Подведем итоги и попытаемся кратко выразить то, что думал великий святитель о проблеме собственности. Златоуст строит свою концепцию как бы на двух уровнях: уровне личного отношения к собственности и богатству («психология собственного») и уровне отношения между людьми («социология собственности»). С другой стороны, необходимо различать принципиальные воззрения святителя, которые он считал христианским идеалом, от тех икономических высказываний, которые Златоуст обращал к новоначальным. Учитывая это, его воззрения можно представить в виде следующей таблицы.

Уровень "психологии собственного"Уровень "социологии собственности"Принципиальные воззренияПолное не стяжание (добровольная бедность)Общность имуществ (добровольный коммунизм)Икономические требованияОтказ от роскоши и излишествМилостыня, жертва части имения бедным

Тут необходимы некоторые пояснения. Стремиться к полному нестяжанию христианин должен как по аскетическим соображениям (иначе ему предстоит тяжелая борьба со страстью любостяжания), так и по любви к ближнему, ибо удерживая богатство у себя, христианин доказывает этим, что судьба ближнего его заботит менее, чем собственная. Общность имущества является заповедью для совершенных христианских обществ, ибо только он согласован с полным нестяжанием и, кроме того, поддерживает в общине братскую любовь. Милостыня, по Златоусту, — путь от новоначального состояния к совершенному. Если все отдадут всем всё, то тогда оковы частной собственности будут разрушены и в общине установится «общение имений». Насильственные формы экспроприации имущества у богатых Златоуст отрицал: богатые должны сами, по любви, отдать все бедным.

Таким образом, великий святитель развивает исключительно емкое и глубокое учение о богатстве и собственности, которое включает в себя и высшие, идеальные стороны учения, и пастырскую практику икономии.

Очень важно, что в качестве нижнего уровня великий святитель фактически берет воззрения Климента. Тем самым Златоуст блестяще решает задачу преемственности учения. С одной стороны, он максимально использует все ценное, что заключено в концепции Климента Александрийского. Но, с другой стороны, святитель не абсолютизирует его взгляды, а находит концепции Климента свое подобающее ей, подчиненное место.