Великий польский композитор и пианист, крупнейший представитель польской национальной музыкальной культуры, один из классиков мировой музыки. Родился в местечке Желязова Воля недалеко от Варшавы. Его отец, французский эмигрант, служил учителем в Варшавском лицее. Мальчик воспитывался в музыкальной среде — отец играл на скрипке и флейте, мать хорошо пела и немного играла на фортепиано. К пяти годам Фредерик уже уверенно исполнял несложные пьесы, разученные под руководством старшей сестры Людвики, а затем его педагогом стал известный чешский музыкант Войцех Живный. Первое выступление маленького пианиста состоялось в Варшаве, когда ему исполнилось семь лет. Концерт имел успех, и имя Шопена быстро узнала вся Варшава. Вскоре было издано одно из ранних его сочинений — полонез для фортепиано соль-минор. К двенадцати годам Шопен не уступал в исполнительском искусстве лучшим польским пианистам. Он получил хорошее общее образование. Свободно владел французским и немецким языками, интересовался историей Польши, много читал. Окончив лицей, поступил в Высшую школу музыки. К этому времени Шопен уже был признанным пианистом Польши. Достиг зрелости и его талант композитора. В 1829–1830 гг. он создал два концерта для фортепиано с оркестром, которые и в наши дни являются любимыми произведениями пианистов всех стран. В 1829 г. молодой музыкант посетил Вену. Его концерты прошли с огромным успехом, и он решил отправиться в длительное концертное турне. Осенью 1830 г. Шопен выехал из Варшавы — и расстался с родиной навсегда. Ему было двадцать лет. Через год Шопен прибыл в Париж и прожил здесь до конца жизни. Но Франция не стала второй родиной композитора: и в творчестве, и в привязанностях он оставался поляком, и даже сердце свое после смерти завещал отвезти в родную Польшу. Маэстро покорил Париж сначала как пианист. Первое же его концертное выступление поразило слушателей своеобразным и необычным исполнением — оно было удивительно одухотворенным и поэтичным. Чаще всего Шопен исполнял собственные сочинения: концерты для фортепиано с оркестром, концертные рондо, мазурки, этюды, ноктюрны. Его музыка вызывала всеобщее восхищение. А по поводу вариаций на тему из оперы Моцарта «Дон Жуан» выдающийся немецкий композитор и критик Роберт Шуман даже сказал: «Шапки долой, господа, перед вами гений». С годами Шопен стал давать концерты все реже, ограничиваясь исполнением в узком кругу друзей. Он всецело отдался творчеству. Появились его сонаты, скерцо, баллады, экспромты, новая серия этюдов, поэтичные ноктюрны, прелюдии и по-прежнему любимые всеми мазурки и полонезы. Наряду со светлыми лирическими пьесами все чаще из-под его пера выходили произведения, полные драматической глубины, а нередко и трагизма. Такова Вторая соната (с похоронным маршем), принадлежащая к числу высших достижений композитора, всей польской музыки и романтического искусства в целом. Талант мастера достиг вершины. Его произведения издавались, он был окружен учениками, и услышать его игру считалось редким счастьем, доступным немногим избранным. Последние годы жизни Шопена были тяжелыми. Обострилась болезнь легких, которой он страдал с юных лет. Композитор почти ничего не писал. Средства его иссякли. Чтобы поправить дела, маэстро уехал в Лондон и дал там несколько концертов, но сырой климат Англии быстро оказал свое губительное действие. По совету врачей, он спешно возвратился в Париж, где и скончался зимой 1849 г. Похоронен Фредерик Шопен на кладбище Пер-Лашез. А сердце его, как он и завещал, было отправлено в специальном сосуде в Варшаву и до сих пор бережно хранится в костеле Св. Креста. Наследие Шопена огромно. Среди его крупных произведений — Вторая соната си-бемоль-минор, четыре баллады и четыре скерцо, Фантазия фа минор, Баркарола, Соната для виолончели и фортепиано, а также романтические миниатюры, около 20 ноктюрнов, полонезы, вальсы, мазурки. Одно из замечательных свойств музыки Шопена — ее мелодичность. Она словно идет от сердца к сердцу. И как символ народной любви в 1894 г. в Желязовой Воле был открыт памятник великому мастеру. Инициатором его создания стал русский композитор М. Балакирев.

Выдающийся теоретик педагогики, публицист и журналист, детский писатель. Создатель газеты «Первое сентября», одно время был идейным вдохновителем «Учительской газеты», сотрудник многих других изданий и радиостанций. Работал учителем и пионервожатым. Соловейчик — один из основателей «педагогики сотрудничества». Во 2-й пол. 70-х бросает все другие занятия для написания своего опус магнум «Педагогика для всех», общепризнанной педагогической классики. В манифесте «Человек свободный» так изложил главные свои идеи: «Человек свободный» Соловейчик так описывает идеал своей педагогики: «Воспитание внутренне свободного человека начинается в детстве. Внутренняя свобода — это природный дар, это особый талант, который можно заглушить, как и всякий другой талант, но можно и развить. Этот талант в той или иной мере есть у каждого, подобно тому как у каждого есть совесть, — но человек или прислушивается к ней, старается жить по совести, или она заглушается обстоятельствами жизни и воспитанием. Цель — воспитание свободного — определяет все формы, способы и методы общения с детьми. Если ребенок не знает угнетения и научается жить по совести, к нему сами собой приходят все житейские, общественные навыки, о которых так много говорится в традиционных теориях воспитания. На наш взгляд, воспитание заключается лишь в развитии той внутренней свободы, которая и без нас есть в ребенке, в ее поддержке и охране. Но дети бывают своевольны, капризны, агрессивны. Многим взрослым, родителям и учителям кажется, что предоставлять детям свободу опасно. Тут проходит граница двух подходов в воспитании. Тот, кто хочет вырастить свободного ребенка, принимает его таким, какой он есть, — любит его освобождающей любовью. Он верит в ребенка, эта вера помогает ему быть терпеливым. Тот, кто не думает о свободе, боится ее, не верит в ребенка, тот неизбежно угнетает его дух и тем губит, глушит его совесть. Любовь к ребенку становится угнетающей. Такое несвободное воспитание и дает обществу дурных людей. Без свободы все цели, даже если они кажутся высокими, становятся ложными и опасными для детей».

Один из наиболее видных представителей так называемого «нового направления» в русской духовной музыке; для него типичны, с одной стороны, великолепное владение хоровым письмом, отличное знание разных видов традиционного пения (что особенно проявляется в его переложениях распевов), а с другой — тяготение к большой эмоциональной открытости в выражении религиозного чувства, вплоть до прямого сближения с песенной или романсовой лирикой (особенно типично для пользующихся и ныне большой популярностью духовных сочинений для голоса соло с хором).

Александр Гречанинов имел типаж настоящего русского интеллигента — статный, белокурый, в очках, с «чеховской» бородкой; но над всем этим — особая чистота души, строгость нравственных убеждений, которые определили его жизненную и творческую позицию, верность традициям отечественной музыкальной культуры, истовый характер служения ей.
Творческое наследие Гречанинова огромно — ок. 1000 произведений, в том числе 6 опер, детский балет, 5 симфоний, 9 крупных симфонических произведений, музыка к 7 драматическим спектаклям, 4 струнных квартета, многочисленные инструментальные и вокальные сочинения. Но самая драгоценная часть этого наследия — хоровая музыка, романсы, хоровые и фортепианные произведения для детей. Музыка Гречанинова пользовалась популярностью, ее охотно исполняли Ф. Шаляпин, Л. Собинов. А. Нежданова, Н. Голованов, Л. Стоковский. Однако творческая биография композитора складывалась далеко не просто.
Гречанинов Александр Тихонович родился (13) 25 октября 1864 г. в Калуге, (по другим сведениям — в Москве, в купеческой семье). Семья московского купца Гречанинова хотела, чтобы Саша связал свою жизнь с торговлей. «Только когда мне было 14 лет, я впервые увидел фортепиано… С той поры фортепиано делается моим неизменным другом». Упорно занимаясь, Гречанинов в 1881 г. втайне от родителей поступил в Московскую консерваторию, где занимался у В. Сафонова, А. Аренского, С. Танеева. После перехода в Петербургскую консерваторию, где молодой композитор встретил понимание и поддержку Н. Римского-Корсакова. Консерваторию Гречанинов закончил в 1893 г., представив в качестве дипломной работы кантату «Самсон», а через год за Первый струнный квартет был удостоен премии на Беляевском конкурсе.

Гречанинов написал также немало хороших произведений и для церковных хоров. Особенно характерны его отдельные песнопения, из которых некоторые представляют собой переложения-обработки уставных напевов русской церкви для хора, но большая часть его духовно-музыкальных произведений является свободными сочинениями. Наиболее характерными для духовно-музыкального творчества А. Т. Гречанинова являются именно отдельные песнопения. Как в своих обработках распевных мелодий, так и в своих свободных духовно-музыкальных сочинениях Гречанинов нередко применяет обороты и приемы, подсказанные народными песнями. Но иногда он не чуждается приблизиться к условным формам хоровой фактуры в стиле духовно-музыкальных произведений П. И. Чайковского. Наиболее характерной в этом отношении является его первая литургия, опус 13 (1897 г.), в которой он как бы за образец берет литургию Чайковского, опус 41.
Самостоятельна его вторая литургия, опус 29, написанная им в 1902 г. для большого, сильного хора. Особенное внимание в этой литургии привлекло «Верую…», получившее громадное распространение. В этом «Верую…» Гречанинов поручил альту читать текст Символа Веры, причем хор создает этому чтению гармонический фон: он протяжно поет слово «верую», («исповедую», «чаю») на соответственно меняющихся аккордах. Получилось замечательное, еще до тех пор никем не применявшееся сочетание простой, почти что традиционной псалмодии и хорового, напоминающего орган, пения хора. Все внимание слушателей сосредотачивается на тексте; аккордовый фон совершенно не отвлекает внимания. Это «Верую…» прочно вошло в обиход многих русских церковных хоров, вышло много граммофонных пластинок с этой записью.
Впоследствии Гречанинов сделал попытку выйти за рамки традиционной православной богослужебной музыки: в 1917 г. им была написана «Литургия демественная», опус 79, для солистов, тенора и баса, хора, струнного оркестра, органа и арф. Ее концертное исполнение состоялось уже за границей, в 1926 г. Необычность этого произведения, наряду с демественными напевами и богослужебными текстами, использующего весьма современные музыкальные приемы, у многих вызвала неприятие его в качестве церковного, то есть предназначенного для молитвы, поскольку оно не укладывалось в рамки исторически сложившегося типа церковного пения. С другой стороны, несомненен религиозный характер демественной литургии, так что она пользуется заслуженной популярностью и сейчас.
Вскоре после 1925 г. А. Т. Гречанинов эмигрировал и жил сначала в Париже, а с 1939 г. — в США (получил американское гражданство в 1946 г.). В эмиграции он продолжал (но очень мало) писать произведения для церковных хоров, но печатать их ему уже не удавалось. Незадолго до своей кончины, в 1943 г., Гречанинов написал для смешанного хора литургию, опус 177, N 4, названную им «Новый Обиход». Композитору было уже за восемьдесят, когда появилась его третья опера — «Женитьба» (по Гоголю). Творческое наследие Гречанинова включает также 5 симфоний, массу произведений камерно-инструментальных жанров, сотни фортепианных пьес, романсов, обработок народных песен; большую ценность имеет его музыка для детей (в том числе 4 детских оперы). Кроме православной церковной музыки он сочинил ряд католических месс и мотетов, а также духовные хоры на английские тексты. Его перу принадлежит книга «Моя жизнь».

Все годы пребывания за рубежом Гречанинов испытывал острую тоску по родине, постоянно стремился к контактам с Советской страной, особенно в годы Великой Отечественной войны. Событиям войны он посвятил симфоническую поэму «К победе» (1943), ноты которой выслал в Советский Союз, и «Элегическую поэму памяти героев» (1944).
24 октября 1944 г. в Большом зале Московской консерватории торжественно отмечалось 80-летие Гречанинова, исполнялась его музыка. Это чрезвычайно воодушевило композитора, вызвало новый прилив творческих сил.
До последних дней Гречанинов мечтал вернуться на родину, но этому не суждено было осуществиться. Почти оглохший и ослепший, в крайней бедности и одиночестве он скончался в Нью-Йорке 4 января 1956 г. в возрасте 92 лет.