Диалоги кармелиток

«ДИАЛОГИ КАРМЕЛИТОК» (DIALOGUES DES CARMÉLITES) FP159 (2004) Опера французского композитора Пуленка (1957, Милан), в трех действиях; либретто Ж. Бернаноса.

Пьеса Бернаноса «Диалоги кармелиток»

Фильм «Диалоги кармелиток»

Главные персонажи: Бланш (сопрано), Мадам Лидуан (сопрано), Маркиз де ла Форс (баритон), Шевалье (тенор), Мадам де Круасси (альт), Мария (меццо-сопрано), сестра Констанс (сопрано), сестра Матильда (меццо-сопрано).

Опера французского композитора Франсиса Пуленка «Диалоги кармелиток» была сочинена в 1956 г. для миланского театра La Scala по пьесе Ж. Бернаноса. В основе сюжета трагическая история из времен Великой Французской революции. …Революционные власти издают декрет о ликвидации монастыря ордена кармелиток. Монахини во главе с настоятельницей обрекают себя на мученическую смерть на эшафоте. Дочь маркиза де ля Форса — Бланш, укрывавшаяся в эти кровавые времена в святой обители, решает достойно встретить судьбу, разделив печальную участь своих спасительниц… «Диалоги кармелиток» можно назвать одним из самых ярких сочинений Франсиса Пуленка, в котором композитор достигает высокой трагической мощи. Выразительные мелодичные женские партии, богатая музыкальная ткань произведения сделали его желанным на сценах крупнейших оперных театров мира. «Диалоги кармелиток» были поставлены в Париже, Лондоне, Сан-Франциско. А партия главной героини — Бланш — украсила репертуар выдающихся мировых сопрано: француженки Дениз Дюваль, англичанки Кири Те Канава, американки Кэрол Ванесс. «Диалоги кармелиток» поднимают важнейшие проблемы жизни в эпоху исторических катаклизмов: безнаказанность террора, гибель семьи в мясорубке политических переворотов, страх смерти, ответственность личности, революционный экстаз толпы, обретение истины в вере. Однако важнейшей и остро современной представляется проблема уничтожения духовности. Вот об этом мы и ставим наш спектакль. Драматический и музыкальный материал оперы дает возможность для ярких актерских и исполнительских работ. А реальность исторических персонажей требует от нас особой деликатности и обдуманности подхода к постановке. День за днем всё больше погружаясь в спектакль на репетициях, я вдруг в ужасе почувствовал, что и сам будто оказался в каком-то монастыре, живущем по своим особенным законам. Я понял, что монастырь — жуткое закрытое общество, государство, неизбежно вступающее в конфликт с другим государством, внутри которого оно заключено. Это ощущение не оставляло меня до той счастливой минуты, пока артисты не начали радовать своими неординарными работами, своим творческим волнением, своими вполне земными вопросами: «Ну что, получается что-нибудь?».

Дмитрий Бертман попытался соединить противоположности… Он вслед за автором пьесы Жоржем Бернаносом не хочет признавать в монахинях ангелов. Они у него подвержены всем человеческим слабостям, а мать-настоятельница даже в своей мучительной смерти зовет не стыдиться себя и не искать в монастыре иллюзорных добродетелей. В монашеских одеяниях соединены аскеза и подавленная чувственность. Это спектакль, поражающий хрупкостью человека перед стальной Идеей. Он о том, как легко крест превращается в клинок. О кровавой игре, которой от века предается человечество и суть которой — казнить и миловать. Гильотинирование уподоблено боулингу:… голоса живых тонут, захлебываются в механической мертвечине. Идея гибельной игры доведена до символа, и эта игра — тоже одна вовсе времена и эпохи. В московских «Кармелитках» есть свойственная музыке XX века спрессованность оркестровой ткани и тот нерв, который сообщает партитуре драматургическое единство. «Российская газета» Дмитрий Бертман подобрал к «Кармелиткам» оптимальный в наших условиях ключ психологического театра (в его трактовке прекрасно приживающегося в условном сценическом пространстве и вполне совместимого с языком метафор и «знаков»). Внешняя статика оперы Пуленка взрывается Бертманом изнутри предельной интенсивность внутренней жизни персонажей, в результате чего возникает столь редкое в наши дни на музыкальной сцене напряжение, буквально электризующее зал.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Тяготясь жизнью в доме отца Маркиза де ля Форса, страдающего от тоски по давно умершей жене, а также странными отношениями с братом Шевалье, Бланш решает уйти в Компьеньский монастырь кармелиток. Там, в строгом затворничестве, она надеется спастись и от приступов панического страха. В монастыре Бланш неожиданно обретает мать в старой умирающей настоятельнице Матери Генриетте Иисуса. Став послушницей, Бланш знакомится с сестрами-монахинями. Особую нежность к Бланш испытывает молоденькая сестра Констанция. В обители живут сестры разных возрастов и характеров. Здесь находит защиту и юная Бланш и старая, хромая Мать Жанна. Умирающую настоятельницу ни на секунду не покидает ее помощница, самая страстная из компьеньских монахинь, Мать Мария Воплощения. После смерти Матери Генриетты Иисуса новая настоятельница Мать Мария Святого Августина призывает сестер к смиренному и последовательному служению Господу, невзирая на революционную смуту, охватившую их родину.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
В монастырь попрощаться с Бланш приезжает ее брат Шевалье — он решил покинуть несчастную Францию. Монахини прячут от властей изгнанного Священника. Они в смятении, никто не защитил Священника от травли. Тогда Мать Мария Воплощения требует от сестер отдать их жизни за веру и за родину. В монастырь врываются военные. Они бесчинствуют. Мать Мария Воплощения призывает монахинь единогласно принять обет мученичества. Священник благословляет всех. В поднявшейся суматохе Бланш уходит из монастыря и возвращается в дом отца. По правительственному указу кармелитки должны быть изгнаны из обители. Сестры напуганы и потрясены. Мать Мария Воплощения напоминает им о долге и отправляется за Бланш. Сестры-кармелитки арестованы. Настоятельница старается успокоить их. Комиссар зачитывает смертный приговор, перечисляя поименно всех монахинь. Участь кармелиток решена. Мать Мария, столь страстно требовавшая жертвенного подвига от сестер, оказалась вне тюрьмы. Поддержать ее и разделить с ней судьбу готов спасенный монахинями от расправы Священник. Сестры одна за другой поднимаются на эшафот.
Наиболее яркое сочинение Пуленка, в котором он достигает большой трагедийной мощи. Опера имеет большую популярность, партию Бланш исполняли такие известные певицы, как Дюваль (1957, Париж), Те Канава (1968, Лондон), Ванесс (1982, Сан-Франциско).

Режиссер: Дмитрий Бертман
Дирижер: Владимир Понькин
Маркиз де ля Форс — Сергей Яковлев, Бланш — Наталья Загоринская, Шевалье — Владимир Болотин, Мадам де Круасси — Лариса Костюк, Мадам Лиддуан — Лариса Гицба, Священник монастыря — Сергей Костюк, Мать Мария Воплощения — Мария Масхулия, Сестра Констанция — Марина Андреева, Мать Жанна — Елена Куфко.