
О высокотехнологичном амулете, или Зачем мы носим крест на шее
Крест носят многие, даже не особо верующие. Дети в школах часто задают вопрос: «Зачем мы носим крест?». В ответ я вспоминаю историю с моего первого прихода…

Крест носят многие, даже не особо верующие. Дети в школах часто задают вопрос: «Зачем мы носим крест?». В ответ я вспоминаю историю с моего первого прихода…

Правозащитница, поэт, христианский демократ, диссидент, политзаключенная, православная сказочница-миссионер... Биография Юлии Вознесенской убеждает в том, что главным порывом ее души было желание всем помочь и всех спасти.


Они не угроза для нас. Не так важно, что они говорят. Важно понять, что на самом деле у них болит.

Одни из них стараются жить по Евангелию, стремясь явить любовь к Богу через любовь к ближнему, другие ничего особенного не делают: пьют чай, молятся и играют. У каждой христианской общины свой путь, в конце которого один и тот же Господь.

Действительно ли по грехам попускаются страдания? Ко всем и всегда ли обращены библейские максимы? Как быть, если «духовное обличение» ранит — и как самому не поранить ближнего? Разбираемся вместе.

Удивительные порой бывают встречи. Благодаря им можно увидеть улыбку Господа, почувствовать тепло Отцовских рук, поддерживающих в моменты сомнений, и проследить замысел Режиссера, который помещает тебя в самые неожиданные обстоятельства…

Священник Павел Островский — популярный инстаграм-блогер. Автор снискал уважение как церковной, так и светской аудитории своим умением говорить современно о вечном. Знакомим вас с его литературным дебютом.

«Мое мнимое христианство было оружием, которым я боролся против призрака смерти, накладывавшего свою лапу на всю мою жизнь».
Андрей Солоид не всегда был инвалидом. Способность ходить своими ногами он потерял в 15 лет, на пороге выхода во взрослую жизнь. К труднейшим обстоятельствам ему пришлось привыкать в самом чувствительном возрасте. Но он справился, восстановился наско...

О том, что Церковь не в бревнах, а в ребрах, много говорили последние годы. Но это не мешало продолжать вкладывать основные силы и средства в постройку новых храмов. Нынешний кризис — это лишь первый звоночек.

Тупик в отношениях с Богом и Церковью ощущается сильнее и больнее, чем другие кризисы: он посягает на то, что нам дороже всего.

...Поэтому я стал, по наводке одной подруги, называть Бога Шефом. С одной стороны, Господь для меня – Небесный Босс, начальник, который руководит моей жизнью. С другой – добрый и ласковый шефствующий Друг, который помогает в моем непутевом бытии.