В заключение своего “Обзора” исследований, посвященных раскрытию православного учения об “аскетизме”, отметим те общие положения, те основные, существенные принципы, к которым разобранные авторы приходят в своих исследованиях.

Мы укажем в настоящем случае: 1) как истолковывалось самое понятие “аскетизма”, в каком объеме и смысле берется названное понятие; 2) какая именно указывается общая и верховная, основная цель подвижничества, аскетизма; 3) каково, по суждению разобранных авторов, отношение “аскетизма” к общественной жизни и деятельности в міре, в обычных условиях существования.

I. А. Понятие “аскетизм” берется в болееобщемсмысле иширокомобъеме. Здесь можно отметить следующие наиболее характерные определения и мысли. Аскетизм — общий принцип, всепроникающее начало христианской жизнедеятельности, определяемое и обусловливаемое самым её характером, поскольку она является процессом постепенного, двустороннего религиозно–нравственного совершенствования, осуществляемого свободным напряжением сил человека, хотя и при неразлучном содействии благодати. Отсюда — в понятие “аскетизма” входят все важнейшие проявления христианской жизни, определяемые и проникаемые “верою”, которая есть “основа, точка опоры и отправления для любви”; она сама есть уже “величайший подвиг, высший всех подвигов, корень и основа их” (Е. Феофан).Подвижничество — усиленная, напряженная деятельность — общехристианская обязанность (Е. Петр). “Подвижничество — деятельное созидание своего снесения путем продолжительных усилий и трудов, при благодатной помощи свыше” (Проф. А. Попов). Аскетизм — опытное преуспеяние в христианской добродетели, упражнение и укрепление нравственных сил христианина в подвигах добродетели и борьбе души против зла нравственного (Е. Иоанн Смоленский). “Аскетизм есть добровольное ограничение себя в удовлетворении естественных потребностей, отречение от дозволенных удовольствий, и иногда обречение тела на лишения и страдания для духовных целей” (Архиеп. Амвросий).Аскетизм — отрицание эгоистической воли, подавление и искоренение своеволия, подчинение человеческой воли воле Божией. Христианство от всякого человека “требует аскетизма”, который “для каждого человека является таким же необходимым делом, как и нравственность вообще”. “Монашество или отшельничество — только известная форма христианского аскетизма, а не сущность его” (Проф. прот. Буткевич). Аскетизм — “неизбежный элемент христианской нравственности, имеющий значение, впрочем, не как самоцель, а как средство, характеризующееся главным образом ограничением тех сторон и явлений жизни, которые относятся преимущественно к области физического существования” (Архимандрит Феодор).Христианский аскетизм — такая деятельность, которая имеет свое основание в любви человека в Богу и ближним и стремится достигнуть нравственного совершенства, путем борьбы с греховными влечениями своей природы, для получения вечного спасения (С. Говоров). Аскетизм — жизнь, достойная сына Божия, а потому свободная от рабства вещам (Л. Иванов).Аскетизм вовсе не есть известный определенный образ жизни (напр., монашеский, отшельнический), а душевное настроение, побуждаемый которым человек в борьбе с греховностью своей природы побеждает господствующие в себе страсти и приобретает известные добродетели (Проф. В. Никольский).Аскетизм — возведенное в принцип воздержание (В. С. Соловьев).

Б. Втесном и специальном смыслепонятие “аскетизма” принимается следующими исследователями: А. О. Гусевым, Ф. Ф. Гусевым, Π. П. Пономаревым, Еп. Никоном, С. И. Смирновым, И. В. Поповым, Г. Левицким, Архиеп. Иннокентием, Епископом Иннокентием (ныне Тамбовским), Шалфеевым, А. И. Гренковым, С. Левитским и Holl'ем.

Из определений “аскетизма” в указанном смысле напомним следующие, наиболее характерные.

В качестве специальных особенностей аскетов указываются следующие признаки: специализирование нравственной деятeльнocти на “себе самих, на собственной индивидуальности, безбрачие, отречение от міра или удаление из него и постоянная борьба с плотию и всеми греховными пожеланиями или подвиги суровой и самоотверженной борьбы с телом и всеми порочными движениями” (Ф. Ф. Гусев).“Особенность христианского аскетизма заключается в жизни человека на началах одного духа, с отвержением страстей и. устранением всего того, что при зависимости от здравого выбора человека ближе всего касается его тела”. “Аскетизм есть ревность и сила пребывать в деятельном, путем постничества, девства, отшельничества, общении с Богом, по вере в Господа нашего Иисуса Христа, при помощи благодати Божией, для усвоения себе истинно–христианской настроенности, как залога к участию в царствии небесном” (П. И. Пономарев). Аскетизм — выполнение и осуществление “заповедей воздержания”, жизнь в “отречении от міра” — в уединении, отказе от собственности и брака (И. В. Попов). Аскетизм характеризуется умерщвлением”, “обузданием” тела, “борьбою” с ним, так что “аскеты занимаются подвигами материальными”. Отсюда — противоположность, резвое различие между “аскетизмом” и “мистицизмом” (Архиеп. Иннокентий).Принадлежности “аскетической” жизни — полное отречение от внешних благ, собственности, прав воли и инстинкта продолжения своего рода”. Христианский аскет отображает в себе евангельский идеал “со стороны его духовности, небесности и божественности, причем материальные земные интересы отодвигаются на задний план” (А. И. Гренков).

В смысле исключительно тесном, специальном понятие “аскетизм” принимает ипротоиерей Александр Соловьевв сочинении “Старчество по учению святых отцев и аскетов” (Семипалатинск, 1900). По словам о. Соловьева, “монашество есть добровольный, трудный подвиг, скрепленный обетом нестяжания, девства и послушания, сознательно (Лук. XIV, 28), избираемый с целью богоуподобления” (стр. 21). “Самое монашеское подвижничество (аскетизм) проявляется в большом неустанном трудничестве, безответном послушании, терпеливом перенесении всякого рода скорбей и искушений, удручений, изнурении и умерщвлении разными способами плоти, чрезмерном посте, молитве, лишении, самоозлоблении” (стр. 23).

В. В понятии “аскетизма” различаютсядвасмысла,двазначения, — более общее и широкое и более узкое, специальное. Из представителей ученых, принимающихтакоеопределение аскетизма, назовем о. протопресвитера И. Л. Янышева,проф. М. А. Олесницкого,М. М. Тареева, Harnack’a (отчасти), Zöckler’a, Mayer’а и Schiwietz’a.

У о.И. Л. Янышева“аскетизм” имеет двоякий смысл: 1) более узкий и специальный, обозначая господство духа над низшими сторонами человеческой природы — материальной и психической, и 2) “аскетизм” обозначает основное движущее начало и существенное, господствующее направление жизни христианина возрожденного — имеющее ввиду достижение, при содействии благодати, нравственного христианского совершенства — уподобления Христу. ПоSchiwietz'у, аскетизм вобщемсмысле требуется от всякого христианина, кто бы он ни был. Главными принадлежностями его являются — ревность к молитве, кротость, терпение, смирение. Аскетизм вспециальномсмысле — монашество — стремится к достижению высшей степени совершенства, чтобы служить Господу во всей чистоте и истине. Осуществление этой цели достигается энергичнее и легче, благодаря употреблению особых аскетических средств. По определениюMayer'а, христианский аскетизм в широком смысле есть упорядоченное и постоянное, твердое стремление вспомоществуемой благодатью лично свободной воли препобедить все препятствия к достижению нравственного совершенства, которые ей противостоят в виде похоти, міра и демонских искушений, — в связи с правильным употреблением спасительных средств и с упражнением в добродетели. Под аскетизмом втесномсмысле разумеетсямонашество, — жизнь, посвященная выполнению евангельских советов, — бедности, целомудрия и послушания, жизнь, вполне умершая для міра, всецело посвященная служению Богу.

II. Что касаетсяцелиаскетической жизнедеятельности и её основного, движущего и регулирующего мотива, то в этом отношении заслуживают внимания следующие определения. Аскетизм предпринимается и осуществляется христианином в твердой надежде приобрести способность “к причастию божеского естества” (Е. Феофан), в чем и заключается сущность и основа христианского спасения, — достигнуть реальной способности “пребывать в общении с Богом” (П. П. Пономарев).Иначе, другими словами, цель христианского аскетизма заключается “в стремлении к благоугождению Богу, к достижению спасения души, в искании царства Божия, в стремлении заменить самолюбие любовью к Богу” (Е. Петр).Аскетизм — одна из форм осуществления общеобязательных заповедей для достижения спасения (А. Ф. Гусев.Cp.Е. Иоанн Смоленский).

В частности, аскетизмом достигаетсясозерцательноеединение с Богом, которым удовлетворяется “аффективное влечение”, “экстатическая любовь к Богу” (Ф. Ф. Гусев, Ср.И. В. Попов, Шалфеев, С. Левитский, Тареев, Harnack, Holl).Таким образом, в “аскетизме” проявляется стремление усвоить “чисто божественную”, религиозную сторону христианства, “стремление к небу и вечности”, “к осуществлению и достижению высшей святости” (А. И. Гренков).Более частные и конкретные определения цели и смысла “аскетизма”: воспитание молитвенного настроения, “духовная созерцательная жизнь” (Е. Никон); “воспитание созерцательной любви к Богу” (И. В. Попов); приведение сил и способностей человека в правильное взаимоотношение, замена эгоистического принципа чувством Бога (Г. Левицкий); “умерщвление”, “обуздание” тела (Apхиеп. Иннокентий); исцеление развращенной воли человека (Архиепископ Амвросий); сообщение человеческой воле — по её направлению — полного согласия с волею Божественной (Проф. прот. Т. И. Буткевич); приобретение любви к Богу и ближним (С. Говоров); “жизнь, достойная сына Божия, свободная от рабства вещам” (А. Иванов); препобеждение страстей и приобретение добродетелей (Е. Феофан, проф. В. Никольский); совершенство христианской жизни, которое состоит в преданности Богу и Его святой воле, — в последовании Христу (Schiwietz),деятельность, имеющая в виду “совлечься ветхого человека и облечься в нового” (Mayer). “Аскетизм — не цель сама по себе, а средство·

к самоотречению духа и соединению с Христом. Он имеет целью, путем подавления плоти, дать простор духу, путем заглушения воплей животности, дать человеку услышать голос совести, путем погашения страстей, возгреть в нем добродетели, путем укрощения в нем инстинктов зверя, проявить и прояснить образ Божий, путем перенесения произвольных скорбей, научить переносить и непроизвольные, одним словом, аскетизм имеет целью помочь подвижнику совлечься ветхого человека с его страстями и похотями, чтобы облечься в нового” (2 Кор. IV, 16; Гал. V, 17). (Прот. А. Соловьев.Соч. цит., стр. 23).

III. По вопросу об отношении “аскетизма”к общественной деятельности в міревысказаны различные — до противоположности — воззрения, — в зависимости главным образом от того, насколько считается возможным цель и задачу “аскетизма свести к исключительной созерцательности.

В частности, по данному вопросу можно наметить след. четыре — приблизительно — основных направления:

α) совершенно отрицающее возможность и необходимость общественной деятельности аскетов в міре, среди обычных условий существования. Категорический и последовательныйотрицательныйвывод делают собственно немногие — напр., прежде всегопроф. А. И. Гренков,отстаивающий исключительно индивидуальный характер аскетизма, вследствие которого подвижник становится совершенно чуждым “всех общественных интересов”. Единственным основанием такого крайнего воззрения служит у А. И. Гренкова “анализ великих аскетических типов” отшельников–созерцателей. К этому же воззрению — в общем — примыкают и С. Левитский, Е. Никон и Harnack. Это воззрение не отрицает возможности и необходимости некоторых положительных отношений аскетов к другим людям, но ограничивает область их реального приложения переживанием внутреннего настроения — тою же “созерцательностью”, за пределы которой — в сферу деятельности — эти отношения — по возможности — совсем не выходят.

β) Второе направление в отрицательном смысле уже не выражается так категорически, как первое, допуская наряду с молитвой и некоторые случайные виды благотворения. Представителями такого воззрения являются: Ф. Ф. Гусев, И. В. Попов, Г. Н. Левицкий, проф. прот. Т. И. Буткевич.

Выполнение христианского долга любви к ближнему ограничивается воспитанием и поддержанием “постоянного настроения любви и благожелания по отношению к ближнему”, которое может и не проявляться вовне, в соответствующей деятельности, причем ценность настроения чрез это нисколько не уменьшается (Проф. И. В. Попов). Участие в деятельности на пользу ближних, хотя и не отрицается, однако признается случайной, отмеченной чертами “пассивности и случайности”; она “вся слагается из ряда отрывочных, неупорядоченных и случайных фактов благодеяний” (Г. Левицкий).Аскет помогает людям зависящими от него средствами, — преимущественно молитвой, советами, наставлениями (Проф. о. Буткевич).

γ) Более решительно за положительную деятельность аскетов в міре —в формеименнопастырского руководительства,к каковой деятельности аскеты по самым особенностям своей жизни, своих естественных и благодатных дарований являются наиболее приспособленными, пригодными — высказываются Holl, Архиепископ Антоний (Храповицкий) и проф. Π. П. Пономарев. “Аскетизм, даже отшельнический, разрешается в пастырство” (Архиепископ Антоний. Полное собрание сочинений. T. II. Казань. 1900, стр. 427). Пастырская деятельность аскетов вполне соответствовала специальной харисме монашества; монах — призванный советник для смущенных, подвергающихся искушению, ибо он имеет опыт в духовной борьбе, владеет даром различения духов; он — знаток человеческого сердца, а потому в состоянии правильно обсудить помыслы и указать правильные средства для преодоления страстей (Holl).

δ) Наконец, заширокоеи, по возможности,всестороннее участие подвижников в общественно–деятельной жизниопределенно высказываются А. Ф. Гусев, С. И. Смирнов и Архиепископ Амвросий, по взгляду которых аскетизм должен проникнуть собою всю жизнь — личную и общественную — в смысле именно принципадеятельногосамоотречения и самопреданности по побуждениям любви к Богу на благо ближних.

Из рассмотрения существенного содержания и анализа характеристических особенностей трудов, посвященных уяснению вопроса об “аскетизме”, мы можем, в виде окончательного вывода из предложенного в настоящей книге “Обзора” литературы предмета, вывести следующие основные положения, которые должны быть приняты во внимание и, по возможности, осуществлены в следующей — второй — части нашего сочинения.

I. Вопрос об “аскетизме” в широком смысле — со всеми соприкосновенными с ним вопросами — имеет для богословия принципиальную важность и серьезный современный интерес.

II. Несмотря на такую важность и современное значение вопроса, доселе нет исследования, которое представляло бы систематическое научное изложение православного учения об “аскетизме”, на основании тщательного, по возможности всестороннего и широкого, самостоятельного изучения первоисточников.

III. Между тем, возможность основательного изучения и научного раскрытия названного вопроса гарантируется существованием многочисленных и в высшей степени ценных источников и наличностью достаточного количества пособий.

IV. Правда, существующие пособия, указанные и разобранные нами, только намечают общие точки зрения, в некоторых случаях удовлетворительно и правильно решают частные вопросы, прямо или косвенно входящие в сферу исследуемой области, но ни одно из них не захватывает предмета в надлежащей широте и глубине и не представляет систематического изложения предмета, на основании первоисточников; однако, тем не менее, и существующие опыты исследования и раскрытия вопроса значительно облегчают дело исследователя в выработке общего плана и разработке некоторых деталей и могут предохранить его от многих ошибок.

V. Из “источников” должны быть тщательно изучены Св. Писание, творения важнейших и авторитетнейших, наиболее типичных и характерных представителей патристической письменности и наиболее капитальные памятники истории христианского аскетизма, его фактического конкретного проявления и осуществления в живой действительности.

VI. Существующие пособия вращаются главным образом вокруг вопросов об отношении личного спасения к общественному благу, созерцания к деятельности и под., но в раскрытии этих вопросов богословы приходят к выводам различным, иногда до противоположности. В виду трудности и сложности этих вопросов и вследствие их современного интереса, на них должно быть сосредоточено преимущественное внимание исследователя (что отчасти уже и сделано нами при анализе воззрений А. Ф. Гусева, Ф. Ф. Гусева и др.), — который должен употребить все усилия, чтобы глубже анализировать и рельефнее оттенить данные первоисточников, служащие к раскрытию этих вопросов.

VII. Во главу угла, в основу исследования должно быть положено раскрытие православного учения об усвоении каждым человеком спасения, совершённого Иисусом Христом (l-ая глава нашего сочинения).

VIII. Эмпирическое состояние невозрожденной природы человека (II глава нашего сочинения) и её идеальное, нормативное состояние (III глава) должны быть раскрыты возможно конкретнее, с точки зрения не анализа только формальных понятий (как особенно у профф. А. И. Гренкова и Π. П. Пономарева), а на основании, главным образом, реальных переживаний существенных моментов и основных, характеристических фазисов того и другого состояния.

IX. При анализе святоотеческого учения должны быть приняты во внимание и философские, современные означенным памятникам, учения и понятия.

X. Весьма важен возможно тщательный анализ аскетических терминов с обозначением, когда это возможно, тех специфических особенностей, тех характеристических оттенков, которые тот или иной термин получил у христианских аскетических писателей, по сравнению особенно с классическим их употреблением.