Из русской культурной и творческой традиции

«Из русской культурной и творческой традиции» — книга известного философа Русского Зарубежья Николая Арсеньева. Среди затронутых тем — духовная традиция русской семейной культуры, элемент «соборности» в умственной и культурной русской жизни, философские и литературные кружки и собрания, встреча Востока и Запада в русской культуре XIX в., «русские просторы» и «народная душа», творческий синтез в русской культуре XIX века, духовные силы в жизни русского народа. Арсеньев пишет: 

«Я особенно много, но далеко не исключительно, остановлюсь в этой книге на культурном материале, относящемся к началу и середине 19-го века. Это и понятно: то было как раз время величайшего цветения русского художественного творчества, особенно в области литературы. Более того, в это время как раз произошел тот великий культурный синтез, из которого вырос этот изумительный творческий подъем русской художественной и умственной жизни и культуры, характеризующий русский 19-й век. Этот синтез произошел как результат встречи двух духовных начал, двух культур: своего, национального, русского начала, в значительной степени напитанного и оплодотворенного духовной традицией Православной Восточной Церкви, и начала западного. Самое яркое проявление этого творческого синтеза, выросшего из этой встречи, — Пушкин, а за ним Толстой, Тютчев и ряд других. Но и Достоевский немыслим без этого синтеза. Конечно, он получает у него особый характер, ведь Достоевский, с его «горнилом» сомнений и исканием Бога есть целый особый мир для себя: это сочетание скорби Иова и трепета Паскаля, исканий и отрицаний русской радикально-интеллигентской молодежи, выросшей часто на материалистически-поверхностных западных брошюрках и вместе с тем нередко более глубокой, чем эти брошюры, и мятущейся духовно; тут далее воздействие литературных традиций реалистически-авантюрного, но вместе с тем социально настроенного французского романа середины 19-го века, и творчество Диккенса с его проповедью жалости, и русская действительность, и «Мертвый дом», а с другой стороны — религиозно-духовный опыт восточного христианства с его созерцанием и проповедью прорыва в мир Вечной Жизни и с его примерами духоносного подвига в лице, например, Тихона Задонского, оптинских старцев и, наконец, один из решающих моментов русского народного благочестия — переживание грешником безмерного снисхождения к нему, в пучину греха, милующего и прощающего Бога».