***
«Кто имеет, тому дано будет»: парадокс Христа как рабочий инструмент для чтения Евангелия
«Разве это справедливо?» — возмущаемся мы, читая евангельские строки. У протоиерея Димитрия Сизоненко есть неожиданная подсказка. Оказывается, речь не о богатстве и бедности. Речь о том, кто как открыт. Если есть хотя бы маленькая готовность — удивиться, услышать, — то «иметь» будет расти. Если нет — даже то, что казалось понятным, ускользает. В этом разговоре — о том, как Евангелие перестает быть древней книгой и становится личным словом в пробке, в очереди, после ссоры. О трех минутах тишины с утра и о том, с чего начать, когда все непонятно.
Несправедливо? Смените фокус
— Отец Димитрий, слова Христа «кто имеет, тому дано будет» (Мф 13:12) звучат для современного человека как-то несправедливо. Как нам перестать возмущаться и услышать в них не угрозу, а приглашение?
— У нас часто возникает ощущение, что жизнь несправедлива. Наше возмущение совершенно естественно. Даже у детей, еще неиспорченных существ, есть чувство ревности, зависти, страх чего-то недополучить. Мы воспитаны на идеалах равенства, на том, что слабые должны пользоваться особыми привилегиями.
А в этой фразе — идея жесткого капитализма: богатые богатеют, бедные беднеют. Или язык социальной сегрегации: есть избранные, есть все остальные, батраки.
Но Христос говорит не о заслугах, не о накоплении финансов или духовных благ. Речь о том, насколько твое сердце оказывается вместимым. У кого-то вместимость с наперсток, у кого-то со стакан, у кого-то с огромную цистерну. И Бог наполняет все.
Благодать — это то, что невозможно раздавать по карточкам или навязывать насильно. Это всегда двусторонний процесс. Если сердце закрыто — а чаще всего проблема с завистью именно в том, что она закрывает сердце, — ты становишься малодушным и не способным ничего вместить. Даже то, что тебе предлагают.
Бог уважает нашу свободу, Он не взламывает такие двери насильно. В безвоздушном пространстве человека, который замкнут на утверждении своего эго, даже маленькая капля живой благодати испаряется, не обретая почву.
Но если в этой двери удается открыть хоть маленькую щель, обнаружить в себе готовность удивиться, услышать, признать свою неполноту — через это отверстие Бог проливает целый океан любви. И дар, который оказывается внутри вас, умножается и преображает все вокруг.
Так что эти слова Христа — не приговор судьи и не угроза: «Мы у вас все отнимем». Это почти отчаянный вопль надежды. Бог обращается к каждому из нас: «Я тебя умоляю, дай Мне войти в твое сердце. Оставь хотя бы маленький зазор. Не закрывай его до конца, чтобы Я мог наполнить тебя до краев».
Это не ультиматум, а нежное и уверенное приглашение к диалогу.
«По-своему»: личное слово здесь и сейчас
— Вы в своих лекциях говорите, что Евангелие по-своему открывается в обстоятельствах нашей жизни. Что значит «по-своему»? Что конкретно происходит в человеке, когда он открывает Писание не как учебник, а именно в моменте — после ссоры, в усталости, в радости?
— По-своему — значит, евангельское слово обращено лично к вам, и оно звучит здесь и сейчас без всяких посредников, комментариев, искусственных рецептов. Оно обращено не к абстрактному человечеству или потребителю религиозных услуг, а к конкретному тебе, с твоим именем, в той ситуации, где ты находишься.
Главная перемена в жизни происходит, когда ты начинаешь именно так воспринимать Слово Божие. Потому что большинство людей в Библии видят закрытую книгу: как ее читать? Как учебник, как инструкцию к холодильнику, как энциклопедию? Нет точки входа.
Но это не застывший свод мертвых правил, не кодекс морали, не учебник по богословию. Это живая Личность. Это слово, которое Христос протягивает, как протягивают руку. И в зависимости от того, насколько твое сердце открыто, это слово начинает звучать внутри тебя.
Так происходит не только со Священным Писанием, но и с произведениями искусства. В какой-то момент вы вдруг слышите музыку, и она потрясает вас. Потом эту же музыку в том же исполнении вы можете услышать и уже не понимать, что вы тогда в ней нашли. Происходит инсайт, но он происходит не всегда.
Если мы читаем Евангелие в обязаловку в рамках вечернего правила, — мы оказываемся в глухой комнате, где ничто не звучит. Но если мы читаем в состоянии живой человеческой реальности, например, когда дестабилизированы — ссорой, усталостью, болью, — это выбивает нас из панциря, который мы создали, чтобы выжить в социуме. И в тот момент, когда пробита брешь, через нее способно войти что-то живое.
Иногда это утешение, иногда рана, но происходит удивительная вещь: мы ищем уже не готовые ответы, а живое Присутствие.
Вспомните себя в детстве. Если у вас боль или катастрофа, вам не нужны слова, вам нужно присутствие мамы. Так и здесь: отбрасываешь все маски и тебе нужен только один Утешитель — Тот, кто разделит с тобой это состояние. И тогда Евангелие становится не просто текстом, написанным 2000 лет назад, а живым словом, которое входит в твою кровоточащую рану и соединяется с твоей радостью или болью. Происходит встреча. Будто вечность входит в твое мгновение.
У каждого это всегда по-своему. То, что пережили вы, — никто до вас и никто после вас во всей вечности не переживал. Это абсолютно уникальный момент, который дарится именно вам.
Как отличить живое слово от самовнушения. Три рецепта
— Я иногда пишу «заметки на полях Евангелия» — например, о том, как просыпаешься не в духе, а одна фраза вдруг ложится точно на это утро. Как отличить такое живое созвучие от самовнушения?
— Слово «самовнушение» характерно. Это когда мы обслуживаем свое эго — поверхностную часть себя, сами себе что-то внушаем. Но инсайт — когда мы пробиваемся сквозь панцирь этого поверхностного эго. И слышим на большой глубине. Это действительно ты слышишь.
Внутри нас есть наше «я», которое чаще всего погребено под внешними обязательствами, суетой. Мы оторваны от своих подлинных потребностей. Приходится под кого-то подстраиваться, кем-то манипулировать.
Самовнушение всегда эгоцентрично. Оно убаюкивает, оправдывает слабости, говорит то, что мы хотим услышать. А живое слово действует иначе — оно парадоксально, пронзает глубинные слои. Такое восприятие нужно тренировать.
— А как тренировать такую внимательность?
— У меня есть три рецепта, как развить чуткость:
1. Перестать жить на безумных скоростях. Находить в течение дня хотя бы три минуты тишины. Утром проснулись — не тянетесь к смартфону, не проваливайтесь в ленту новостей, не планируйте день. Просто три минуты побудьте с собой, спросите себя: «Как ты? Что с тобой происходит? Чего ты хочешь?»
2. Взять только одну строчку из Евангелия. Не нужно читать весь абзац. Иногда достаточно одной фразы, чтобы она сопровождала день.
3. Замедлиться и пожить с этой фразой. Не препарировать головой, не искать смыслы, а просто побыть с ней, как с мятной конфетой, чтобы она растворялась в рутине. И вы увидите: в течение дня, в транспорте, на совещании, за мытьем посуды, эта фраза будет сама всплывать в памяти.
Что значит «иметь», когда ты в пробке или в очереди
— Часто мы боимся, что у нас мало талантов, мало времени, мало сил, мало понимания. Как перестать себя мерить и начать действовать с тем, что уже есть? Что значит «иметь» в евангельском смысле для обычного человека в пробке, в очереди, перед сном?
— Иметь — это, например, не коллекционировать советы (многие из нас родились в Стране Советов и любят советы), а практиковать. Просто взять и применить что-то в своей жизни по-настоящему.
Таланты мы часто воспринимаем как нечто грандиозное: ум, воля, святость, безупречное поведение, море денег на благотворительность. Но когда смотришь внутрь себя и видишь лишь усталость — опускаются руки: «Ну в чем же мои таланты? Я полный банкрот».
В такие моменты понимаешь: Богу не нужны эти грандиозные таланты, за которыми мы гонимся. Ему нужны наше внимание и наше присутствие. Бог любит людей бедных — не потому, что бедность сама по себе хороша. А потому что у них нет материальных благ и внешних крепких зацепок, но есть внимание, сердечное присутствие. Вот настоящее сокровище и настоящий талант.
Способность быть здесь и сейчас. Что значит иметь, когда мы замучены рутиной, стоим в пробке или в душной очереди, когда все внутри вскипает от раздражения? Иметь — это обнаружить, что внутри тебя есть хотя бы крошечное пространство свободы. Эта пробка все-таки не до конца вывела тебя из равновесия. Есть что-то, на что ты можешь опереться. Свобода не поддаваться общему потоку злости. Хотя бы на секунду вынырнуть из своего эгоизма, обернуться и увидеть: человек в соседнем ряду такой же несчастный, как и ты. Или тот, кто в очереди перед тобой, так же устал.
И самому себе сказать: «Господи, я очень злюсь, у меня нет сил любить всех этих людей. Но я здесь, я с Тобой, и я не прячусь».
«Имеющий талант» — это человек, который обладает внутренним ресурсом присутствия и внимания. Для Бога и для личности это значит очень много.
Какая сегодня почва? Проверка на камни и тернии
— В Евангелии от Марка этот стих стоит сразу после притчи о сеятеле. Можно ли сказать, что «иметь» — это и есть та самая добрая земля? И как проверить, какая у меня сегодня земля — каменистая, тернистая или готовая?
— Легко проверить. Если ты чувствуешь отупение, озлобленность — значит, земля каменистая. А если вдруг ты слышишь музыку, тебя радует щебетание птиц — значит, земля живая.
Критерии очень простые и понятные. Когда ты зажат в тиски и сердце окаменело, когда ты хочешь во что бы то ни стало прогнуть реальность под себя — это одно. А когда способен слышать, что от тебя хочет жизнь и что происходит вокруг, — другое.
Проверять себя легче всего на других. Вчера я был на мероприятии, где участвовали небогатые и скромные люди. С какой благодарностью они принимали малейшее внимание! Проверь, насколько твое сердце способно откликаться такой благодарностью — а ведь слово «Евхаристия» как раз с благодарностью связано. Насколько дар отзывается живым эхом?
Как приятно общаться с такими людьми! Представьте теперь, как Богу приятно общаться с нами, когда Его дары находят в нас отклик. И это счастье обоюдное.
Форма и святыня
— Мы в церкви слушаем Евангелие стоя, склонив голову. А когда обращаемся к Евангелию как к утешающему родителю, по вашим словам, скорее всего мы читаем его сидя, или поджав ногу, или развалясь. Тут мнения разделяются: одни считают это профанацией или «как у протестантов», другие говорят, что, когда стоишь в храме, ничего до тебя не доходит. Насколько важна форма?
— Профанация или нет — это всегда субъективно, объективных критериев нет. Почему в храме уместно слушать Евангелие стоя? Даже люди, которые не понимают, что происходит, в момент чтения встают, чтобы засвидетельствовать почтение. Это как если в зал входит король — все встают. Уважая королевское достоинство того, кто является его носителем, ты на самом деле уважаешь собственное царское достоинство.
Поэтому Евангелие, особенно в сообществе, нужно читать так, как принято в этом сообществе. У православных принято так. Если вы оказываетесь у протестантов или в группе, где сидят в свободной форме, — раз у них так принято, вы можете так же делать. Важны не внешние жесты, а внутреннее расположение.
Чем больше ты способен уважать Бога и других, тем больше ты уважаешь себя. Профанация случается, когда чтение превращается в фастфуд, в объект равнодушного употребления. Тогда не происходит никакая встреча.
— Понятно, что православный христианин призван изучать церковнославянский, но большинство этого не делает и не понимает Евангелие за богослужением. У вас есть тут комментарий?
— Я не уверен, что знание или незнание церковнославянского решает проблему. Даже когда Евангелие читают на русском, люди часто не понимают или не слушают. Иногда какой-то перевод содержит ошибки, а церковнославянский оказывается точнее.
Проблема лежит не в плоскости языка, а в плоскости слышания. Христос говорит: «Имеющий уши да слышит» (Мф 13:9). Евангелие может прозвучать на непонятном языке, но быть услышанным через интонацию, через невербальный посыл. А может звучать на твоем бытовом языке, где каждое слово знакомо, и остаться пустой мертвой буквой.
Я бы ставил акцент на слышании и открытости сердца, а остальное приложится. Бывает, что на традиционном богослужении диакон прочитает по-славянски Апостол или Евангелие так четко и красиво, что это понятнее, чем когда читают на русском в светской манере.
Не разделяю клише, что церковнославянский — это чужой, непонятный язык. Это высший стиль русского языка, определенный сакральный регистр, который желательно осваивать, иначе мы себя обедняем.
Ловушка привычки: как не вычитывать механически
— Святые Отцы называли Евангелие вторым причастием, но у нас чтение часто превращается в галочку: прочитал главу — и забыл. Как вы обходите такуюловушку? Есть ли конкретные приемы, чтобы вчитываться или вслушиваться в эти слова?
— Если чувствуешь, что чтение переходит в автоматизм, мысли отвлекаются или засыпают, — просто остановись на полуслове. Лучше остаться с тем живым, что ты успел принять в себя, чем механически вычитывать дальше. Относись с уважением к тому, что сердце перестало слышать. Не впихивай в него текст.
Жизнь — это праздник. Не нужно приходить на праздник, чтобы просто насытить чрево. Евангелие — драгоценная пища, угощение. Не набивай утробу, умей наслаждаться.
Первый шаг для того, у кого «нет ничего»
— Если человек вообще не читал Евангелие или читал и бросил, потому что «не заходит», — как ему сделать первый шаг, чтобы этот парадокс «кто имеет, тому дано» начал работать? Что значит «иметь» для того, у кого нет ничего?
— Нужна точка начала. Иметь — это значит иметь жажду. Если она есть — хорошо. Те люди, которые обращаются к Евангелию во время потрясений, эту жажду уже имеют. Душа жаждет утешения, и открыться навстречу благодати становится легче.
В пресыщенном состоянии, может быть, и не имеет смысла читать Евангелие. Оно написано для тех, кто нуждается в утешении. Оно по-особому звучит, когда ты читаешь его вместе с людьми в заключении или в испытаниях, потому что это ответ на живой вопль.
Если жажда есть, но вы в растерянности — не знаешь, как войти, — тогда начать можно с Евангелия от Марка. Оно короткое, динамичное, нет длинных проповедей, много действий, простой язык.
Можно открыть на любой странице и выбрать самое короткое повествование. Прочитать не торопясь. И в конце задать себе вопрос: «А где здесь я?» На кого я похож в этой истории? Резонирует ли это с тем, что происходит в моей душе и происходило в моей жизни?
А если не резонирует — не страшно. Можно отложить и вернуться через день. Жажда придет.
Беседовала Анна Ершова
