Усыновление – это принятие в род или принятие в племя человека со стороны, то есть иноплеменника. В большинстве племен такие ритуалы существовали и существуют у племен, ведущих ещё тот архаичный первобытный образ жизни. И почти везде и всегда эти ритуалы носят религиозный, иногда религиозно-магический характер. Почему так? Прежде всего, потому, что род и племя воспринимаются как единое целое, в том числе и как единое целое на уровне метафизическом. То есть, в древности существовало представление о некоторой сверх природной и сверх естественной энергии, повсюду разлитой, которая может концентрироваться в некоторых объектах и некоторых субъектах, энергии жизни в языческом мире. И вот предполагалось, что связь между членами рода или племени существует также и на этом уровне, что эта связь вполне объективна и что принятие человека со стороны в род, в племя необходимо предполагает и момент вхождения человека в эту метафизическую цельность.

Сейчас эти взгляды в современном мире несколько устарели, но вот что здесь важно: здесь важно иметь в виду, что даже тогда, когда родоплеменной социум остался в прошлом, представление о родственных отношениях, в том числе между людьми и богами, в обществе сохранилось.

В древности родовые отношения были весьма и весьма устойчивы. Даже в тех социумах, которые и родоплеменными-то уже не назовешь, эти отношения были достаточно важны. Родовые связи, память о предках и, в некоторых случаях, культ предков, даже в весьма развитых обществах составляет очень важный элемент традиционной культуры, традиционной религии и т.д. Полное вырождение этой традиции начинается только уже в эллинистический период. Поздний Рим , Рим христианский эпохи, там конечно, этого уже нет. Но в более ранних традиционных социумах, традиционалистских социумах это присутствует, не только в традиционных, скажем, родоплеменных, но и традиционалистских, где ещё существуют традиционная система ценностей, там это тоже ещё есть, и потому, всё связанное с усыновлением, обладает некоторой сакральной составляющей даже в языческом мире .

Для родоплеменного социума типично было представление о том, что бог-покровитель это тоже часть племени в определенном смысле, что он тоже член племени, ну и конечно его покровитель. В семитском мире у каждого племени свой баал и если племя принимает нового члена в свои ряды, то он этим баалом усыновляется. Обычно члены племени смотрели на баала как на отца, а на себя самих как на его детей. Стало быть принятие в племя - это усыновление.

Впоследствии, когда дело касается не родоплеменного социума, а более современного, но с традиционалистским укладом, там продолжает сохраняться представление о том, что, по крайней мере, у некоторых родов существуют особые отношения с богами. Вы это найдете даже в греческой традиции, если она вам лучше знакома, например, античный период. Афины - это уже далеко не родоплеменной уклад, но, тем не менее, там ещё совершенно обычным делом считается возводить свой род к богам. Это конечно уже несколько уходит в прошлое, но совсем ещё недавнее прошлое. Даже в античной Греции, это уже V век, вполне современный социум с кризисом традиционной религиозности и т.д. А уж в более ранний период в таком, ещё вполне патриархальном обществе, каким было еврейское общество времен Давида и начала правления Соломона уж конечно такие представления должны были сохраняться. Но тут есть один такой очень важный момент: если брать языческий мир, то в момент усыновления тот, кого принимают в племя, получает благословение от бога-покровителя племени. Благословение в те времена - штука абсолютно практическая, попросту говоря, передача энергии, передачи силы. Подходишь к баалу, он тебе отдает свою силу, а ты её получаешь. Также отец может благословить сына. И если этот отец - вождь племени, он, таким образом, передает сыну власть вместе с силой. Помните, как Ицхак благословляет Исава? Когда к нему приходит Иаков, он говорит: У меня нет второго благословения, я уже отдал и силу и власть. Всё.

Что-то похожее предполагается в момент интранизации правителя в языческих обществах. Все роды правителей, как правило, роды, связанные с богами в языческом мире. В момент интранизации правитель получает благословение от бога как его сын и представитель. То есть ту силу, благодаря которой он и становится правителем. Это традиционные языческие представления. Интранизационный ритуал, практически любого ближневосточного народа, этот религиозный момент всегда предполагает - момент усыновления и получение благословения бога -покровителя. Получение благословения – всегда, усыновления - в некоторых случаях, может быть не всегда и не везде, но очень часто.

На ягвистской почве, как вы сами понимаете, ситуация оказывалась достаточно интересной. С одной стороны, было понятно, что по большому счету о традиционном усыновлении, в полном смысле слова всё-таки говорить не приходится. Ягве - это не какой-нибудь ваал, который живет как член своего племени среди своих соплеменников. Но…, вот тут начинаются всякие интересные «но», и в частности - когда Бог открывается Моисею на Синае , Он прямо говорит: Я пришел, чтобы остаться среди своего народа и теперь Я буду пребывать среди него постоянно. Но сам момент помазания означает установления особых отношений с Богом, традиционного пророческого. Именно благодаря тому, что присутствие Бога среди своего народа как предполагалось, прежде всего, связано с пророческим служением. Тут надо сказать, что это традиционные пророческие представления, но они стали почти общепринятыми в народе в целом, потому что другого варианта, кроме пророческого помазания, по крайней мере до Соломона, не знали.

И здесь речь тоже идет об особых отношениях между Богом и Соломоном. Это совершенно очевидно. Отсюда усыновление. И получить благословение в традиционном смысле, от Ягве невозможно. Иаков, если отойти назад в глубь истории, Иаков, который за всё в жизни привык бороться, потому что просто так ему ничего не давалось, начинает также бороться с Богом. Он требует себе благословения, той самой силы, которая, как раз накануне встречи с Исавом дело происходит, была бы ему совсем не лишней, учитывая то, как там ситуация складывается. И он вцепляется в Бога, который к нему пришел и говорит: Дай мне благословения, дай мне эту силу. Пока не дашь, я тебя не выпущу.

Но Иаков - человек своего времени, и он понимает, что в некоторых случаях с богами и духами за благословение приходится бороться, приходится отнимать у них эту силу, когда они не хотят ее отдавать. Причем в языческом мире такое считалось вполне возможным , если ты победил, ты забираешь у побежденного не только его оружие и доспехи, но и его силу, Иногда это понималось очень буквально : когда эта сила или эта храбрость связывалась с сердцем или с печенью, её просто съедали. Съесть сердце своего врага - это отсюда. Но также, как считалось , можно победить и духа или бога, и забрать у него его силу. Иаков так себя и ведет. Благословение он получает, только не совсем такое, которого ожидал. Вместо того, чтобы получить некую силу, которой потом можно воспользоваться, он получает новое имя, становится другим человеком. Как вы понимаете, новое имя означает новый человек. Встреча с Богом меняет самого Иакова. Благословение возможно, но оно не такое, оно не внешним образом дается , а человек меняется изнутри. Так вот и Соломон здесь переосмысливает это самое усыновление в другом духе. Это не то традиционное усыновление, которое предполагало, что теперь правитель пользуется силой и сам становится как Бог, сам становится Божественным. Традиционное языческое представление именно такое – сам правитель становится немножко богом, благодаря той силе, которую он обретает. Но не совсем конечно. У него человеческие черты остаются, но он уже такой человек, который некоторою властью бога обладает, потому что та же энергия, которой действует бог, та же самая теперь действует в человеке.

Соломон, очевидно, это свое усыновление переживает совершенно иначе, и оно также относится к усыновлению в традиционном языческом смысле как благословение в представлении Иакова, за которое он борется, от благословения которое он реально получает. Я не знаю что думал сам Соломон, когда просил мудрости.

- до этого можно додуматься

Додуматься до этого не так сложно, надо только быть достаточно искренним человеком и действительно думать о том, чтобы быть хорошим правителем раз уж так случилось , что Бог поставил правителем. Проблема в том, что 9 человек из 10 думают совсем о другом, когда к власти рвутся и когда до неё дорываются. И такое могло произойти только в том случае, если действительно просишь искренне. Видимо у Соломона как раз именно это и было, это был тот самый случай, когда человек именно искренне просит мудрости. Может быть Соломон понимает мудрость именно так как она понималась тогда. Он говорит: Научи меня управлять, сделай меня хорошим правителем.

При этом может быть сам Соломон, тогда, все-таки он совсем ещё молодой человек, и его духовная жизнь тоже в сущности начинается только, может он ещё не понимает до конца чего он просит. Но вот здесь отражено то, что Соломон понял и пережил, он сам становится другим человеком. Происходит второе рождение Соломона, его рождение свыше. Судя по этому гимну, судя по тому как он звучит, можно думать, что это была неожиданность некоторая может быть даже: просил одного получил не совсем то, что просил. Получил не просто мудрость, то есть некоторое умение управлять , а получил некое новое качество отношений с Богом. То, чего не просил и на что не замахивался, но без чего действительно настоящим правителем и человеком Божьим не станешь.

Ситуация в чем-то похоже на ситуацию с Иаковом, который просил просто силы на случай если придется с братом разбираться, получил совсем не то что просил, но и ситуация с братом уладилась, всё хорошо обошлось в итоге. Так и здесь, просил одного, получил не то, что просил, а гораздо больше, но то, что просил тоже приложилось. И вот тогда,вразумитесь цари и научитесь, судьи земликак здесь переведено, звучит совсем не так, как оно бы звучало, если бы речь шла о человеческой мудрости. Это не просто призыв - идите сюда, сейчас я вас научу, как управлять вашими городами, племенами и народами, здесь сразу переводятся стрелки на Ягве:служите Ягве со страхом, радуйтесь с трепетом, чтобы Он не прогневался и чтобы вы не погибли в пути.

Здесь звучит понимание того, что научиться можно только так, став другим человеком, больше никак. Но автору это могло стать ясным только после того как это произошло с ним самим. Такая история интересная случилась, наверное, всё-таки с Соломоном. Так просишь одного, а получаешь совсем не того, что просишь. Перспектива разворачивается такая, о которой в момент, когда обращаешься с просьбой, может быть, совсем и не думаешь. Вот такой псалом.

- Сколько лет было Соломону?

Он тогда был совсем ещё молодым человеком, юношей. Так получилось, что … хотя не знаю, не уверен, может и не совсем уж юношей. Трудно точно сказать. Но, во всяком случае, он сам себя чувствует не готовым к управлению, не готовым к тому, чтобы унаследовать власть своего отца Давида. Это совершенно очевидно.

Дело в том, что молодость и самоуверенность тоже вещи, которые вполне могут идти рука об руку. Далеко не каждый молодой человек считает, что ему надо чему-то учиться, очень многие считают, что уже должны учить, и одно с другим прямо не связано. Но у человека, более старшего возраста, больше основания думать, что он готов, хотя бы на основе житейского опыта им накопленного, хотя история показывает, что житейский опыт не всегда хорошо работает. Это отдельная тема. Так что, скорее всего, Соломон ещё человек молодой по крайне мере, и вот он, как молодой человек, трезво на себя посмотрев, понимает, что управлять не готов и чтобы всё не развалилось, а надо было ещё ой как много сделать после Давида, нужно всё-таки просить у Бога помощи.

Важна искренность и если человек действительно хочет того, что он хочет, то можно дать ему больше. Может не сразу, может сразу. Есть готовность двигаться и тогда можно неожиданный сюрприз приготовить такому человеку, но тут искренность важна конечно.

В следующий раз 3-й Псалом, поговорим о нем. На сегодня всё.