Догмат о Церкви в канонах и практике

«Онтология Церкви изначально обусловлена противоречивостью человеческой природы. Она обнаруживает одновременно две ее стороны: “Образ есмь неизреченныя твоея славы, аще и язвы ношу прегрешений”».

Человеческая природа открывается в Церкви, во-первых, как образ Божий, осуществленный в святости и нетлении, — «человек Христос Иисус». Это человеческая природа, состоявшаяся по замыслу Божию. Однако замысел Божий не завершен. Он оставляет место человеческой свободе, и человек обнаруживает себя как падшее существо, нуждающееся в возрождении. Задача Церкви — «призвать грешников к покаянию». «Царство Божие, пришедшее в силе», возрождает грешника через покаяние, «доколе вообразится в нем Христос».

Эти два полюса — состоявшейся и становящейся человеческой природы просвечивают один сквозь другой, пронизывая всё богословие, богослужение и жизнь Церкви антиномичностью задачи «спасти погибшее». Только внимательно и неотступно вглядываясь любящими глазами в жизнь Церкви, возможно не потерять из виду ее подлинный образ, не всегда адекватно осуществляющийся в епархиальной практике.

Рассматривая общезначимые проблемы церковной жизни в контексте личного опыта, я опираюсь на официальные церковные документы и факты.

Без соборности Церковь не может быть апостольской, поскольку в апостольские времена Церковь жила в подлинном соборном общении.

Без соборности Церковь не может быть святой, поскольку исповедание «Отца и Сына и Святаго Духа» должно быть плодом взаимной любви (Молитва Евхаристического канона).

Без соборности дисциплинарное единство осуществит не Церковь, но преисподнюю, где царствуют насилие и грех.

Без соборности Никео-Цареградский Символ Веры будет поврежден. Символ Веры является живым зерном богословской мысли. В нем нет мертвых слов. Каждое из них должно быть наполнено смыслом и осуществлено в практике епархиальной жизни: «слово Божие живо и действенно».

Деформация церковного сознания выражает наш грех и нашу беду. Грех заключается в оправдании нецерковных мотивов и поступков догматической и канонической казуистикой.

«Беда наша в разобщении епископа с клиром и народом Божиим, которое нынче происходит в результате сращения церковной власти с областной номенклатурой и бизнесменами. Уровень благосостояния, бытовой комфорт, коммерческие интересы и политические амбиции объединяют их кругом общения, в который не допущены клир и миряне. Мы живем теперь в двух разных мирах.

Симфония государства и Церкви кажется чрезвычайно заманчивой, однако таит в себе опасности, много раз обличенные в печальном опыте истории. Увы, “никого еще опыт не спасал от беды”».