Несторій:Всякій разъ, когда божествевное Писаніе говоритъ о рожденіи Христа отъ Девы Маріи, или о смерти (Его), нигде не пользуется (именемъ) Бога, но (именемъ) Христа или Господа или Іисуса, такъ какъ эти три (имени) обозначаютъ две природы, иногда — одну, иногда — другую. Напримеръ, скажу такъ: когда Апостолъ повествуетъ намъ о рожденіи Христа отъ Девы, то говоритъ:Посла Богъ Сына Своего, раждаемаго отъ жены(Гал. 4, 4); онъ не сказалъ:послалъ Бога Слово, но употребляетъ имя (Сына), показывающее два бытія, именно — Бога и человека, такъ какъ Христосъ — двоякъ; ибо Дева родила Сына Божія (въ томъ смысле), въ какомъ сказано:вы же бози есте, и сынове Вышняго вси(Псал. 81, 6); поэтому мы научились отъ Писанія называть святую Деву — Христородицею, Господородицею, человекородицею; Богородицею же нигде никогда не были научены называть (ее).

Кириллъ:Исаія вопіетъ въ Духе, говоря:Се Дева во чреве пріиметъ, и родитъ Сына, и нарекутъ имя Ему Еммануилъ: еже есть сказаемо — съ нами Богъ(Матф. 1, 23). Итакъ, рожденный (есть) Богъ, хочешь или не хочешь.

Несторій:Ангелъ сказалъ Іосифу:Воставъ, поими Отроча и Матерь Его, и бежи во Египетъ, и буди тамо, дондеже реку ти(Матф. 2, 13); но не сказалъ:поими Бога и Матерь Его.

Кириллъ:Но архангелъ Гавріилъ говоритъ Деве:Духъ Святый найдетъ на Тя, и сила Вышняго осенитъ Тя: темже и раждаемое свято, наречется Сынъ Вышняго(Лук. 1, 35).

Несторiй:Апостолъ говорилъ:Себе умалилъ, зракъ раба пріимъ(Флп. 2, 7), что значитъ — облекся въ наше тело, посему —преспеваше премудростію и возрастомъ, и благодатію у Бога и человекъ(Лук. 2, 52), какъ Господній человекъ.

Кириллъ:Все рожденное отъ плоти плоть есть; но это не уничтожаетъ чудесности рожденія; ибо какъ Богъ рождаетъ божески, такъ и боголепная Дева родила плотію Бога Слово отъ Бога.

Несторій:Всякая мать рождаетъ единосущное себе; следовательно, Она — не мать Ему, если Онъ не единосущенъ Ей: ибо какимъ образомъ мать Ему, когда Онъ чуждъ Ея сущности?

Кириллъ:Насъ научили исповедывать Единаго Сына отъ Девы и отъ Духа Святаго, единосущнаго Матери, какъ и Отцу, какъ изрекли Отцы.

Несторій:Я разделяю природы, соединяю поклоненіе, такъ какъ Богъ неотделимъ отъ Того, Который видимъ; поэтому я не отделяю почитанія.

Кириллъ:Кто разделяетъ природы, тотъ говоритъ о двухъ Сынахъ, не веруя Писанію, говорящему:Слово плоть бысть(Іоан. 1, 14).

Несторій:Павелъ говоритъ:Посланника и Святителя исповеданія нашего быти Іисуса, верна суща Сотворшему Его(Евр. 3, 1–2); Онъ принесъ Себя въ жертву за Себя, какъ и за людей; почему представляется Первосвященникомъ предъ Богомъ.

Кириллъ:Павелъ говоритъ:Христосъ единою принесеся, во еже вознести многихъ грехи, второе безъ греха явится(Евр. 9, 28). И опять (ап. Петръ говоритъ):Греха не сотвори, ни обретеся лесть во устехъ Его(1 Петр. 2, 22). И вотъ Онъ Самъ Себя приноситъ за насъ. Итакъ, смотри, не за Себя принесъ Себя, но за людей.

Несторій:Онъ Самъ сказалъ:Ядый Мою плоть и піяй Мою кровь живъ будетъ Мною, якоже Азъ живу ради Пославшаго Мя Отца(перифразъ — Іоан. 6, 56–57). Итакъ, что ты вкушаешь, еретикъ? Божество или человечество? Ибо Христосъ не сказалъ —ядущій Мое божество, но —плоть.

Кириллъ:Я съ верою причащаюсь животворящей плоти животворящаго Слова; посему Спаситель сказалъ:Ядущіе отъ сего хлеба не вкусятъ смерти во векъ(перифразъ — Іоан. 6, 58). Недостойно же причащающіеся будутъ осуждены за неверіе.

Несторій: Господь посла Мя, и Духъ Его(Ис. 48, 16);Духъ Господень на Мне, Егоже ради помаза Мя(Ис. 61, 1). Поэтому и (Давидъ) говоритъ:Помаза Тя, Боже, Богъ Твой елеемъ радости паче причастникъ Твоихъ(Псал. 44, 28). Итакъ, разумей Помазаннаго, исповедуй Помазавшаго и поклонись храму ради Обитающаго въ немъ.

Кириллъ:Я исповедую Единаго Сына отъ двухъ — отъ Духа Святаго, и Маріи Девы: Единаго не разделяю на два.

Несторій:Какъ же ты говоришь, что Онъ не знаетъ часа, котораго не знаетъ Сынъ, кроме одного только Отца? Или какъ, зная, отрицаетъ? Или не зная, какимъ образомъ названъ Премудростію и Силою Божіею, будучи причастенъ незнанія?

Кириллъ:Не не знаетъ часа Сынъ Божій, все ведущій и имеющій въ Себе Отца, какъ сказалъ Самъ:Никтоже знаетъ Отца, токмо Сынъ(Матф. 11, 27). Зная одинъ только природу Отца, сущую прежде всего, конца–ли века не знаетъ Сынъ Божій? Да не будетъ; не знаетъ же Сынъ по благодати, а не по природе; (какъ и) мы, (будучи сынами) по благодати, не знаемъ всего и ничего не ведаемъ о томъ что относится къ концу века.

Несторій:Естественнымъ образомъ мы алчемъ и жаждемъ и спимъ, не по желанію испытывая это, но подчиняясь естественной необходимости. Итакъ, что же? Окажется, что Богъ будетъ следовать законамъ необходимости? Да не будетъ.

Кириллъ:Мы по природе алчемъ и жаждемъ и спимъ, — не по желанію, но являясь рабами естественной необходимости. Онъ же — не по необходимости, но добровольно (испытывалъ это). Ибо и пятью хлебами насытилъ пять тысячъ, и семью опять — четыре тысячи. Онъ Самъ сказалъ:Никтоже возметъ душу Мою отъ Мене, но егда хощу, полагаю ю(перифразъ — Іоан. 10, 18). Никакой человекъ не можетъ сделать этого, кроме одного только Христа.

Несторій:Ты говоришь, что пострадалъ Сынъ? Следовательно, пострадалъ и Отецъ. Если же говоришь, что Отецъ не страдалъ, то ты делаешь Сына иносущнымъ Ему.

Кириллъ:Я не называю ни Отца страждущимъ, ни Сына — нестраждущимъ; но безстрастно — Божество, такъ какъ безтелесно; страждетъ же Господь по плоти.

Несторій:Я не говорю, что Слово, ставъ плотію, не страдало; ибо Божество безстрастно. И Безстрастный выше страданій; плоть же страстна и человеческое естество смертно.

Кириллъ:И мы исповедуемъ Божество безстрастнымъ; плотію же Оно приняло страданіе; отсюда —Христу пострадавшу за ны плотію(1 Петр. 4, 1). Имя же — Христосъ — не чуждо Богу; ибо Апостоль говоритъ:отъ нихже Христосъ, Сый надъ всеми Богъ благословенъ во веки. Аминь(Рим. 9, 5).