— Не получается ли, что человек, отвергший Бога и оказываясь в аду, попадает в сродную своему духовному состоянию среду и потому ему там бывает тоже хорошо?

— Состояние человека отвергшего Бога, это состояние тирании страстей. А что такое страсти, все мы знаем. Каково, например, человеку, который находится в лютой злобе — хорошо ему? А как мучает зависть! Помните у Данте: «Так завистью кипела кровь моя, что если было хорошо другому, ты видел бы, как зеленею я»?[130]При этом необходимо учесть, чтотамнет никакой возможности ни укротить их, ни удовлетворить. Ад - это, как говорит Христос, есть огнь неугасающий и червь неусыпающий. Так что атмосфера ада, хотя и будет естественной для такого человека, тем не менее, будет атмосферой непрерывных страданий от бессильной злобы и прочих неудовлетворенных страстей. Святой Исаак Сирин называет и другую причину гееннских страданий:«Мучимые в геенне поражаются бичом[Божественной]любви! И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение, вящее всякого приводящего в страх мучения; печаль, поражающая сердце за грех против любви, язвительнее всякого возможного наказания»[131].

Так что едва ли там будет хорошо даже антихристу.

— Вы упомянули, что тьма кромешная — это состояние вне Бога. У отца Георгия Флоровского я прочитал цитату кого-то из святых Отцов, где шла речь о том, что человеческая душа, так сказать, относительно бессмертна – поскольку эту жизнь даёт ей Бог. Но если тьма кромешная – это состояние вне Бога, то есть без Бога, следовательно, душа умирает и ада не будет?

— Действия благодати Божией на человека очень различны. Есть благодать обóжения, степень присутствия которой в человеке обусловлена его духовным состоянием. А есть благодать, поддерживающая существование всего сотворенного – ее можно назвать бытийной, она всюду и ее действие не зависит от духовного состояния человека, она присутствует и вотьме кромешной. Пророк Давид восклицает: Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо - Ты там; сойду ли в преисподнюю - и там Ты (Пс. 13; 7-8). Поэтому даже при нулевом обóжении (состояние вне Бога), если таковое будет, бытие человека, тем не менее, сохранится. Следовательно, и ад потенциально возможен. Так что Господь всюду есть, но присутствует всюду по-разному.

- Как я смогу наслаждаться в Царстве Божьем, зная, что мои близкие мучаются в аду?

Приходится много раз говорить о том, что судить о состояниях человекатам, не зная ни будущего блаженства, ни, тем более, характера вечных мук, по меньшей мере трудно, а подчас и опасно. Не случайно преп. Каллист Катафигиот предупреждал, что «ум должен иметь меру познания, чтобы не погибнуть».Тамвсё не так. Лишь оказавшись в мире вечности, мы узнаем всё как есть, «лицем к лицу», а «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно» (1 Кор. 13,12). В качестве одного из таких гаданий выскажу следующую мысль. Бесспорно, что только духовное единство является прочной основой единства личностей. Дух, а не кровь, соединяет или отчуждает людей. Посмотрите, как иногда родственники ненавидят друг друга! И, напротив, совершенно чужие по крови соединяются в любви, образуют семьи и становятся едиными. Дух и в вечной жизни одних соединит, а других разделит. И это разделение будет естественным, а не принудительным, потому оно не принесет страданий. Нужно просто и твердо поверить, что в Царстве Божьем страданий быть не может.

— Можно ли считать, что человек, умерший на Пасху, попадает в рай?

— Хотя кто-то этот вопрос воспримет с улыбкой, но в народе действительно есть устойчивое убеждение, что кому Господь даёт умереть на Пасху, Рождество или другой великий Праздник, то это признак, что Господь принял душу такого человека. Может быть, и так - не знаю. Но если это и верно, то не потому, что он умер на Праздник, а потому, что оказался достойным умереть в этот день. Иногда говорят, вот неверующий, а умер на Пасху, неужели он спасется? А что отвечает Евангелие? Первым в рай вошел разбойник, покаявшийся в последние минуты своей жизни. Поэтому не будем судить, да рядить о судьбе скончавшихся в тот или иной день, а лучше вздохнем о них от всей души: «Упокой, Господи…».

— Какова участь души солдата, который в момент смерти испытывал ненависть к врагу?

— Прежде всего, хочется заметить, что мы не можем и даже грешно судить об участи любого человека – об этом знает только Бог.

А теперь в отношении ненависти. Мы часто слишком легко употребляем понятия «ненависть», «любовь» и другие, очень смутно представляя себе их смысл, ибо в каждом отдельном случае они могут иметь разную силу и разное содержание. Есть разница между ненавистью к своему греху и ненавистью к своей соседке, которая, без сомнения, хуже всех на свете? И любовь также бесконечно различается: от самой преступной до самой возвышенной. Мы, духовно слепы и никогда не можем правильно судить о духовном и душевном состоянии другого человека.

Но есть то, о чем мы знаем и судить можем, это замечательные слова Христовы: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15; 13). Так вот, воины – это те люди, которые первыми идут на смерть, жертвуют собой, исполняя свой долг и полагая души свои за друзей своих - и за сослуживцев, и за тех беззащитных, которые находятся за их спиной. (Почему воинская служба и была во все времена самой почетной.) Не случайно, в лике святых находим множество воинов. Это первое, что очень важно помнить.

Второе. Нельзя смешивать двух совершенно разных понятий: праведный гнев и ненависть. Есть гнев праведный, а есть злоба. Помните, как Христос опрокинул столы, рассыпал деньги и кнутом изгнал торговцев из храма. (Как насущно это для нашего времени, когда во время богослужения (!) ходят со сбором денег.) И объяснил причину Своих действий: «дома Отца Моего не делайте домом торговли» (Ин. 2, 16). Вот пример гнева праведного, безгрешного. Ибо Христос делал это не по ненависти к торговцам, а по святому гневу к осквернению святости храма молитвы. Он не зла желал церковным торгашам, а этим действием осудил на все времена торговлю в доме молитвы - грех, которым извращается сама сущность истинной религии.

Напротив, кто поступает по злобе к человеку, тот, кем бы он ни был, солдатом или священнослужителем, политиком или богословом, совершает тяжкий грех, убивая, прежде всего, свою душу. На войне, конечно же, справедливый гнев часто перемешивается с озлобленностью, почему Церковь не редко и налагает на воинов, определенные епитимии. Но в то же время необходимо понимать, что не солдат тот, кто не стоит насмерть за друзей своих, за свою Родину. Воин,защищая их,долженубивать врагов, в противном случае он предатель, а не воин. Праведное убийство – этодобродетель, поскольку для нравственно и психически нормального человека оно является тяжелейшимнравственным подвигом.

Отсюда становится понятным и появление разного рода непротивленцев злу насилием, пацифистов, оправдывающихся, в частности, ложно толкуемым Евангелием. Их «гуманные» мотивы прозрачны: пусть другие берут на себя этот сверхчеловеческий подвиг, а мы поблагоденствуем на их крови и страданиях, да еще и гневно осудим их за убийства.

Думаю поэтому, что христианам не следует пытаться заглядывать туда, куда дверь нам закрыта, а лучше усерднее молиться (а не просто поминать) за наших дорогих погибших воинов. Мы ничего достоверного не знаем о том, кто и что испытывал в момент своей смерти. Но есть Бог и видящий, и судящий, имилующий.

— Можно ли верить апокалипсису Петра, в котором описываются мучения грешников в аду?

— Нет, нельзя, как и любой другой апокрифической, неканонической литературе, а также листовкам и еретическим книжкам типа: «Богом данная Макария», «Духовные беседы и наставления старца Антония», иеромонаха (?) Трифона «Чудеса последнего времени», видеокассетам типа «Встреча с вечностью» и другим т.н. духовным изданиям.

— В чем суть поминания усопших милостыней и трапезой?

— В том, что, давая милостыню и устраивая поминальную трапезу (которая является одним из видов той же милостыни), мы тем самым оказываем любовь другим ради усопшего человека. Ведь, и молитва, по слову Христову, особенно действенна, когда сопряжена с «постом», то есть с ограничением себя, с понуждением к доброделанию, с лишением себя чего-то ради любви к другому, с подавлением своего ветхого человека.

Поминальная трапеза, когда носит христианский характер, также является неким самопожертвованием ради усопшего, ведь ради него мы и трудимся, и отрываем что-то от своего достояния. Потому соединенная с молитвой она становится одним из средств помощи усопшему.

— Объясните, пожалуйста: мытарства и чистилище – это одно и то же?

— Геенна и чистилище – это совершенно разные вещи. Чистилище – это чисто богословское изобретение католических богословов, одно из заблуждений Католической церкви. Дело в том, что по католическому вероучению для очищения от греха человек должен не только покаяться, но и принести так называемоеудовлетворениеправосудию Божью, которое достигается милостыней, поклонами, чтением специальных молитв и т.п. Этим требованием такогоудовлетворениякатолические богословы поставили себя в трудное положение. Ибо если человек покаялся, но никаких дел удовлетворения не успел совершить, то возникает прямо-таки неразрешимая коллизия: ему закрыт вход и в рай (поскольку не принес удовлетворения), и в ад (поскольку он покаялся). И «гениальные» головы богословов придумали т.н. чистилище, где покаявшийся грешник своими мучениями якобы приносит соответствующее удовлетворение правде Божьей за свои грехи, после чего он может быть переведен в рай. Вот что такое чистилище в католическом понимании.

В Православии даже намека нет на такие, простите меня, глупости. На мытарствах и в аду человек наказывается не Богом, а своими страстями, и никакого удовлетворения правосудию Божьему там не приносит. Происходит совсем другой процесс – духовный в самой душе. Он заключается во все большем осознании душой гибельности страстей и отчуждения от Бога. Это осознание при содействии молитв Церкви постепенно ослабляет действие страстей (и, соответственно, демонов-мучителей) и, наконец, может привести к обретению свободы от них и возвращению к Богу. Ни о каком удовлетворении т. н. правде Божьей, ни о каких чистилищных идеях в Православии нет и речи.

— Какова участь младенцев, убиенных во время аборта?

— Странная постановка вопроса. Меня удивляет, что спрашивают о судьбе невинных, не познавших ни добра, ни зла младенцев, а не о судьбе совершившей смертный грех матери. Разве младенцы согрешили? Разве они поступили неправедно? Они убили человека? Почему о безгрешных младенцах идет речь? Известны истоки этого ложного языческого страха. Он исходит от лжеучителей, зараженных средневековым католическим учением о т.н. лимбе. Лимб – это место в загробном мире между раем и чистилищем, где, согласно средневековым представлениям (идея лимба возникла в XIII веке), находятся души некрещеных младенцев. Еще в 1905 году Римский папа Пий X писал: "Дети, умершие до крещения, попадают в лимб, где они не наслаждаются присутствием Бога, но в то же время и не страдают". Однако папа Бенедикт XV (+1922) принял решение вообще исключить средневековое учение о лимбе, как ложное, из вероучительной системы католицизма. В документе, изданном Международной теологической комиссией и утвержденном этим папой, говорится, что традиционная концепция лимба слишком ограниченно отражает идею Спасения. Поэтому теперь, согласно данному документу, души умерших младенцев, которых не успели крестить, наследуют рай.

Но некоторые наши «учителя» превзошли средневековые заблуждения католиков. С фанатичной решительностью они устрашают несведущих людей: «некрещеные младенцы погибнут»! По их мнению, матери, сознательно совершившие детоубийство, могут (если покаются) спастись, а для невинных не согрешивших младенцев уготованы вечные мучения. Пожалуй, большей карикатуры на Православие не придумаешь.

Разве все дети, умершие до пришествия Христова, погибли? Младенцы наших предков до Крещения Руси - в геенне? Дети нехристианских народов – в аду? Какое извращение христианского учения о Боге любви! Жертвой Христовой все дети спасены! Сам Господь сказал онекрещеныхмладенцах: «пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное» (Мф. 19,14). Кто крестил ветхозаветных праведников, благоразумного разбойника, апостолов, саму Божию Матерь, многих мучеников, младенцев, убитых Иродом в Вифлееме, и т.д.? Неужели не понятно, что крещение, как и все таинства,это не пропуск, без которого нельзя войти в жизнь вечную, а лишь действенныесредства помощичеловеку в его освобождении от грехов. Потому все усопшие младенцы как святые и не согрешившие спасутся, «ибо таковых есть Царство Небесное».

Для подтверждения мысли о блаженной загробной жизни некрещеных детей приведу несколько авторитетных высказываний святых Отцов и учителей Церкви.

Известный раннехристианский писатель Тертуллиан (~ +220) пишет: «Учитывая особенности, характер и даже возраст каждой личности, полезнее помедлить с крещением, особенно маленьких детей (parvulos)… Пусть они приходят, когда повзрослеют. Пусть приходят, когда учатся, когда будут научены куда идти. Пусть станут христианами, когда могут познать Христа (Christum nosse potuerint). Что спешить невинному возрасту за отпущением грехов?»[132].

СвятительГригорий Богословписал: младенцы "...не принявшие крещения не будут у праведного Судии ни прославлены, ни наказаны, потому что хотя и не запечатлены, однако же и не худы"[133]. Что значитни прославлены? Не войдут в Царство Божие? – Ничего подобного. Слова святителя Григория легко понять на примере воюющей армии. Каким воинам воздается слава, кто получает высшие награды? Те, которые проявили наибольшее мужество, героизм. Прочие же, как не совершившие подобных подвигов, хотя и не получают таких наград, тем не менее, не наказываются. Свт. Григорий так и продолжает свою мысль: «Ибо не всякий… недостойный чести достоин уже наказания"[134]. Вот, о чем говорят его слова. В них нет и мысли о том, что не принявшие крещения будут лишены Царства Божия.

Современник свт. Григория Богослова преп. Ефрем Сиринубежден, что все умершие младенцы будут выше святых. При этом он даже не упоминает о том, крещены они или нет.

«Хвала Тебе, Боже наш, из уст грудных младенцев и детей, которые, как чистые агнцы в Эдеме, упитываются в Царстве! По сказанному Духом Святым(Иезек. 34, 14),пасутся они среди дерев, и Архангел Гавриил – пастырь сих стад. Выше и прекраснее степень их, нежели девственников и святых; они – чада Божии, питомцы Духа Святого. Они – сообщники горних, друзья сынов света, обитатели чистой земли, далекие от земли проклятий. В тот день, когда услышат они глас Сына Божия, возрадуются и возвеселятся кости их, преклонит главу свою свобода, которая не успела еще возмутить дух их.Кратки были дни их на земле; но блюдется жизнь им в Эдеме; и родителям их всего желательнее приблизиться к их обителям»[135].

Брат святителя Василия Великого святительГригорий Нисскийв специальной работе под названием «О младенцах, преждевременно похищаемых смертью» прямо утверждает, что младенцам, как не совершившим никакого зла, ничто не препятствует быть причастниками Света Божия. Вот, как он говорит: «Не искусившийся же во зле младенец, поскольку душевным очам его никакая болезнь не препятствует в причастии Света, пребывает в естественном состоянии,не имея нужды в очищении к восстановлению здравия, потому что в начале не приял в душу болезни»[136].

Замечательно писал о некрещеных детях святительФеофан Затворник:

«А дети – все ангелы Божии суть. Некрещеных, как и всех вне веры сущих, надо предоставлять Божию милосердию. Онине пасынки и не падчерицыБогу. Потому Он знает, что и как в отношении к ним учредить. Путей Божиих бездна!»[137].

Известный своей подвижнической жизнью иеромонахАрсений Афонский(XIX в.),будучи спрошен об участи некрещеных младенцев, отвечал:

«Касательно младенцев, о коих просят Вас узнать от нас, можно сказать то, что получившие св. Крещение будут радоваться и блаженствовать на небеси во веки, хотя бы кончину получили и нечаянную. Равно не следует отвергать и тех младенцев, которые родились мертвыми или не успели быть окрещены: они не виноваты, что не получили св. Крещения, а у Отца Небесного обители многи суть, в числе коих есть, конечно, и такие, в которых итаковые младенцы будут покоитьсяза веру и благочестие верных родителей своих,хотясами, по неиспытанным судьбам Божиим,и не получили св. Крещения. Так думать не противно религии, о чем свидетельствуют и святые Отцы в Синаксаре в субботу мясопустную. Молиться за них родители могут с верою в милосердие Божие»[138].

Известный богослов 19-го века священникА. Бурговписал: "Глубоким противоречием учению Священного Писания является то утверждение протестантских строгих богословов, что первородный грех сам по себе vere sit peccatum[есть действительный грех], ведущий за собою осуждение на вечную смерть всех невозрожденных[крещением]и также младенцев"[139].

Наш крупнейший историк древней Церкви В. Болотов (+1900) сообщает: «Состав христиан при Афанасии В. был не особенно велик, так как многие принимали крещение в зрелом возрасте, а некоторые откладывали до престарелых дней. Дети еще только готовились быть христианами, молодые люди находились в состоянии оглашения, и лишь лица зрелого возраста крестились, делались христианами совершенными, которые и присутствовали при литургии верных»[140].

«В IV в. Христианская Церковь состояла из лиц, принявших крещение в зрелом возрасте, и потому хорошо понимавших свое желание и свои мотивы при переходе в христианство»[141].

Поэтому ссылки некоторых на блаженного Августина, утверждавшего, что некрещеные младенцы погибнут, не выдерживает никакой критики: ни один из восточных святых Отцов никогда не высказывал подобной мысли. И лишь средневековое католическое богословие, взяв на вооружение «августинизм», ввело это заблуждение. Оно, вопреки Евангелию и учению святых Отцов Церкви, усвоено, к сожалению, и некоторыми нашими современными «учителями».

Так что о судьбе младенцев не будем беспокоиться – они все у Бога, а вот о своем отношении, дорогие родители, к браку, деторождению, о своей христианской жизни следует серьезно задуматься.

— Можно ли и как можно молиться за моего родственника-баптиста?

— Известный русский литургист святой епископ-исповедник Афанасий (Сахаров) в отношении молитв за неправославных христиан писал: «Относительно поминовения Ваших усопших родителей. Прежде всего, я полагаю, чтодети всегда обязаны молиться о своих родителях, каковы бы они ни были,хотя бы они были изверги, хулители и гонители веры. Я уверен, что св. мученица Варвара молится о своем отце, убившем ее. Ваши же родители были христиане. Если, по слову Божию, «во всяком языце боящийся Бога и молящийся Ему приятен Ему есть», то тем более веровавшие во Единого Бога, в Троице славимого, и исповедовавшие Христа, во плоти пришедшего…

Если молитва преп. Макария Египетского о язычниках доставляла им некую отраду, тем паче молитва православных детей принесет отраду неправославным родителям.

По просьбе благочестивой царицы Феодоры отцы Церкви совершали усиленные моления о ее муже, яром иконоборце и гонителе Православия Феофиле — и получили откровение, что по их молитве и по вере Феодоры Феофилу даровано прощение.

Такмолиться о неправославных можно и должно. Но, конечно, молитва о неправославных должна быть несколько иного характера. Так, например, в самом начале канона на погребение возносится моление о том, чтобы Господь сподобил получить вечные блага скончавшегося верного. Это мы можем сказать только о православном. Поэтому ещеСвятейшим Синодом был одобрен особый чин панихиды об усопших неправославных. Он начат был печатанием в 1917 г., но не закончен. В 1934 или 1935 году митр. Сергием был разослан по епархиям составленный им чин панихиды по неправославным».

Более того, свт. Афанасий считал, что подавая помянник на панихиду, именанеправославных можно ставить среди православных, а если эти имена иностранные, то, чтобы не смущать людей, изменять их на созвучные им православные («например, вместо «Анция» - «Андрея»). «Господь, - писал он, -знающий, о ком Вы молитесь, именно тому лицу, которое Вы имели в виду, окажет милость по Вашей молитве». Однако в отношении поминовения на Проскомидии он рассудил таким образом: «Раньше и я поминал на Проскомидии неправославных, а теперь пришел к убеждению, что лучше этого не делать»[142].

Но есть и более значимый факт. За каждым почти богослужением и даже за Литургией совершается молитвао властех и воинстве ея. Но разве вовластех и воинствевсе православные, все крещеные? Вспомните хотя бы только послереволюционное время жестоких гонений советскихвластейна Церковь!

А за кого молился Сам Господь на кресте при совершении СвоейкровнойЖертвы: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23,34)? Это разве не заповедь для христиан?!

Так что молиться за всехможно и должнои дома, и в храме..

— Известно, что самоубийство – страшнейший грех. Но как быть с тем, что человек, совершивший это преступление, при жизни был совершенным праведником?

— Что значит – «был совершенным праведником»? Если бы он им был, жил по заповедям Божиим, то, конечно же, такого поступка не совершил бы. В том и дело, что он, следовательно, был ложным праведником.

Кто ложный праведник? Тот, например, православный, который ходит в храм, принимает таинства, благотворит, соблюдает посты, никого не убивает, не грабит, не прелюбодействует, то есть исполняет всювнешнююсторону церковной и нравственной жизни - и видит эту свою «праведность», превозносится ею в своих чувствах, мыслях, а то и перед людьми, но своих внутренних страстей: гордости, тщеславия, зависти, неприязни к ближним, гнева, лицемерия и т.д., - не замечает. Это - страшное состояние, в нем находились и находятся осужденные Господом иудейские и христианские «праведники», гордые своей мнимой праведностью. Лжеправедники отринули Христа, распяли Его и продолжают духовно распинать в себе своей гордыней. Подобная лжеправедность может привести к самым печальным последствиям: прелести, ереси и самоубийству.

Истинный же праведник всегда видит свою греховность, видит свою полнуюнеправедность. В одном из писем святитель Игнатий (Брянчанинов) приводит следующий яркий пример истинного праведника: «Сегодня я прочитал то изречение Великого Сисоя, которое мне всегда особенно нравилось, всегда было мне особенно по сердцу. Некоторый инок сказал ему: “Я нахожусь в непрестанном памятовании Бога”.Преподобный Сисой отвечал ему: “Это не велико;велико будет то, когда ты сочтешь себя хуже всей твари”.Высокое занятие, —продолжает Святитель,— непрестанное памятование Бога!Но эта высота очень опасная, когда лествица к ней не основана на прочном камне смирения»[143]. Святые Отцы говорили, что высота праведности оценивается глубиною смирения. А истинное «смирение не видит себя смиренным».

— Каково состояние души человека, умершего мученической смертью, но не отпетого?

— Что такое отпевание? Это совершение священнослужителем и близкими усопшего определенных церковных молитв за него. Отпевание, как и другие заупокойные богослужения и молитвы, является лишь вспомоществованием душе усопшего, но не тем церковным действием, без совершения которого душа погибнет. Сколько во время стихийных бедствий, междоусобиц, войн погибло людей, сколько скончалось в пустынях, лесах, горах никому неизвестных святых подвижников, которых никто не отпевал! А они, быть может, выше нас, например, многие воины, которые жизнь свою отдали за друзей своих. Разве можно придавать магическое значение отпеванию? Откуда только рождаются такие суеверия?! Отпевание, повторяю – это молитва, а не волшебный ключик в Царствие Божие. Священники - это не шаманы, которые прочитали молитву – и спасен умерший, не прочитали – идет в ад. Нельзя же рассматривать отпевание как безусловное требование в деле спасения усопшего. Но нужно обязательно самим молиться за усопшего и, конечно, когда возможно, совершить отпевание, которое является одним из установленных заупокойных церковных молитвословий.

— Мой дядя был удивительный человек: он врач, который помог многим и многим. Смерти же его предшествовала долгая, в течение 10 лет, тяжелейшая болезнь. Умер он после сильных страданий. Могут ли ему вмениться в веру эти добрые дела и страдания? Он крестился уже во время болезни и церковной жизнью не жил.

— Человеку вменяются не труды, не страдания и не болезни, а степень осознания им своей греховности, своей духовной нищеты и, отсюда, сила обращения к Спасителю. Приходится часто цитировать святого Исаака Сирина, который произнес следующие замечательные слова: “Воздаяние бывает не добродетели и не труду ради нее, но рождающемуся от них смирению. Если же оно утрачено, то первые будут напрасны”[144]. Видите, всё – и добродетели, и труды, и, конечно, болезни – всё теряет свое значение, если человек при этом не приобретет смирения.

Всем нам пример два разбойника, распятые со Христом. Страдали оба одинаково и страдали страшно. Крестные страдания – это жуткие, невыносимые муки. Но посмотрите, какие разные пути в вечность оказались у того и другого. Правому, помните, было сказано: «Ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23; 43).А о левом - понятное молчание. Итак, дело не в страданиях, а в том, в какой степени человек осознает свою греховность, смирится и покается.

Можно надеяться, что Господь дал возможность Вашему дяде через страдания смириться, понять, что все его добрые дела сами по себе – ничто. Тогда это состояние, несомненно, стало залогом его спасения.

- Почему совершеннейший ангел–Денница, отпал от Творца?

- О падении Денницы в Священном Писании сказано только как о факте. Объяснения «механизма» зарождения в его сознании злого намерения мы не встречаем. Утверждается лишь, что причиной его падения была гордость. Видя свои совершенства, Денница-Люцифер говорил в сердце своем: взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему (Ис. 14, 11-15).

В этом вопросе мы, по-существу, сталкиваемся с тайной свободы. Свобода личности подразумевает, что разумное существо может совершить тот или иной акт воли, исходя только из самого себя, без каких-либо внеличностных причин, то есть когда ничто в созданном Богом мире к этому его не принуждает. К свободному акту нельзя поставить вопрос: «Почему?». Поскольку «почему» предполагает внешнюю по отношению к «Я» причину. Денница же совершил акт отпадения от Бога, действуя именно из самого себя, из своего «Я», а не по какой-либо посторонней причине. В этом вся суть его отпадения.

Но необходимо при этом учитывать, что Откровение Божие дано человеку не для того, чтобы раскрыть его любопытствующему рассудку тайны Неба. Цель Откровения исключительно духовно-нравственная, и оно открывает только те истины, которые человеку необходимо знатьздесьдля достойного вхождениятуда, где он увидит всё лицом к лицу (1Кор.13,12).

Поэтому теперь,когда мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно (1 Кор. 13, 12), лучше не гадать о том, что произошло с Денницей, и почему он из ангела света превратился в дьявола. Ясно одно, что гордость – смертельна, и это в высшей степени важно знать человеку. А чтобы познать духовный путь ниспадения Денницы, нужно самому пройти его - от чего да избавит нас Господь!

- Какова природа зла? Почему оно было допущено Богом?

- Зло, по учению святых Отцов, не имеет сущности, не существует само по себе, не имеет своей отдельной природы, оно – болезнь на здоровом теле добра. Как нет болезни без болеющего, так нет и зла без богозданной прекрасной (хорошей весьма - Быт. 1; 31) природы человека и ангелов. Святые Отцы говорят, что зло бессущностно, оно не сотворено Богом, не есть что-то самостоятельно существующее, оно просто ошибочный, противоестественный акт свободной воли разумных существ. Святой Диадох так и писал: «Зло не существует, кроме как в момент его совершения». Поэтому можно сказать, что нет зла, но есть злые.

Высочайшая ценность человеческой личности заключается в том, что она богоподобна. Богоподобие же невозможно без свободы. И поскольку человек – это не запрограммированный биоробот, а разумное и свободное существо, он может распорядиться своей свободой вопреки и Богу, и своему благу.

Вот как размышляет по этому вопросу в одном из своих писем игумен Никон (Воробьев).

«Зло не создано Богом. Зло не имеет сущности. Оно есть извращение мирового (а в отношении к человеку и ангелам — нравственного) порядка свободной волей человека и ангелов. Если бы не было свободы, то не было бы возможности извратить нравственный порядок, премудрый и совершенный. Ангелы и человеки, как автоматы подчинялись бы законам физического и нравственного мира, и зла не было бы. Но без свободы воли не было бы в человеках и ангелах образа Божия и подобия. Совершенное существо не мыслимо без свободы воли (Кстати: все атеистические учения вынуждены отрицать свободу воли…).

Разумные существа, познавшие себя, как самостоятельные личности, “Я”, как новые самостоятельные источники света (ивановский червячок) … не знали опытно зла и не могли вполне оценить добра, которым пользовались. Желание стать как боги, знающие добро и зло, привело к падению и ангелов, и человеков. Отсюда начинается история человечества…

С гордостью человек не может спастись. При наличии гордости он и в раю опять может отпасть от Бога уже окончательным падением, подобно демонам. Поэтому в течение всей земной жизни Господь дает человеку познать, что без Бога он ничто, он раб своих страстишек и раб дьявола. Вот почему до смерти человека Господь не позволяет вырывать плевелы, чтобы не повредить пшеницы(Мф. 13; 29,30).Это значит, что человек без недостатков, с одними положительными качествами, обязательно возгордился бы. Если теперь с малыми добродетелями мы находим возможность гордиться, то что же было бы, если бы для нас еще здесь открылась вся слава обоженой души? Даже апостол Павел нуждался в отрицательной помощиангела сатанина, пакости деющего, дабы не превознестись(2 Кор. 12,7).О нас же и говорить нечего…

Вполне оче­видными становятся промышление Божие о спасении человека и усилие дьявола погубить даже тех, кто все си­лы употребляет на исканиеединого на потребу, то есть царствия Божия… человек находится в непрерывной борьбе со злом, с дьяволом, с его внушениями, то падая, то восставая. В этой борьбе он познает свою немощь, лукавство вражие, помощь Божию и любовь Божию к себе. Он познает цену добра и зла и уже со всей сознательностью избирает добро, делается непоколебимым в предпочтении добра и его источника — Бога, и отвергает зло и дьявола…».

Бог, как видим, хочет, чтобы мы были не рабами, а свободными сынами,богами. Священное Писание так и говорит: «вы – боги, и сыны Всевышнего – все вы» (Пс. 81, 6). Но для достижения этого величия человек должен пройти путь искушений и борьбы со злом в самом себе, должен показать свое произволение, сделать свой выбор. «Не искушен – не искусен», - говорят святые Отцы. И ещё: «Если бы не было бесов, то не было бы и святых». Через познание зла человек опытно убеждается, что он творение, а не самобытное существо, что благо и истина есть Бог, а не он сам, и что Бог всегда готов избавить его от всякого зла. Так человек приходит к состоянию смирения, которое является залогом непадательного состояния в вечности.

- Что сказать матери, страдающей о смерти сына?

- Прежде всего, о какой матери идет речь? Если она верит, что нет Бога, нет души, нет вечности, то просто не знаю, чем ей можно помочь. Ведь для атеиста смерть безвозвратно, окончательно уничтожает личность, навсегда отнимает человека. И смерть сына для такой матери - это утрата навсегда и потому все слова утешения будут для нее пустыми звуками. Я давным-давно смотрел фильм «Отарова вдова», но до сих пор не могу забыть того страшного чувства отчаяния матери, потерявшей сына, которые с такой силой были переданы в фильме.

Совершенно другое дело, когда мы говорим с христианкой. Ей можно предложить следующее понимание происшедшего. Представьте себе, что в нелегких погодных условиях по сложной местности с ежеминутной опасностью для жизни Вы с сыном возвращаетесь издалека домой. Неизвестно, сколько и как ещё придется идти. Но вдруг появляется вертолет, приземляется, и его командир говорит, что он летит туда же и есть одно место. Не постарается ли мать сделать всё возможное, чтобы взяли ее сына, который будет уже в безопасности и дома ждать ее?!

Это и происходит в человеческой жизни, когда «вертолет» берет наших дорогих родных и близких и доставляет ихдомой, в то время, как мы еще идем, не зная, что будет на нашем пути, какие скорби, болезни, трагедии, какая кончина. Христианство утверждает, что человек на земле - странник, и земная жизнь есть толькопутьдомой, а смерть - лишь кратковременная разлука. Скоро все мы вновь встретимся в своем доме. Потому апостол сказал о земной жизни: не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего (Евр. 13,14). Об одном только нужно всеусильно позаботиться, чтобы встречатамсо своими родными не была омрачена нашими скверными поступкамиздесь, но оказалась радостной, счастливой.

— Почему некоторые молитвы бывают услышаны, а другие нет?

— Дело в том, что молиться можно по-разному. Можно так, как молилась мать декабриста Рылеева о выздоровлении сына, которая несмотря на открытую ей в видении будущую его гибель, всё же упорно продолжала просить Бога об оставлении сына в живых. То есть, фактически, молилась: «Да будет, Господи, моя воля, а не Твоя…», и в результате своей страстной любви получила предсказанную беду. Или вот, другой пример: я искренне, усердно, коленопреклоненно молюсь, ставлю свечки, чтобы отлично сдать экзамен. Со всей силой молюсь. Но подтекст моей молитвы всё тот же: «Да будет, Господи, как мне хочется, а не как Ты считаешь полезным для меня». Кажется, молю Бога всеведущего, а требую исполнения своего желания.

Посмотрите, какова была молитва Христа в Гефсиманском саду перед открытыми Ему ужасами страшной Его казни? До кровавого пота молился, но что слышим? Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! Впрочем не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22:42). Если бы и мы могли от всей души сказать в молитве: «Господи, я всё с благодарностью приму, потому что верю, что ты Сама Любовь и устроишь мою жизнь наилучшим образом. Да будет Твоя, Господи, воля, а не моя, не мои слепые желания»! Вот тогда мы чаще получали бы милости Божии. Но нет у нас веры Богу, потому и остаемся не услышанными, не получаем просимого.

Мне очень понравился следующий случай. Как-то в Индии мальчишка ехал на слоне, и когда приблизились к джунглям, слон вдруг остановился. Мальчишка бьет его, колет… Слон — ни с места, и вдруг хватает его хоботом и - под себя. В этот момент из джунглей прямо на спину слона прыгает тигр. Слон расправился с ним. Понял мальчишка, что слон спас его и давай его целовать, кормить бананами, ласкать.…Вот и мы все — мальчишки на слоне. Во что бы то ни стало просим своего - не верим, что Господь всё устроит наилучшим образом.

- Жалко бабушку, что она умерла, хотя уже была и старая, и больная.

- Здесь нужно, прежде всего, осознать, что для бабушки с ее бессилием и болезнями кончина является настоящим освобождением от своей изношенной «одежды»: старого, не имеющего уже никаких радостей и лишь страдающего тела. Разве мы не согласились бы и не сделали всё возможное, чтобы ради облегчения ее страданий устроить ее в больницу или в санаторий, хотя и понимаем, что на какое-то время разлучимся с ней? Так и в данном случае, бабушка получила полное освобождение, и потому за нее можно лишь радоваться. А нам можно немного и потерпеть ради этого, к тому же знаем, что разлучаемся с ней совсем не на долго.

—Почему в Евангелии, когда кто-то обращается с просьбой воскресить умершего, или исцелить расслабленного — Господь выполняет это… А сейчас — хотя молитва может быть отчаянная — так не бывает… или, во всяком случае, об этом неизвестно?

— Здесь несколько причин. Первая — когда Христос пришел, нужно было, чтобы люди поняли, Кто Он есть. И многие действительно начинали в Него веровать, видя Его чудеса. В то же время, посмотрите, какую оценку дал Господь этой вере: Блаженны невидевшие, и уверовавшие. Чудо, которое происходит перед глазами, впечатляет, ошеломляет, но оно само по себе еще не может внутренне изменить человека. Преп. Иоанн Кассиан Римлянин прекрасно сказал о этом: «Чудеса, вызывая удивление, мало содействуют святой жизни». И тут мы подходим ко второму серьезному моменту.

Разве мало было мертвых в то время? Но воскресил Он, исходя из Евангельских текстов, всего троих: дочь Иаира, юношу, сына вдовы и Лазаря. И все. Почему?

Потому, что внешнее чудо большей частью бывает совсем не полезно для большинства людей. Помните, когда богач молил Авраама: «Пошли Лазаря, пусть он воскреснет, пусть скажет моим братьям, чтобы они сюда не попали»… - что ответил Авраам: Если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят (Лк.16:31). То есть люди, не стремящиеся жить по совести и заповедям, настолько духовно грубеют, что и очевидное чудо уже не способно изменить их сердце. Это один из законов духовной жизни. И это еще одна из причин, почему в наше время не происходит такого рода чудес.

Есть и еще причина, на которую также указал Сам Господь: Если бы вы имели веру с зерно горчичное и сказали смоковнице сей: исторгнись и пересадись в море, то она послушалась бы вас (Лк. 17:6). Но что происходит в нашей душе? Мы, кажется, просим, молимся и… не верим. Когда Христос пришел в Свое отечество, то помните, как Его приняли? В результате: и не совершил там многих чудес по неверию их (Мф. 13:58).

Почему Иоанн Кронштадтский оказался столь поразительным чудотворцем? Он, конечно, совершенно уникальная личность и такие очень редко рождаются в истории. У него была удивительно детская простота души. Смотрите, как он начал творить чудеса. Однажды он с полной верой просил Бога о болящей — и с изумлением увидел, как Господь исцелил ее. Это еще более укрепило его веру, и с тех пор он с неослабевающей верой стал совершать множество других великих чудес. Действительно, «исцеление привлекается смирением и верой», как писал святитель Игнатий.

Мы же не имеем ни веры, ни смирения и потому ничего не получаем. Вот, по-видимому, основная причина, по которой большей частью сейчас не происходит того, что было при жизни Иисуса Христа.

Важно иметь в виду и следующее. Помните, что ответил Господь ученикам, которые не смогли исцелить бесноватого: сей же род изгоняется только молитвою и постом (Мф. 17:21). Молитва тогда оказывается действенной, когда молящийся соединяет ее с каким-либо посильным подвигом: отречения от своего желудка или лени, или развлечений... Ибо без подвига не бывает плода.

— А как можно объяснить то, что люди просят кого-то за них помолиться, может быть, в монастыре, а не в простом приходском храме… потому что там люди более святой жизни, они ближе к Богу. Быть «ближе» или «дальше» по отношению к Богу — так правильно говорить, такое вообще возможно?

— Мы все время ищем и надеемся найти человека, который «ближе к Богу». И большей частью даже не думаем, что это значит. Пользуемся слухами и, простите, сарафанным радио и сразу с полным доверием идем, едем, летим к неизвестному священнику, монаху, юродивому... И результаты большей частью бывают плачевными, ибо те, которые действительно ближе к Богу, как огня боятся почитания, славы, похвал человеческих. О них, как правило, никто не знает. Истинная добродетель всегда целомудренна и скрывает себя от всех самыми различными способами: затвор, пустыни, леса, болота, юродство и т.д. О степени близости к Богу Отцы говорят так: высота духовная измеряется глубиною смирения. Редко, и то после долгих молитвенно-подвижнических трудов, Господь некоторым из них благословлял явное служение людям.

Но чтобы увидеть смирение, а не попасться на лжесмирение, смиренничество, для этого требуется достаточно продолжительное общение с этим человеком, время. А таковой возможности у нас большей частью нет. Вот и попадаемся на мошенников, психически больных, просто глупых, а то и бесноватых людей, на находящихся в прелести, в гордости, которые без страха и сомнения разрешают все жизненные вопросы, принося людям множество бед и духовных, и внешних. Одна из причин таких печальных последствий состоит в том, что мы ищем чудес, прозорливости, исцелений, а не спасения от своих страстей, то есть ищем земного, а не духовного. Мы в гораздо большей степени материалисты, нежели христиане.

Вывод отсюда простой. Нужно искать не того, «кто ближе к Богу», ибо этого мы никогда не узнаем, а просто батюшку (монаха, мирянина) разумного, искренне верующего - без фокусов, без игры в благочестие и претензий на старчество, знающего святых Отцов (а не всякие чудесные истории) и на их основании дающего советы. Особенно бояться нужно «командиров», берущих на себя смелость решать с плеча все жизненные вопросы человека, приказывающего (благословляющего) направо и налево, сражая «священной» формулой: «Такова воля Божия» (которой он, обманщик, и знать не может). Поэтому не будем брать на себя смелость говорить от лица Бога кто ближе, кто дальше, а постараемся жить посмиреннее, по совести и Евангелию, изучая творения святых Отцов, и с большой осторожностью относясь как к всевозможным слухам о старцах и целителях, так и к литературе о таковых, хотя бы она и продавалась в церковных лавках.

— Правда или нет, что за усопших сложнее молиться?

— Вопрос, мне кажется, не совсем точно задан: многие считают, что молиться за кого-то, особенно за усопшего,не сложнее, аопаснее- как бы его грехи на тебя не перешли …

— Да, правда, и такое бывает…

— Совершенно ложная мысль. Когда молимся за кого-то — неважно за кого — хоть за Иуду Искариотского, то кому молимся? — Богу! Во время молитвы мы не непосредственно вступаем в контакт с усопшим, а через Бога - этот, скажем так, совершенный фильтр через, который никакой грех, никакой дьявол, даже если он сидит в том человеке, не сможет проникнуть к нам. Бог все освящает, все очищает и не допустит никакого дурного обратного действия. Вот если мы начнем обращаться к самому усопшему, забыв Бога, как это делают колдуны, спириты — тогда получим по заслугам.

— Но тогда логично спросить… Если можно молиться за всех, даже за волшебников (а ведь за волшебников не советуют), что же…и за бесов можно молиться?

— Ну, о бесах мы мало что знаем. Нам вообще неизвестна природа духов. Нет же ответа на вопрос: почему Бог, будучи любовью, сотворил тех ангелов, о которых он знал, что они станут бесами и пойдут в муку вечную? А святые в то же время говорили, что если бы не было бесов, то не было бы и святых, поскольку они, искушая нас, фактически упражняют нас в борьбе со злом, и тем самым делают нам добро. Помните в «Фаусте» Гёте: «Я тот, кто вечно хочет зла и вечно творит благо». Нам неизвестен до конца промысл Божий о них, он открыт нам только применительно к нашему падшему состоянию, и мы не знаем ответа на тот вопрос. Но поскольку Бог есть любовь, и Он дал бытие этим ангелам, следовательно, здесь скрывается какая-тоположительнаятайна..

А вот о колдунах, волшебниках, сатанистах, атеистах, иноверцах и проч. молиться можно. Ибо основной закон христианской жизни — любовь к каждому и ко всембез различия. Ко всем и каждому! Потому бояться этого не нужно.

-Но ведь в записках на Литургию нельзя писать неправославных, некрещеных?

-Если так, то немедленно отлучайте от Церкви всех наших священнослужителей, так как за всеми богослужениями, даже за Литургией слышим от них громкий призыв ко всем верующим: «Еще молимся о богохранимей стране нашей, властех и воинстве ея». А кому же неизвестно, чтово властех и воинствеесть не только неправославные и некрещеные, но, наверное, и богоборцы, и сатанисты… и кого там только нет. А за кого Христос молился с креста - за Матерь Свою, апостолов или за неправославных и некрещеных распинателей, богоборцев?! Итак, сама Церковь молится и призывает всех нас молиться за них, а мы что делаем: «Он в храм ходит, причащается часто»? «Нет? - Нельзя за него молиться». Ай-я-яй… Какое законничество, самомнение, какое извращение православия!

Да мы, и ходя в церковь, и причащаясь, часто оказываемся в тысячу раз хуже мытаря, разбойника, блудницу, которых Сам Господь поставил нам в пример. Неужели это трудно понять? Потому, отказ молиться за неправославных, некрещеных есть акт антицерковный и показатель, до какой степени отступления от Христа можно дойти и религию любви превратить в секту «своих». Святитель Афанасий (Сахаров) писал: «молиться о неправославных можно и должно».Он исходил из слов Спасителя: Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Поэтому за всех надо молиться. Но на Проскомидию подавать не следует, поскольку вынимание частицы на ней символизирует православно крещеного человека.

— А самоубийц нельзя…

— О каком ребенке мать больше заботится — о здоровом или о смертельно больном?

-Конечно, о больном.

- А Церковь — это кто? Мать или мачеха? Не с большей ли ревностью она станет плакать и молиться о совершившем смертный грех?! Строгие правила в отношении самоубийц установлены не для того, чтобы за них не молились, а с прямой целью - показать верующим весь ужас совершившегося и уберечь кого только можно от подобного греха, влекущего за собой тяжкие загробные страдания. Потому церковными правилами в отношении их запрещено совершать такие церковные молитвословия, как отпевание, панихиды, проскомидийные и гласные поминовения в храме. Но это совсем не означает, что за них вообще нельзя молиться. Родные, близкие, все должны каждый в себе с особой силой молиться за такового. Тем более, что мы никогда не знаем того внутреннего состояния, которое привело человека к смертному греху.

—Мы все время говорим о молитве за других, а чего мы на самом деле им желаем? Записки — «о здравии», «об упокоении»… Но речь ведь идет не о здоровье?.. может быть, чтобы Господь был ближе к человеку? О чем мы молимся?

— Преподобный Марк Подвижник говорил, что «все злое и скорбное приключается нам за возношение наше». Мы молимся, прежде всего, об исцелении от страстей, которые являются причиной наших телесных и душевных страданий в жизни и земной, и посмертной. Молимся, конечно, и о внешнем благополучии близких, но непременно с мыслью: «Да будет, Господи Твоя воля, а не моя».

— Значит, молиться за усопших — это тоже, чтобы Господь избавил их от страстей?

— Да, именно. Ведьтамк страстям как сродному себе прилипают «друзья» -мучители. Прп. Антоний Великий писал:«когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом - по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то отделяемся от Бога - по несходству с Ним… а сие не то значит, чтобы Он гнев имел на нас, но то, что грехи наши не попускают Богу воссиять в нас, с демонами же мучителями соединяют.Такова реальность жизни и земной, и загробной.

— То есть мы молимся, чтобы человек увидел свои грехи?

— Да, это первое необходимое условие освобождения и исцеления человека.

— Но ведь тогда никакой радости не будет… а радость — это же один изплодов духа…

— «Через тернии— к звездам». Никто, наверное, так не радуется, как спасенный от смертельной болезни, тяжелого плена, тюрьмы. Как пророк Давид молился: Возврати мне радость спасения Твоего (Пс. 50: 14). И первым условием получения той радости, о которой Апостол писал: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его, - является познание своих духовных болезней, зла страстей. Ясно же, не увидев болезни, ни лечиться не будешь, ни радости не испытаешь, даже выздоровев. Святитель Игнатий писал: «первое духовное видение есть видение своих согрешений, доселе прикрывавшихся забвением и неведением». Потому не увидевшие своей греховности, неспособности одними своими силами исцелиться и стремящиеся сразу к получению плодов духа - любви, радости (Гал. 5,22) - впадают в прелесть и погибают.

Этопервоевидение, сопряженное с покаянием, является основанием правильной (т.е. праведной) жизни и необходимым условием возвращения человека в радость Божественной жизни. Законная радость (в отличие от беззаконной, прелестной) приобретается по мере исцеления от страстей через покаяние и подвиг правильной молитвы, о действии которой св. Исаак Сирин писал: «молитва есть радость, воссылающая благодарение».

— Какова правильная молитва?

— Правильная молитва должна быть, прежде всего, внимательной.Внимание— то необходимое условие, без которого, как пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), любая молитва «не молитва. Она мертва! Она - бесполезное, душевредное, оскорбительное для Бога пустословие». Святитель подчеркивает при этом необходимость приучения себя кнеспешностив молитве Иисусовой, о чем он пишет в своей замечательной статье «О молитве Иисусовой. Беседа старца с учеником». Русский подвижник 19-го века священноинок Дорофей говорил:«Кто молится устами, а о душе небрежет и сердца не хранит, такой человек молится воздуху, а не Богу, и всуе трудится, потому что Бог внимает уму и усердию, а не многоречию». Речь идет не о том, когда мы рассеиваемся по своей неспособности к молитве, но стараемся и вновь и вновь возвращаем себя к вниманию, а об отсутствии понуждения себя к вниманию и просто механически вычитываем молитвы.

Невнимание - одно из самых опасных явлений в духовной жизни, к которому настолько можно привыкнуть, что полностью забыть о самой молитве. Глинский старец архимандрит Серафим (Романцов) замечательно сказал одному монаху, у которого четки сверкали как лапки белки в колесе: «Никакой молитвы у тебя нет, ты просто привык к ее словам, как некоторые привыкают к ругани». Опасность такого привыкания состоит в том, что человек не только остается без молитвы, но и начинает гордиться своей молитвенностью. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: «Существенными принадлежностями молитвы должны быть: внимание, заключение ума в слова молитвы, крайняя неспешность при произнесении ее и сокрушение духа».

Второе необходимое условие молитвы —сокрушение духа,покаяние. Молитвой может быть названо только искреннее, внимательное, сердечное — насколько это возможно — покаянное обращение к Богу. Св. Исаак Сирин предупреждал: «Хотя бы кто стоял на самой высоте добродетелей, но если он молится не как грешник: молитва его отвергается Богом». “Одним из святых написано: “кто не почитает себя грешником, того молитва не приемлется Господом”.

Свт. Игнатий обращает внимание и еще на одно серьезное условие правильной молитвы, нанравственность:«Особенное попечение, попечение самое тщательное должно быть принято о благоустроении нравственности сообразно учению Евангелия... Тщетен труд зиждущего на песке: на нравственности легкой, колеблющейся». Потому св. Исаак Сирин писал: “Что такое молитва? …свобода и упразднение ума от всего здешнего».

Естественные условия в молитве -смирение и благоговение, без которых она становится богопротивной. Чувство своей праведности, достоинства пред Богом, просьба у Него духовных дарований, благодатных состояний, искание переживаний божественной любви - верный признак прелестного состояния. В одном из писем свт. Игнатий говорит: «Сегодня я прочитал то изречение Великого Сисоя, которое мне всегда особенно нравилось, всегда было мне особенно по сердцу. Некоторый инок сказал ему: “Я нахожусь в непрестанном памятовании Бога”. Преподобный Сисой отвечал ему: “Это не велико; велико будет то, когда ты сочтешь себя хуже всей твари”. Высокое занятие, –продолжает Святитель, – непрестанное памятование Бога! Но эта высота очень опасная, когда лествица к ней не основана на прочном камне смирения.При недостатке смирения молитвенный подвиг делается удобопреклонным к самообольщению и к бесовской прелести».

Отцы авторитетнейшего сборника аскетических писаний древней Церкви «Добротолюбие» решительно запрещают во время молитвы представление себе образов Христа, Богоматери, святых и говорят о необходимости сохранения умабезвидным. Преподобный Симеон Новый Богослов, например, рассуждая о тех, кто на молитве «воображает блага небесные, чины ангелов и обители святых», прямо говорит, что «это есть знак прелести».

— А посмертное наказание — это не возмездие?

— Святой Исаак Сирин прекрасно отвечает на этот вопрос:«Где любовь, там нет возмездия; а где воз­мездие, там нет любви».“Милосердие и правосудие в одной душе – то же, что человек, который в одном доме покланяется Богу и идолам. Милосердие противоположно правосудию.… Как сено и огонь не терпят быть в одном доме, так правосудие и милосердие – в одной душе”. Поэтому посмертные страдания души - это не Божье наказание, или возмездие, но естественное следствие неизжитых страстей, нераскаянных грехов, которые и продолжают мучить душу до ее исцеления.

—Меня однажды спросили: «А зачем была нужна Жертва Христа. Почему Бог не мог просто все изменить, зачем было нужно убийство Сына»?

— Вопрос очень большой, чтобы его можно было сейчас обстоятельно раскрыть. Поэтому попытаюсь насколько возможно кратко сказать о самом главном.

Если бы Бог Своей властью мог изменить человека, то это означало бы лишение человека свободы, и, следовательно, его человеческого достоинства. Но уже первый человек, захотев лукавым путем стать как боги (Быт. 3,5), свободно отступил от Бога и тем самым извратил свою природу, которая сталасмертной, тленной, страстной(подверженной страданию) и потому не способной к полноте богообщения. Исцелить эту первородную поврежденность не мог ни один человек, хотя бы и достиг величайшей святости. Ибо, как писал святитель Афанасий Великий, «покаяние омывает грехи, но не исцеляет природы». Лишь Божественная помощь могла спасти человека. Она и явилась в Лице Богочеловека Иисуса Христа

Почему для этой цели «было нужно убийство Сына»?

Один из законов нашего бытия заключается в том, что любое повреждение, любая катастрофическая ситуация: органическая, природная, психологическая, нравственная, социальная, политическая, военная…. для своей нормализации требует усилий, страданий, а иногда и жертвы самой жизнью (напр., герои). Этот закон действует и в духовной сфере. Потому для исцеления природы человека от первородного повреждения потребовались добровольные страдания и смерть Богочеловека. Что они дали?

Об этом сообщает Апостол в послании к Евреям: "Ибо надлежало, чтобы Тот, для Которого все и от Которого все, приводящего многих сынов в славу, Вождя спасения их совершил (teleiùsai) через страдания» (Евр. 2,10). Употребляемое здесь Апостолом словоtelšоозначает: доводить до конца,до совершенства. Поэтому слова «Вождя спасения их совершил через страдания»»»»» означают: Бог-Отец Вождя спасения их - Иисуса Христа - сделал совершенным через страдания. Что значит сделал совершенным? Речь здесь идет не о духовно-нравственном совершенстве Христа, ибо Он был Тем единственным, в Котором не было греха, но о полном исцелении воспринятой Им человеческой природы от страдательности, тленности и смертности – той первородной поврежденности, которая поразила Адама и весь род человеческий. Как писал свт. Кирилл Александрийский,в Воскресении Сыну Человеческому было возвращено бессмертие, «которогопрежде не доставало Христу по человечеству; его восполнил Ему Отец через Воскресение.Когда Он воскрес,смерть уже более не господствует над Ним. И всю природу Он удостоил этого совершенства»[145]. АрхиепископФеофилакт Болгарскийтак объясняет это место: «Святой Кирилл совершенством называет бессмертие, которого не доставало Христу по человечеству; его восполнил Ему Отец чрез воскресение. Когда Он воскрес, смерть уже более не господствует над Ним. И всю природу Он удостоил этого совершенства»[146].

То есть речь идет не об удовлетворении правосудию разгневанного Божества, не о юридическом оправдании человека, не о снятии с человечества вины за грех Адама, не о выкупе, как учат католицизм и протестантизм, а обонтологическомизменении человеческой природы страданиями Христа и Его Воскресением. Крестными страданиями, а не внешним актом всемогущества наш Вождь-Христос "в Себе Самом" сделалсовершеннойвоспринятую Им человеческую природу - исцелил и воскресил ее отсмертности, тленности, страстности. Это основная мысль православно-восточного понимания Жертвы Христовой. Так, прп.Максим Исповедникговорит: «Ибо если изменение произволения в Адаме вве­ло страстность, тленность и смертность в естество [человеческое], тонепреложность произволения во Христе вновь вернула этому есте­ству через Воскресение бесстрастность, нетленность и бессмертие»[147].

Воскресением Христовым открылась принципиально новая эра в жизни человечества. Христос стал вторым Адамом, родоначальником нового рода в человечестве - тех христовых (1 Кор. 15,3), которые родятся от Него, вступив через веру, праведную жизнь и Крещение в Церковь - Тело Его.

Обычное рождение человека происходит по биологическим законам природы - бессознательно,без воли рождаемого, рождение же нового человека (Еф. 4, 24) от Воскресшего совершается по законам духовной природы -только сознательно. ИбоБог, по единогласному учению Отцов, -не может спасти человека без воли самого человека. Это рождение от Христа происходит с каждым уверовавшим в Него, ставшим на заповеданный Им путь жизни и осознанно принявшим таинство Крещения, как сказал Он: «Кто веру имеет и крестится, тот спасен будет». В этом таинстве христианин получаетсемявозрожденной Христом совершенной человечности, о чем сказал преподобный Симеон Новый Богослов: «Тогда Бог Слово входит в крещеного как в утробу Приснодевы и пребывает в нем как семя».

Но святые Отцы предупреждают, что благодать таинства Крещения это не птичка, которую можно поймать в клетку актом совершённых над человеком действий и молитв. Благодать Крещения даетсяне автоматически,нопрямо соответствует степени веры крестящегося,егоревности к жизни по Христу, искренностиегоотречения от языческой жизни. Где нет этого, там не может быть и спасительного действия таинства Крещения. Преподобный Марк Подвижник писал: "Уверился ли ты хотя ныне, что твердо верующим Дух Святой дается тотчас по крещении;неверным же и зловерным и по крещении не дается?" Священномученик Фаддей (Успенский) подчеркивает: «Можно креститься водой, не восприняв благодати Духа Животворящего(Ин. 3,5), ибо сия благодатьни в кого не вселяется помимо желания его». Видите,желанияего- то естьсамогокрещаемого, а не крестных, на которых так легкомысленно привыкли ссылаться. Ибо никакой крестный не может за крестника ни отречься от сатаны, ни дать обещания жить по Христу. Потому свт. Игнатий предупреждает: «Без приготовления, какая может быть польза от Крещения? Какая может быть польза от Крещения, когда мы, принимая его в возрасте, нисколько не понимаем его значения? Какая может быть польза от Крещения, когда мы, принимая его в младенчестве, остаемся в полном неведении о том, что мы приняли»? Потому в древней Церкви Крещение принимали, как правило, в сознательном возрасте. Таковпервыйшаг спасительного восприятия человеком Жертвы Христовой.

Вот для чего «была нужна Жертва Христа». Вот «почему Бог не мог просто все изменить», а «было нужно убийство Сына».

--------------------