Вам восемь лет, а мне семнадцать било.

И я считал когда-то восемь лет;

Они прошли. В судьбе своей унылой,

Бог знает как, я ныне стал поэт.

Не возвратить того, что было,

Уже я стар, мне незнакома ложь:

Так верьте мне – мы спасены лишь верой.

Послушайте: Амур, как вы хорош;

Амур дитя, Амур на вас похож –

В мои лета вы будете Венерой.

  Но если только буду жив,

  Всевышней благостью Зевеса,

  И столько же красноречив –

  Я напишу вам, баронесса,

  В латинском вкусе мадригал,

  Чудесный, вовсе без искусства –

  Не много истинных похвал,

  Но много истинного чувства.

  Скажу я: «Ради ваших глаз,

  О баронесса! ради балов,

  Когда мы все глядим на вас,

  Взгляните на меня хоть раз

  В награду прежних мадригалов».

  Когда ж Амур и Гименей

  В прелестной Марии моей

  Поздравят молодую даму, –

  Удастся ль мне под старость дней

  Вам посвятить эпиталаму?