Благотворительность
Том 7. Книга 3. Утраченное и найденное. Фотографии
Целиком
Aa
На страничку книги
Том 7. Книга 3. Утраченное и найденное. Фотографии

***

78.С. А. Есенин, Иван Приблудный, Г. Б. Шмерельсон, В. И. Эрлих, Владимир Ричиотти, С. А. Полоцкий, 1924, апрель. Ленинград.– СЕФ, илл. № [33].

Воспроизводится по оригиналу (ГЛМ). Известен еще один оригинал фотографии на паспарту (ИРЛИ, музей Пушкинского Дома).

Датируется по надписи на обороте подлинника варианта фотографии, хранящегося в ИМЛИ: «1924. Ленинград. М. С. Наппельбаум» – рукой самого фотографа. Этот вариант фотографии был опубликован на с. 1 обл. кн. И. Грузинова «С. Есенин разговаривает о литературе и искусстве» (М.: Всероссийский Союз поэтов, 1927).

Выкадровки портрета одного Есенина из этой фотографии публиковались в периодике: «Красная газета», Л., 1925, 30 дек., веч. вып., № 315; журн. «Зрелища», Свердловск, 1926, № 4, с. 1 обл.; журн. «Красная панорама», Л, 1926, № 2, с. 6; в кн.: Николай Клюев и П. Н. Медведев. Сергей Есенин. Л.: Прибой, 1927 (вкл. между с. 32 и 33) и др. изданиях.

На фотографии: Иван Приблудный, С. А. Есенин, Г. Б. Шмерельсон, В. И. Эрлих (сидят); Владимир Ричиотти, С. А. Полоцкий (стоят).

Дочь фотохудожника Ида Наппельбаум в своих воспоминаниях «В те двадцатые…» описала съемку этой группы: «В послереволюционные годы в Петрограде, в студии художника М. С. Наппельбаума, расположенной на шестом этаже большого серого дома на Невском проспекте возле Литейного, собирались „Литературные понедельники“.

Однажды появился проездом из Москвы Сергей Есенин. С ним приехал молодой московский поэт Иван Приблудный. Есенина привели его друзья, молодые ленинградские поэты-„имажинисты“, как они себя называли. Это были: Семен Полоцкий, Владимир Ричиотти, Григорий Шмерельсон и Вольф Эрлих, которому позже Есенин оставил свое прощальное стихотворение.

В тот день Есенин был спокоен, сдержан, никак не хотел выделяться из общего хода вечера. Мне захотелось запечатлеть всю эту группу поэтов, и я повела их в стеклянный павильон, где в одной стороне, отделенной серыми сукнами, проводилась съемка.

Когда я сняла уже одну композицию и рассадила группу вторично, неожиданно появился мой отец. В тот период он только наезжал в Петроград, а жил в Москве…

Застав меня за работой, он сразу подошел и буквально несколькими штрихами – изменив наклон головы, положение трости в руках Есенина – придал композиции равновесие и живописность…» (журн. «Огонек», М., 1985, № 40, с. 23).

Ида Наппельбаум описала ту съемку и в стихотворении «Подпись к групповому портрету Есенина 1925 г.»:

В тот день я долго колдовала –
Из одиночек группу создавала
По всем законам вечного искусства
Из своего пропорций чувства.
Здесь всё в расцвете сил и лета,
И каждый мнит в себе поэта,
И все надменны, все речисты –
Друзья имажинисты.
Вот сельский паренек вчерашний,
Постигший славу сгоряча,
Сидит, как денди в экипаже,
И снисходителен, и важен,
И туфлей лаковой качает,
А белой кости набалдашник
Повис у правого плеча.
Портрет прекрасно скомпонован,
Не придерешься ни к чему…
Но почему так тих светлоголовый,
Так отрешен и грустен почему?

(Ида Наппельбаум. Накануне. СПб., 1993, с. 21, с датой: «1985 г.»).

М. С. Наппельбаум тоже оставил свои воспоминания: «В этот же день я сфотографировал Есенина в группе с сопровождавшими его молодыми поэтами.

Здесь он уже совсем другой – с открытыми глазами, с крутым завитком светлых волос у лба, в крахмальной белой манишке с узким черным галстуком-бабочкой, с изящной слоновой ручкой тросточки, которая косо легла на темном рукаве его костюма» (Наппельбаум М. С. От ремесла к искусству: Искусство портрета. М.: Искусство, 1958, с. 74).

НаппельбаумМоисей Соломонович (1869–1958) – фотограф, мастер студийного фотопортрета.