она шла перед волхвами, указывая им путь к месту, где был Младенец Христос. Вот как об этом повествует евангелист Матфей:

«Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему» (Мф 2:1–2).

Путь звезды был необычен. Она шла вопреки законам природы, с востока на запад, чтобы остановиться над Вифлеемом. 

В Священном Писании подобные небесные знамения упоминаются не единожды. Такое происходило с царем Езекией, когда в подтверждение исцеления от смертельной болезни Господь дал знамение через пророка Исаию — солнце пошло назад, и тень воротилась на десять ступеней (4 Цар 20:8–11, Ис 38:2–8). Также мы читаем, что по молитве Иисуса Навина Бог остановил солнце и луну во время сражения израильтян за Гаваон (Нав 10:12–14). Знали ли об этих историях мудрецы Востока, нам неизвестно. Но они хорошо знали карту звездного неба и с большим почтением относились к звездам, связывая их с судьбами отдельных людей и всего мира. 

В христианской традиции есть разные мнения о характере небесного светила. Многие сотни лет о его происхождении и природе ведутся споры, высказываются разные гипотезы. Вифлеемская звезда могла быть: – кометой; – соединением планет (парад планет); – новой звездой; – специально сотворенной особенной звездой; – ангелом в образе звезды.

Не так важно, чем была эта звезда. Бог говорит с людьми на их языке. Волхвы читают небо, и Бог творит звезду, чтобы она указала им путь.

Но почему эту звезду волхвы сочли знамением рождения Царя в Израиле?

Ответ на этот вопрос дает нам Церковь во второй паремии Рождественского сочельника из Книги Чисел (24:2–3, 5–9, 17–18).

Попробуем мысленно перенестись на двенадцать веков раньше, к событиям Исхода. 

В конце странствия по пустыне израильтяне достигли Моавитских владений и подошли к стенам Иерихона. Царь моавитян послал своих людей к знаменитому тогда прорицателю Валааму с просьбой прийти и проклясть Израиль, чтобы моавитяне смогли одолеть его. Валаам описывается как "муж с открытым оком", слышащий слова Божии и видящий видения Всемогущего (Чис 24:3–4). Он мог бы стать величайшим пророком Ветхого Завета, но корысть, побуждавшая Валаама торговать своим даром, помешала ему в этом. Вот и сейчас он идет, поначалу желая обогатиться, но Бог вмешивается и принуждает его благословить Израиль:

2 Был на Валааме Дух Божий. 3 И произнес он притчу свою и сказал: 5 как прекрасны шатры твои, Иаков, жилища твои, Израиль! 6 расстилаются они как долины, как сады при реке, как алойные дерева, насажденные Господом, как кедры при водах; 7 польется вода из ведр его, и семя его будет как великие воды, превзойдет Агага царь его и возвысится царство его. 8 Бог вывел его из Египта, быстрота единорога у него, пожирает народы, враждебные ему, раздробляет кости их и стрелами своими разит [врага]. 9 Преклонился, лежит как лев и как львица, кто поднимет его? Благословляющий тебя благословен, и проклинающий тебя проклят!

Валаам видит Израиль как оазис в пустыне, как райский сад. И вместе с тем он видит и грозную силу, сокрытую в этом народе. Он чувствует среди Израиля присутствие Господа. Прекрасен Израиль как избранный народ Божий. Прекрасен и благословен. Опасно проклинать его!

Но вот взгляд Валаама переносится вдаль, и он видит даже большее:

17 Вижу Его, но ныне еще нет; зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иакова и восстает жезл от Израиля, и разит князей Моава и сокрушает всех сынов Сифовых. 18 Едом будет под владением, Сеир будет под владением врагов своих, а Израиль явит силу свою.

Что же он видит? В народе, особо отмеченном Богом, через довольно длительный промежуток времени должен появиться Некто, кто славой Своей будет подобен звезде, и кто при этом будет владеть жезлом, властью. Он должен победить врагов Израиля: моавитян, едомитян.

Отчасти это пророчество осуществилось в фигуре Давида. Но его победы не прошли проверку временем, довольно скоро подчиненные им моавитяне вновь обрели независимость, а ко времени Евангельской истории Израилем даже стал править потомок Едома — идумеянин Ирод.

Так кого же видел Валаам? Сам Господь открывает евангелисту Иоанну: «Я есмь корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя» (Откр 22:16). 

Звезда от Иакова — это прообраз Самого Христа, соединившего в Себе сияние славы Отчей и духовной власти над миром. Воплотившийся Сын Божий будет путеводной звездой для ищущих Царства Небесного, которая в ночи освещает нашу жизнь.Это поняли волхвы, и потому в церковных песнопениях они называются учениками Валаама.

Это просто напоминание о празднике, радости?

Это точка в пространстве, указывающая на Богомладенца?

Это образ того, Кем является Сын Божий — по сравнению со всеми другими "звездами" и "жезлами" этого мира?

Вот как отозвался на этот вопрос Борис Пастернак:

Стояла зима. Дул ветер из степи. И холодно было Младенцу в вертепе На склоне холма.

Его согревало дыханье вола. Домашние звери Стояли в пещере, Над яслями теплая дымка плыла.

Доху отряхнув от постельной трухи И зернышек проса, Смотрели с утеса Спросонья в полночную даль пастухи.

Вдали было поле в снегу и погост, Ограды, надгробья, Оглобля в сугробе, И небо над кладбищем, полное звезд.

А рядом, неведомая перед тем, Застенчивей плошки В оконце сторожки Мерцала звезда по пути в Вифлеем.

Она пламенела, как стог, в стороне От неба и Бога, Как отблеск поджога, Как хутор в огне и пожар на гумне.

Она возвышалась горящей скирдой Соломы и сена Средь целой вселенной, Встревоженной этою новой звездой.

Растущее зарево рдело над ней И значило что-то, И три звездочета Спешили на зов небывалых огней.

За ними везли на верблюдах дары. И ослики в сбруе, один малорослей Другого, шажками спускались с горы. И странным виденьем грядущей поры Вставало вдали все пришедшее после.

Все мысли веков, все мечты, все миры, Все будущее галерей и музеев, Все шалости фей, все дела чародеев, Все елки на свете, все сны детворы.

Весь трепет затепленных свечек, все цепи, Все великолепье цветной мишуры… …Все злей и свирепей дул ветер из степи… …Все яблоки, все золотые шары.

Часть пруда скрывали верхушки ольхи, Но часть было видно отлично отсюда Сквозь гнезда грачей и деревьев верхи. Как шли вдоль запруды ослы и верблюды, Могли хорошо разглядеть пастухи.

— Пойдемте со всеми, поклонимся чуду, — Сказали они, запахнув кожухи. От шарканья по снегу сделалось жарко.По яркой поляне листами слюды Вели за хибарку босые следы.

На эти следы, как на пламя огарка, Ворчали овчарки при свете звезды. Морозная ночь походила на сказку, И кто-то с навьюженной снежной гряды Все время незримо входил в их ряды.

Собаки брели, озираясь с опаской, И жались к подпаску, и ждали беды. По той же дороге чрез эту же местность Шло несколько ангелов в гуще толпы.

Незримыми делала их бестелесность, Но шаг оставлял отпечаток стопы. У камня толпилась орава народу. Светало. Означились кедров стволы.

— А кто вы такие? — спросила Мария. — Мы племя пастушье и неба послы, Пришли вознести Вам Обоим хвалы. — Всем вместе нельзя. Подождите у входа.

Средь серой, как пепел, предутренней мглы Топтались погонщики и овцеводы, Ругались со всадниками пешеходы, У выдолбленной водопойной колоды Ревели верблюды, лягались ослы.

Светало. Рассвет, как пылинки золы, Последние звезды сметал с небосвода. И только волхвов из несметного сброда Впустила Мария в отверстье скалы.

Он спал, весь сияющий, в яслях из дуба, Как месяца луч в углубленье дупла. Ему заменяли овчинную шубу Ослиные губы и ноздри вола.

Стояли в тени, словно в сумраке хлева, Шептались, едва подбирая слова. Вдруг кто-то в потемках, немного налево От яслей рукой отодвинул волхва, И тот оглянулся: с порога на Деву, Как гостья, смотрела звезда Рождества.

Б. Пастернак, «Рождественская звезда». 1947 г.

Это третий текст нашей рождественской рассылки. По ссылкам вы можете найти первый текст о том, как связаны творение мира и Рождество, и второй, о звезде Рождества и пророчестве Валаама.

А сегодня нам предстоит разговор... о географии.

Когда оказываешься в столицах, часто можно услышать такие выражения: коренной москвич, петербуржец в четвертом поколении... Личность отступает на второй план перед величием места. Мало кто знает, где родился С. Собянин, зато все знают его как мэра Москвы. 

Некоторые города получили такую известность, что вызывают стойкие ассоциации: "вечный город" - это о Риме, "город богатства и греха" - о Вавилоне, "центр мира" - об Иерусалиме.

Но сегодня мы поговорим о городе, который, хотя и имел древнюю историю, не мог похвастаться ни численностью населения, ни значительным политическим влиянием, и тем не менее стал всемирно известен благодаря одному-единственному моменту в своей истории.

Хотите угадать? За свои более чем три с половиной тысячи лет этот город все же удостоился нескольких упоминаний в Библии. 

   • В древности он назывался просто "плодородным полем", и его история связана уже с праотцами (недалеко от него находится место, в котором, по иудейскому преданию, была похоронена Рахиль, жена Иакова-Израиля). Нет?

   • Следующая подсказка. Здесь разворачивается действие книги Руфь, замечательное повествование о женской дружбе и взаимной поддержке, о доверии Богу, устраивающему браки верующих. Тоже нет?

   • Ну хорошо, это место рождения царя Давида и место его помазания на царство пророком Самуилом. До сих пор нет?

Если вы не смогли ответить, не огорчайтесь. Теперь вы знаете, что все эти факты связаны с Вифлеемом. Да-да, с городком, чье население и сегодня не превышает пятидесяти тысяч человек, но которому было уготовано стать вторым по значимости паломническим центром после Иерусалима.

Значимым этот город стал благодаря пророку Михею, который жил за восемь веков до Рождества Христова и был призван на служение Богом в Южном, Иудейском царстве.

Михей был "неудобным" пророком. Он обличал власть имущих, не щадя ни современных ему олигархов, ни правительство, ни священноначалие, обвиняя их в неправедной наживе, в ложной самоуспокоенности и даже прямой измене Богу. Он возбуждал совесть народа, утверждая, что посещение храма, многочисленные жертвы неугодны Богу, если они не сопровождаются заботой о справедливости и страхом Божиим:

"С чем предстать мне пред Господом, преклониться пред Богом небесным? Предстать ли пред Ним со всесожжениями, с тельцами однолетними? Но можно ли угодить Господу тысячами овнов или неисчетными потоками елея? Разве дам Ему первенца моего за преступление мое и плод чрева моего — за грех души моей?» О, человек! сказано тебе, что́ — добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом твоим" (Мих 6:6–8).

Михей настолько убедительно пророчествовал о грядущем разрушении Иерусалима, что даже вызвал всенародное покаяние и покаяние царя. При этом мы не знаем, был ли он как-то церковно "рукоположен" во пророки; один из комментаторов считает, что он был просто сельским старостой или городским головой. Сборник его пророчеств состоит из трех частей, где обличения чередуются с утешениями.

За прошедшие века многое изменилось, но Бог и Его справедливость остались прежними. Эти ветхозаветные тексты сегодня как никогда актуальны. Если в практику церковной жизни вновь войдет серьезное изучение пророков Ветхого Завета (как это было в первые три века истории Церкви), Церковь как сообщество сможет очиститься и от внутренних болезней, и вновь стать маяком правды и истины для окружающих.

Пророчество Михея — третья паремия, которая читается в Рождественский сочельник (4:6–7 — 5:2–4).

В своих пророчествах Михей не только обличал, но и утешал. 

Люди без Бога подобны стаду хромающих овец, которые разбрелись и потеряли своего пастуха. Такие животные не могут дать совместный отпор врагам, легко становятся добычей хищников и воров, могут просто пасть от случайных травм и изнеможения. Но Господь обещает их найти:

6 В тот день, говорит Господь, соберу хромлющее и совокуплю разогнанное и тех, на кого Я навел бедствие. 7 И сделаю хромлющее остатком и далеко рассеянное сильным народом, и Господь будет царствовать над ними на горе Сионе отныне и до века.

Хромота в Библии - это образ нецельности, поврежденности грехом. Дальнее рассеяние - это языческие земли. В этих строках можно увидеть пророческие слова не только об иудеях, но обо всех, кого Господь призовет в свой новый народ, Церковь.

Не из этого ли пророчества черпал Иисус образы, рассказывая притчу о потерянных овцах (Лк 15:4–7)?

Среди прочих текстов Книги пророка Михея выделяется отрывок, который еще в ветхозаветные времена, как показывают евангелисты, рассматривался как пророчество о Мессии.

2 И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле и Которого происхождение из начала, от дней вечных.

Во втором стихе Бог, обращаясь к городу, говорит: хотя ты мал среди других городов, но ты удостоишься особой чести - из тебя произойдет Правитель Израиля, причем Правитель с большой буквы, Мессия, Который будет необычным человеком: Он ведет Свое происхождение от дней вечных. Отсюда в некоторых иудейских кругах появилась мысль о том, что Мессия существовал уже до сотворения мира, и потому не может быть обычным человеком. Казалось бы, от этой мысли один шаг - и вы христиане. Но так трудно сделать этот шаг; невозможно, если Сам Бог не вмешается.

Судьба Израиля, не принявшего в своей массе Иисуса как Своего Господа и Спасителя, была непрестанной болью сердца для апостола Павла. Он постоянно молился об обращении соплеменников. А как вы относитесь к иудеям и просто неверующим в Иисуса как Господа и Спасителя?

3 Посему Он оставит их до времени, доколе не родит имеющая родить; тогда возвратятся к сынам Израиля и оставшиеся братья их.

Пророк как бы заявляет: пусть людям кажется, что Бог их оставил - но так будет только до тех пор, пока не произойдет это рождение ("рождество" по церковнославянски). Оно будет сопровождаться возвращением братьев к сынам Израиля.

Иудеи считают, что речь идет о возвращении из плена, и вождь, о котором идет речь, - это потомок Давида, князь иудейский Зоровавель. Правда, в таком случае понимать слова о его происхождении от дней вечных и из Вифлеема можно только в переносном смысле (Зоровавель родился в Вавилоне, но можно сказать, что Бог издревле замыслил дать ему жизнь, а его малая родина - родина его отца, Давида, значит, Вифлеем).

Христиане же этот стих понимают как предсказание о том, что во дни Мессии к сынам Израиля (каковыми были все непосредственные ученики Господа) присоединятся и оставшиеся братья из язычников. Возвращение при этом понимается не в смысле путешествия географического, а как покаяние, возвращение к древнему пути праведности.

Это не метафора, у евр. глагола шув действительно два значения. Именно в этом смысле евангелист Лука сообщает о деле Иоанна Крестителя: он "возвратит сердца отцов детям", т. е. дети вернутся на пути отцов, будут с их ревностью от всего сердца служить Богу (Лк 1:17). "Возвращение" дает нам очень важное измерение в понимании покаяния. Для жизни, к которой призывает нас Бог, не нужно придумывать новый духовный путь, осваивать какие-то сверхсовременные технологии личностного роста: нам нужно всего лишь возвратиться к Богу с помощью Его Мессии, т. е. Христа.

4 И станет Он, и будет пасти в силе Господней, в величии имени Господа Бога Своего, и они будут жить безопасно, ибо тогда Он будет великим до краев земли. 5 И будет Он мир.

Уже в этом пророчестве мы можем увидеть образ Иисуса как Доброго Пастыря (ср. Ин, гл. 10). Его часто представляли как беспощадного Судию, Господина, чуждого слабому человеку, только и ждущего, чтобы наказать за проступки. Но по вдохновению свыше Михей, сам достаточно суровый человек, рисует нам образ Мессии как пастуха, того, кто охраняет, кормит, лечит, ведет за собой и готов защищать своих овец. При этом именно через Него величие Божие станет всем очевидным.

Похоже, в этом пророчестве есть часть, которая пока не исполнилось: хотя внутренне, в сердце мы пожинаем плоды Воплощения как мир с Богом, внешне мы еще ждем времени Второго Пришествия, когда царство Христа утвердится везде и принесет и внешний мир и безопасность. Он одолеет всякое сопротивление и будет «великим даже до краев земли».

А как вы представляете себе Бога Отца, Господа Иисуса?

Как вам кажется, какие у Бога характер, интересы, цели? Что вам об этом говорят Евангелия? Вы можете почитать или прослушать "Кружной путь, или Блуждания паломника" К. С. Льюиса, где главный герой встречается со многими образами Бога, весьма далекими от того, Каков Он на самом деле.

Думая о Вифлееме и Рождестве, молитесь ли вы о Втором Пришествии? Живете ли надеждой?

Всего несколько строк пророчества, но слышавшие и изучавшие его поняли, что речь у пророка Михея идет именно о Мессии, и родится Он в Вифлееме. Именно поэтому туда и направили волхвов,  когда они спрашивали в Иерусалиме о родившемся Царе Иудейском.

Благодаря нескольким неделям пребывания в нем Святого семейства Вифлеем стал вторым по значимости городом Святой земли. Вифлеем неразрывно связан с образами Младенца Иисуса, Марии и Иосифа.

Но нам сегодня не обязательно ехать в Вифлеем, тем более не обязательно становиться коренным вифлеемлянином, чтобы приобщиться Святому семейству или пережить особую святость места. Когда к старцу Николаю Гурьянову пришли с предложением посетить Святую землю, он привел благотворителей к алтарю и сказал: "Здесь мой Вифлеем и моя Голгофа". Для него было важно не место, а встреча с живым Богом. И эта встреча часто происходит как возвращение на такой древний и такой простой путь, о котором говорит пророк Михей в остальной части своей книги.

Подготовили Екатерина и Дарья Смирновы, Владимир Стрелов