Житейское море

Житейское море (2002). 4 мая 1998 г. в автомобильной аварии, внезапно оборвался земной путь эконома Свято-Данилова монастыря архидиакона Романа (Тамберга) и священника Алексия Грачева, настоятеля храма Рождества Христова в Митине. Этих близких и искренних друзей знала вся православная Москва. Одаренные многими талантами — музыкальными, литературными, художественными — они, как верные сыны Церкви Христовой, своими дарованиями служили Богу и людям, вставшим на путь веры.

Говорят, что песня — душа народа. Если в русских частушках, плясовых и лирических песнях выразилась чувственно-плотская сторона этой души, то в произведениях песенно-поэтического жанра, представленного в двух альбомах памяти безвременно ушедших архидиакона Романа (Тамберга) и иерея Алексия Грачева, открывается ее высшая духовная сторона. Эти произведения на Руси так и назывались духовными стихами, или кантами.

Написанные чаще всего анонимными авторами, они переносились из края в край каликами перехожими, и лучшие из них сохранились в памяти народной. Не имея богослужебного употребления, духовные стихи, в отличие от обычных песен, всё же возвышались над обыденностью и пробуждали в слушателях высокие, святые чувства. Их недаром любили слушать и петь русские иноки; тексты некоторых из них составлены клириками и даже святителями Православной Церкви. В этих песнях печаль, но печаль к Богу; в них есть и радость, но радость тихая, пасхальная; есть и любовь — святая, христианская. Авторская и исполнительская индивидуальность раскрывается в них по-православному сдержанно, и отдельное «я» существует как часть соборной народной души, а «ты» — как образ друга-сотаинника, брата, «души родной».
Один из излюбленных образов русского канта — образ дороги. Сама жизнь человека рассматривается в православной традиции как странствие (или плавание по бурному житейскому морю) в Небесное Отечество. Странствие это исполнено скорбей; это путь крестный, на котором только вера, молитва и надежда на милость Божию, на предстательство Пресвятой Богородицы и святых укрепляет путника. Для русского сердца дорога — это еще и свобода от житейского попечения, от засасывающей суеты повседневности, дорога к святым местам… Русская дорога — это и исторический крестный путь России, то разоряемой чужеземцами, то попираемой собственными сынами, позабывшими свое родство… Это — дорога покаяния, возвращения к себе, дорога в святую Православную Церковь, открытая всякому человеку. Святая Русь — так называем мы свою Родину. Не потому, что ее населяют одни святые люди. А потому что никогда русская душа не довольствуется земным благополучием — во все времена тоскует она по благодати, ищет в жизни небесной гармонии, которую обретает только в единстве земной и Небесной Христовой Церкви.

Есть у России целый сонм небесных заступников — от древних благоверных князей-воинов до Царя-мученика и других новомучеников XX века — святых сродников наших, и сегодня незримо охраняющих и освящающих нашу жизнь. Их потомки по-прежнему берегут в душе идеал праведной жизни — такой жизни, когда ради Царствия Небесного отвергается житейская сладость, душевную немощь врачует православная святыня и красота родной земли, тоска одиночества претворяется в сострадающую любовь по образу Пресвятой Троицы и даже личная смерть не страшит, а принимается как праздник души.

Поэтому в наш век попрания святынь и разрушения державности мы с надеждой говорим, что Святая Русь «не умерла, но спит» (Мк., 5; 39). Она, как сказал философ И. Ильин, вновь заявляет свою «способность незримо возрождаться в зримом умирании».

Святая надежда русского сердца, его любовь к Отечеству земному и Небесному воплощена в особом песенно-поэтическом жанре народного творчества, представленного в настоящих альбомах — в духовных стихах и кантах.

Одно то, что при всех поворотах истории этот любимый православным народом жанр не вытеснился ни романсом, ни лирической, ни так называемой «авторской» песней, является добрым знаком. Он сохранился как живое современное народное искусство. Он действительно живет: наряду со старинными, появляются новые канты и расходятся по России. Люди разных поколений слушают и поют их в дружеском кругу, «для души». Не значит ли это, что «Россия все-таки жива»? Что Святая Русь не погибла, а ушла в себя, затаилась под российскими снегами и туманами? Что, проходя через скорби и покаяние, она «незримо возрождается»?..

________ Из материалов архидиакона Романа (Тамберга) Вот скоро настанет мой праздник… Архидиакону Роману (Тамбергу) (1961–1998) принадлежит честь продолжения традиции духовного пения, издревле процветавшего и любимого на Руси, а ныне почти забытого. Он не только сочинял и пел современные духовные песни, но одним из первых стал исполнять старинные канты и былины Канты — духовные стихи, положенные на музыку, написанные чаще всего неизвестными авторами и переносимые из края в край каликами перехожими, — всегда были любимы христианским народом. Их пели на трапезах, в пути, в часы дружественных встреч. Простые, но исполненные глубокого смысла слова, запоминающиеся мелодии легко воспринимались, объединяли людей, побуждали к благочестию и богомыслию, призывали к покаянию. Для отца Романа старинные канты не были застывшими памятниками ушедшей культуры, он видел в них живое проявление православного искусства. Отсюда их новое прочтение, созвучные нашему времени аранжировка и исполнение. Часто содержанием русских кантов было памятование о смерти. Такие песни учили христианскому отношению к жизни и смерти говорили о том, что человек в этом мире странник и его назначение — Небесное Отечество, что переход к вечной жизни является радостью, ожиданием встречи со Христом, Праздником. Помимо кантов XIX — начала XX в. на странице представлены произведения современных авторов. Некоторые песни написаны архидиаконом Романом (Тамбергом). За кажущейся простотой и безыскусностью исполнения кантов и песен отцом Романом стоит большой труд осмысления традиции русского духовного пения. Его исполнение не оставляет никого безучастным, затрагивает и ум, и сердце, заставляет внимать, радоваться сопереживать. Его песни помогают почувствовать, что человек не одинок на земле, что все мы едины в Боге и можем по-братски разделить тяготы нашей жизни, ее печали и радости. Отец Роман любил петь вместе со своим другом Алексеем Грачевым, помогавшим ему обрабатывать и аранжировать многие песни. Его голос также слышен в записи. Аранжировка, гитара — иерей Алексий Грачев, синтезатор — архид. Роман (Тамберг). Звукорежиссер — В. Иванов. Мастеринг — Ф. Узбекова. Реставрация и премастеринг — А. Киселев. ©&®~ 1996, 1997, 1998, 2002, ДСММ.