Четверг, 12 января

Для меня это один из самых лучших четвергов за весь год. Ровно в два часа к нам пришли Деросси, Коретти и горбун Нелли. Но Прекосси не было с ними: его не отпустил отец. Деросси и Коретти со смехом рассказали мне, что встретили на улице Кросси, мальчика с больной рукой и рыжими волосами, который нес продавать огромный кочан капусты. Он должен был продать его за одно сольдо и купить на эти деньги перо. Он весь так и сиял, потому что его отец написал из Америки, чтобы они ожидали его со дня на день.

Какие чудесные два часа я провел со своими товарищами! Деросси и Коретти — самая веселая пара в нашем классе, и мой отец пришел от них в настоящий восторг. Коретти был в своей фуфайке шоколадного цвета и в берете из кошачьего меха. Он просто какой-то дьяволенок, ему всё время надо что-то устраивать, переспрашивать, суетиться. Сегодня рано утром он уже успел переносить на плечах полвоза дров, а теперь скакал по всей квартире, всё рассматривая и не переставая болтать, ловкий и проворный как белка. Забежав на кухню, он спросил у нашей кухарки, сколько мы платим за десять килограммов дров, и заявил, что его отец продает их за сорок пять чентезимо. Он постоянно говорит о своем отце, который был солдатом в 49-м полку, в батальоне принца Умберто, и участвовал в сражении при Кустоцце.[23]И как он хорошо держит себя! Неважно, что он родился и вырос среди дров; мой отец говорит, что благородство у него в крови, что он уже родился с благородным сердцем.

Деросси тоже вел себя замечательно; он знает географию не хуже учителя, он закрыл глаза и сказал:

— Вот я вижу перед собой всю Италию: Апеннины, которые тянутся до самого Ионического моря, реки, которые текут во всех направлениях, белые города, синие заливы, зеленые острова. — И он правильно перечислял все названия по порядку, и так быстро, как будто читал их по карте. Он сидел, гордо подняв свою светлую кудрявую голову, с закрытыми глазами, в своем синем костюме с позолоченными пуговицами, стройный и красивый как статуя, и мы все любовались им.

И Нелли тоже смотрел на него с восхищением и нежностью, теребя свой черный передник и улыбаясь ясными и грустными глазами. Мне было так хорошо с моими товарищами! И когда они ушли, в мыслях моих и на душе всё еще оставалось что-то светлое, какие-то искорки от их посещения. Я смотрел им вслед и радовался, увидев, что два высоких и сильных мальчика сплелись руками, усадили на них бедняжку Нелли и понесли домой, а маленький горбун смеялся так, как я никогда не слышал раньше.

А когда я вернулся в столовую, то заметил, что на стене не было больше картины с изображением горбатого шута Риголетто: мой отец снял ее, чтобы она не попалась на глаза Нелли.