Многие взрослые сегодня, в свои сорок или около сорока, вспоминают собственные детские годы, когда деревня привязанностей еще была реальностью. Соседи знали друг друга и ходили друг к другу в гости. Родители заботились не только о своих детях, но и об их друзьях. Дети играли на улицах под присмотром дружелюбных, заботливых взрослых. Отдельные маленькие магазинчики торговали бакалеей, скобяными изделиями, выпечкой и много чем еще, и в этих магазинчиках продавцы были не просто безликими поставщиками товаров массового потребления, как сегодня в сетевых супермаркетах. Совсем как Мистер Хунер в «Улице Сезам», они были личностями, которых знали и которыми дорожили. Расширенная семья — дяди, тети, родственники мужа и жены — регулярно общались друг с другом и могли даже, при необходимости, подменять друг друга в деле воспитания детей. Жизнь не была идеальной — она вряд ли когда-то вообще была таковой за всю историю человечества — но чувства укорененности, принадлежности и связи были невидимой матрицей, в которой дети достигали зрелости и формировали свое мировосприятие. Деревня привязанностей была местом ориентации на взрослых, где культура и ценности передавались вертикально, от одного поколения к другому и где, хорошо это или плохо, дети следовали примеру взрослых.