Глубокоуважаемая Екатерина Степановна,

Сколько я помню, в письмах из Avenue Marigny, помещенных в «Современнике» [в] 1847 году, говорится о выезде Герцена из Москвы. «Мы расстались в Черных Грязях набелом снегу» — было сказано в первом письме11. Селенье «Черные Грязи» находится в 30 верстах от Москвы на Московско–Петербургском шоссе. Железная Московско–Петербургская [дорога] тогда еще не была окончена, а Варшавская еще и не начиналась.

Из Москвы в Петербург на почтовых можно было проехать в три дня. В письмах из Avenue Marigny, перепечатанных за границею под названием Писем из Франции и Италии (1855), кажется, говорится о тех трудностях, с которыми было сопряжено в то время получение заграничного паспорта12. Правила о заграничных паспортах находятся в 14–м томе Свода законов изд<ания> 1842, как ближайшего к 1846 году13. В уставе о беглых под статьями 406 и 409 делаются ссылки на особые узаконения о выдаче паспортов людям, состоящим под надзором полиции. Касаются ли эти узаконения Герцена, я не знаю.

В Архиве М<инистерства> Иност<ранных>Дел в Москве сведений о выдаче Герцену заграничного паспорта нет и дела, сданные в Московский Архив, кончаются 1830 годом. Если Вам будут нужны справки в Своде законов изд<ания> 1842 г. и Полное собрание законов14, то эти издания имеются в нашем Архиве.

Свидетельствую мое глубочайшее почтение Анне Степановне.

Готовый к услугам

Н. Федоров

2 декабря 1903 г.

Достаточно ли будет Вам этих сведений?