Священник, философ, богослов, педагог, психолог, представитель русской религиозной философии, общественный деятель России и Зарубежья. В молодости, познакомившись с идеями Писарева, потерял веру. Под влиянием С. Булгакова вернулся в Церковь. В 1939–1949 гг., в начале Второй мировой войны, находился в заключении без суда, следствия и обвинения во французской тюрьме, а затем в лагере. Создал систему христианской философии на основе трансцендентализма. Развивал идеи В. Соловьева. Уделял много внимания проблемам христианской культуры. Написал лучшую историю русской философии.

Свящ. Дмитрий Григорьев «О. Василий Зеньковский»

Советский и российский режиссер, сценарист, продюсер, актер

Философ, религиозный мыслитель, писатель, поэт, переводчик, литературный критик, общественный деятель. Занимает исключительное место в истории русской мысли. Именно он впервые обосновал «символизм», он — один из зачинателей русского религиозного Ренессанса. Литературные достоинства его прозы и поэзии, вклад в философию, религиозные идеи — не очевидны. Это однако не избавляет нас от труда чтения и понимания этого важного для истории русской (шире — вообще христианской) культуры автора, тем более что его достижения в эссеистике, публицистике и критике ни у кого не вызывают сомнений; в этих жанрах — он по праву занимает одно из первых мест.

Скажем два слова о несомненных достижениях Мережковского. Первое — литературная критика. Здесь вспоминается знаменитое определение акмеизма, данное Мандельштамом: «тоска по мировой культуре». Эссе и исследования Мережковского, посвященные литературе не просто были проявлением такой тоски, они сами были — ярким, блистательным образцом мировой культуры, образчиком ее бытия на русской почве. Второе — мысль о религиозной общественности. Не со всеми идеями Мережковского здесь можно согласиться (а когда такое бывает?), но безусловно одно — Мережковский как никто другой помнил какие «критерии» будет использовать Христос на Последнем Суде: милосердие к братьям и сестрам — к заключенным, к голодным, к больным; реальное воплощение Евангелия в жизни, в истории, в обществе. И здесь первый и второй аспекты, обозначенные нами, сливаются в одно — в одну мысль, в один идеал, в одну задачу: строительство христианской культуры, христианство не на словах только, но на деле; творчество христианства в искусстве, общественности, политике.

Мережковский с горечью писал: «где же собственно религиозные дела наших дней? Как не доказать, а показать, что религия — самое нужное из всех человеческих дел? Если что-либо в религиозных переживаниях потеряно окончательно и как будто невозвратно, то это именно ощущение религиозного действия. Пока говоришь о религии, как об идеале, все соглашаются или, по крайней мере, никто не спорит — кажется, впрочем, потому, что всем наплевать; но только что пытаешься связать религию с реальной действительностью, оказываешься или в дураках, или в подлецах, ибо за память современного человечества единственная религиозно-общественная реальность — глупость обманутых, подлость обманщиков».

И с величайшей болью: «Сегодня люди говорят: Христос воскрес. Но что при этом думают и чувствуют? Может быть, похожее на то, что чувствовали ученики Господни, когда шли в Эммаус, разговаривая с неузнанным Спутником о распятом, погребенном и невоскресшем Господе: — А мы надеялись было… Сегодня Христос воскрес, а завтра сытый отнимет хлеб у голодного так же, как отнимал вчера. Сегодня Христос воскрес, а завтра выйдут проститутки на улицу так же, как выходили вчера…»

Пытаясь определить литературную манеру Мережковского отец А. Мень писал: «Я не могу найти для характеристики этих его книг слов, непонятен жанр: это и биографии писателей, это и философские, религиозно-философские, даже богословские мысли, это и блестящая литературная критика — все вместе. Это какой-то синтетический жанр огромных эссе. Он был эссеист и блестящий мастер цитаты. В истории русской критики никто не мог в такой мере великолепно владеть цитатой: иногда кажется, что он жонглирует ими, как опытный циркач, всегда находя под рукой необходимое место».

О нем:

Зобнин «Дмитрий Мережковский: его жизнь и деяния»

С. А. Зеньковский о Д. С. Мережковской и Т. А. Пахмусс о З. Н. Гиппиус–Мережковской

Зеньковский «Мережковский и его группа»

Мень «Дмитрий Сергеевич Мережковский и Зинаида Николаевна Гиппиус»

Лосский «Философские идеи поэтов символистов»

Лекции Быкова о Мережковском

Лекция Аверина

Лекция Рябова

Русский философ, не успевший развить свои идеи из-за ранней смерти. Вместе с Флоренским и Свенцицким состоял в «Союзе христианкой борьбы». Один из организаторов Московского религиозно-философского общества, журнала «Путь». Ему принадлежит монография о Сковороде (до сих пор лучшая), исследования об итальянской философии, ряд публицистических статей. Главный труд — «Борьба за Логос» — собрание статей, скрепленных одной идеей: противопоставлением новоевропейского рацио и антично-христианского Логоса, силы нигилизма, имперсонализма, детерминизма и силы онтологизма, личностности, свободы. Впрочем, Зеньковский, как и др. исследователи мысли Эрна, считает, что дальше манифеста своего логизма Эрн не пошел. Все признают его философский дар, но излишняя горячность в спорах, ангажированность моментом помешала ему развить свои интуиции.

Аркадий Ровнер «В. Ф. Эрн»

Прославился своими чудесными короткими сказками. Лондонское телевидение пригласило делать его 8-минутную программу для детей — вот для нее Биссет и начал писать. Как «человек-оркестр» он сам и придумывал сказки, иллюстрировал их, ставил в театре, кино и на ТВ, играл роли, читал их. Его сказки часто близкие к английской литературе нонсенса с одной стороны, философской притчи — с другой, то грустные, то веселые, но всегда — светлые, добрые, но не «нравоучительные», умные — так как должны быть умными сказки.

Мультфильмы по мотивам сказок Д. Биссета

Уникальная личность, один из величайших философов, выдающийся ученый (один из основателей математического анализа, теории вероятностей и проективной геометрии, создатель первых образцов счетной техники, автор основного закона гидростатики), блестящий литератор. В историю философию вошел в первую очередь своими «Мыслями».

Место Паскаля в истории Запада уникально. Современник Декарта, он представлял альтернативу ему (другой такой альтернативой был Лейбниц). Европа пошла по пути, начатому Декартом: пути рационализма, возвеличивание субъекта, «объективного знания», забвения экзистенции, разрыва с христианством и т. д. То, что мы называем Новым временем, можно было бы назвать временем Декарта. Если бы Запад пошел по пути Паскаля, то, возможно, мы жили бы совсем в другом мире: в мире с такой же блестящей наукой, мире гармонии разума и веры, мире «современном», но имеющем своим основанием христианство (и западная Церковь могла быть другой, открытой миру, а не спрятавшийся в панцирь Контрреформации), культуру, не забывшую, что она произросла из Благой Вести…

Хрестоматийный случая из детства Паскаля: отец запретил ему заниматься математикой, но восьмилетний мальчик не послушавшись, без всяких учебников пересоздал геометрию Евклида. Дальше его жизнь пошла по научному и светскому руслу. Это плавное течение оборвалось в ночь с 23 на 24 ноября 1654 года, «от десяти с половиною часов вечера до половины первого ночи», Паскаль, по его словам, пережил мистическое озарение свыше. Придя в себя, он тут же переписал мысли, набросанные на черновике на кусочек пергамента, который был зашит им в подкладку своей одежды. С этой реликвией, тем, что его биографы назовут «Мемориалом» или «Амулетом Паскаля», он не расставался до самой смерти. Вот этот удивительный текст:
«Год 1654. Понедельник, 23 ноября, день святого Климента, папы и мученика. Накануне Дня св. Хрисогона мученика. С 10:30 вечера до 12:30 ночи. Огонь. Бог Авраама, Исаака и Иакова, а не философов и ученых. Веруй, веруй, почувствуй Радость и Мир. Бога Иисуса Христа Мой Бог и твой. Deum meum et Deum vestrum — забудьте обо всем в мире, кроме Бога. Лишь Евангелие приведет к Нему. Величие человеческой души. Праведный Отче, мир не знает Тебя, но я знаю. Слезы радости. Я не с ними. Dereliquerunt me fontem aquae vivae. Боже, Боже мой, почему ты меня оставил? Позволь мне быть с Тобою на веки. Ибо Он жизнь вечная, истинный Бог наш, Иисус Христос. Иисус Христос. Иисус Христос. Я бежал и отверг Его, распятого. Могу ли я жить без Тебя? Он открывается через Евангелие. Отвергаю себя. Отдаюсь в руки Христовы. Вечная Радость за малое испытание на Земле. Non obliviscar sermones tuos. Amen».

C этого момента мысль Паскаля повернулась к Господу (хотя науку, он, конечно, не бросил). Он присоединяется к янсенистам (движение, развивавшее идеи Августина, боролись против иезуитов, в частности, против их морали). Тогда Паскаль создает «Письма провинциала» — блестящий труд против иезуитов (классика моральной философии и богословия).

В последние годы он тяжело болеет. Не имея возможности ни читать, ни писать, ни размышлять, Паскаль занимается благотворительностью и изредка посещает старых друзей. Основной свой труд — Апологию христианства, он завершить не успел. Фрагменты из нее, нам известны как «Мысли», один из лучших образцов философии.

О нем:

Книга Мережковского «Паскаль»

Ф. Мориак о Паскале в книге «Во что я верю»

Шестов «ГЕФСИМАНСКАЯ НОЧЬ (Философия Паскаля)»

Чистяков «О Паскале»

Шаховской «Огонь Паскаля»

 «Знаю, в Кого уверовал (Блез Паскаль)» передача из цикла «Библейский сюжет»

Сергей Пименов о Паскале в курсе лекций «Философские основания протестантизма»

Лекция Сергея Пименова из курса «Философия Возрождения и Нового Времени»

Лекция Дмитрия Бурлаки из курса «Философия Возрождения и Нового времени»

Лекция Рябова

Фильм Росселлини «Блез Паскаль»

Диакон Николая Серебряков. Галилей и Паскаль о естественном богопознании

Секацкий, Михайлова «Читаем вместе: Блез Паскаль «Мысли»»