Татьяна Вардазарян

Из-за врачебной ошибки Татьяна Вардазарян из Донецка уже больше года находится в хроническом вегетативном состоянии. За ней ухаживает две ее дочери, и это поглощает все их свободное время. Сейчас есть небольшие положительные сдвиги в ее состоянии, так как наконец определена главная проблема с ее здоровьем. Для выздоровления очень важно вывозить Татьяну на прогулки, а для этого нужна инвалидная коляска. Вместе с пересылкой она будет стоить около 20 тысяч рублей. «Здравствуйте. Мы, сестры Карина и Марина обращаемся к Вам с просьбой о помощи нашей маме Татьяне Алексеевне, 54 года, г.Донецк, Украина. Мама уже 1 год и 3 месяца находится в хроническом вегетативном состоянии (бодрствующая кома). В октябре-ноябре 2009 г. начались проблемы со здоровьем, кружилась голова, слабость. Начали водить по врачам, которые утверждали, что это просто возрастные перепады давления. Мама принимала очень много разных медикаментов, но становилось только хуже. Врачи ставили предынсультное состояние. Слабость увеличивалась, тяжело было вставать, очень сильные головокружения, потеря ориентации, начались галлюцинации. Состояние ухудшалось буквально на глазах, мы не знали что делать, обращались к врачам. Так как начались галлюцинации, маму направили в психиатрию, где утверждали: чтобы не развилось слабоумие, нужно пройти курс лечения; было сделано несколько уколов, после которого началась задержка мочи, судороги, потеря сознания. Развился злокачественный нейролептический синдром. Состояние было на грани жизни и смерти из-за практически полного разрушения печени.28 декабря маму госпитализируют в отделение неврологии ОЦКБ г. Донецка, где мама пролежала около 4 месяцев, после чего нас выписали домой. Теперь, изучив все досконально, мы поняли, что у мамы было изначально отравление, которое разрушало печень, что давало все вышеперечисленные симптомы, а не возрастные перепады давления, или психиатрия. Таким образом, для больной печени этот укол был смертельным. Печень удалось восстановить, а сознание нет. Это ошибка врачей - не разбираясь в ситуации, ставят неправильные диагнозы. Но у нас нет ни времени, ни сил этим заниматься. Нам нужно спасать маму. Таким образом, мы с младшей сестрой постоянно ухаживаем за мамой. Я жила с мужем в Москве, и вот как прилетела к маме на новый год в конце 2009 г., так и не отхожу уже больше года. Сестра жила с мамой, но ей тоже пришлось уйти с работы. Уход нужен круглосуточный, один человек не справляется. На данный момент ситуация следующая: мама лежит дома, врачи нас не посещают, только частным образом. Те врачи, неврологи, которые нас вели, еще полгода назад, говорили, что мама не выживет, не говоря уже возвращении сознания. Я не могла добиться от врачей информации о том, как называется мамино состояние. Я постоянно искала информацию в Интернете, о похожем состоянии. Только намного позже, в октябре 2010 г., я нашла в Москве клинику, которая занимается людьми в хроническом вегетативном состоянии. С помощью друзей и близких мы смогли организовать приезд профессора Гимранова Рината Фазылжановича, который после диагностики сказал, что есть шанс вернуться в сознание. Мы делали все необходимое, что он рекомендовал, после его второго приезда, 20 февраля этого года, диагностика показала, что мы смогли приостановить отмирание клеток мозга, и что появилась реакция на прикосновение, зрительная реакция. Назначен курс медикаментов, курс стимуляции мозга (музыка, вкусы, запахи, картинки, лфк, квч, массаж). Мы купили все необходимое: специальную кровать, противопролежневый матрас, вертикализатор. Теперь надеемся купить специальную ванную, и инвалидную коляску, чтобы весной выходить на улицу. Это очень важно для мамы и, мы надеемся, что третий визит врача состоится. Финансово нам очень тяжело, поэтому хотим обратиться к вам за помощью. Нам постоянно нужны подгузники, пеленки, лекарства и очень нужна специальная инвалидная коляска. Как я говорила, мы с сестрой не работаем, сейчас пытаемся оформить государственную помощь. Помогают в основном друзья, знакомые Просим Вас помочь нам купить для мамы инвалидную коляску, чтобы мы могли выходить с ней на улицу.»