Созидатель и устроитель монастырской жизни во время игуменства своего в Соловецком монастыре, обличитель царского произвола и «обидимым заступник» в период служения в сане митрополита, святитель Филипп, бывший при жизни «укоряем и изгнан», после своей мученической смерти стал особенно почитаемым святым. Для богослужения, совершаемого в память о нем, было создано несколько разных текстов службы. Их составление было приурочено к перенесению мощей святителя, которые, как известно, с 1591 по 1652 г. трижды меняли место своего упокоения.

По мнению Филарета (Гумилевского), первая служба святому была создана соловецким иноком Пафнутием, когда мощи Филиппа были перевезены из Тверского Отроча монастыря в Соловецкий и погребены там. (Филарет (Гумилевский). Обзор русской духовной литературы. Харьков, 1859. С. 227). Правда, текст этой службы исследователям неизвестен (Филарет ссылается на декабрьскую Минею, опубликованную в 1645 г., однако в ней помещен текст службы, созданной не на Соловках, а в Москве, и не в 1580—1590-х гг., а около 1636 г., о чем пойдет речь ниже).

Еще две службы составлялись в связи с перенесением мощей святого, осуществленным в самом Соловецком монастыре 30 или 31 мая 1646 г.: гробница св. Филиппа под папертью Преображенского собора была вскрыта, и мощи перенесены в собор, построенный еще во времена его игуменства. Одна из служб в честь этого события была составлена иноком Соловецкого монастыря Герасимом Фирсовым (См.: Никольский Н. К. Сочинения соловецкого инока Герасима Фирсова / Изд. ОЛДП. СПб., 1916), другая — еще одним соловецким иноком Сергием Шелониным (Сапожникова О. С. Неизвестные сочинения Сергия Шелонина // Русь и южные славяне. СПб., 1998. С. 340—355).

Надо заметить, что Сергий Шелонин, составляя службу, не преследовал иных целей, кроме прославления св. Филиппа в Соловецкой обители. Его служба создавалась специально для местного празднования, устанавливаемого в монастыре, о чем свидетельствует ее содержание. Здесь неоднократно упоминается Соловецкая киновия, вновь обретшая своего бывшего игумена. («Днесь преименитая и великая Соловецкая киновия, якоже новаго Авраама-преселника тя, преславне отче, приемши, радуется»). Герасим Фирсов же надеялся на использование службы в общецерковной практике, в связи с чем он нарочито обошел все ориентиры, привязывающие ее к географически определенному месту. В тексте его службы нет ни соловецких реалий, ни упоминаний о Москве. Однако этот праздник перенесения мощей не стал общецерковным.

В практике богослужения к этому времени использовалась другая служба, созданная предположительно около 1636 г. и вошедшая в первое издание декабрьской Минеи 1636 г. Вероятно, в это время предполагалось перенесение мощей святого из Соловецкого монастыря в Москву и установление там празднования памяти святителя Филиппа. В службе есть многократные упоминания о Москве: «Царствующему граду Москве великое удобрение и русское утверждение», «Яко светозарная звезда граду нашему Москве восиял еси ученьми словес твоих». Более того, мученик Филипп принимает смерть не просто за «обидимых», но «за люди московского народа». Уже задолго до осуществленного в действительности патриархом Никоном в 1652 г. перенесения мощей св. Филиппа в Москву, в службе, созданной около 1636 г., было определено место их упокоения — Успенский собор Московского Кремля («Тобою Богъ украси церковь Матере своея»). А в самом соборе установлено празднование памяти святителя, о чем свидетельствует указание в рукописи устава богослужения Успенского собора — «Сказании действенных чинов святыя соборныя церкви Успения Пресвятой Богородицы», составленной в 1636—1639 гг. (Горский А., Невоструев К. Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отд. 3. Ч. 1. М., 1869. С. 366—369).

Итак, в 1636 г. все было готово к перенесению мощей митрополита Филиппа из Соловецкого монастыря в Москву: определено место упокоения в первопрестольном храме, создана служба, установлено празднование. Что помешало совершить этот акт, остается неизвестным. Однако служба, составленная по этому случаю, единственная из всех, созданных в честь св. Филиппа, выдержала испытание временем и в дальнейшем своем бытовании в рукописях и печатных изданиях подверглась минимальной редакторской правке.

Служба св. Филиппу, как и всякая другая, связана с житием святого, но не пересказывает его. В ней звучат только отдельные мотивы, в которых прославляется аскетизм святителя — «страсти покорив и плоть поработив духу» (стихира на литии); пастырское служение — «пасеши же стадо свое на пажитех духовных» (стихира на «Господи воззвах» на великой вечерне), «В славословие же всех Богу пресветлыя храмы воздвигл еси во спасение иночествующим» (стихира на литии); чудеса, им совершенные, — «яко прикосновением болезнь очную исцелил еси, истерзание зубом облегчи» (канон, песнь 7 и 8). В тексте службы Филипп воспевается как святитель-мученик — «Истинен святитель и страдалец» (стихира на «Господи воззвах» на малой вечерне), «мучеником и исповедником подобяся» (на «Господи воззвах» на великой вечерне), «Кровь твоя, мудре, вопиет от земля яко Аве-лева» (седален), «венец же нося страдания и испещрен кровными каплями» (канон, песнь 7). Но, пожалуй, более всего составителя службы занимает тема конфликта с царем — «Молитвою царя умоляя и дерзостно поучая неразделиму быти его царству» (стихира на «Господи воззвах» на малой вечерне), «Нравы подобяся Златоустому, посрамил еси суеумных шатания» (стихира на «Господи воззвах» на великой вечерне), «Дерзновенно неправедное начинание праведно разорявши. Царя же и люди научавши апостольским преданием последовати. И от разделения людскаго и злаго начинания престати повелевавши» (стихира на литии).

В этих описаниях поведения Филиппа нет и следа кротости святителя. Он «дерзостно повелевает», «поучает», «посрамляет», язык его — «мечь обоюду остр» (канон, песнь 8). Но вместе с тем «разумно изобличив начальствующая», святой обрел право, предстоя престолу Божественному «яко имый дерзновение к нему, молити за царя православнаго». Причем сообразно представлениям о времени и вечности эта молитва «за царя православнаго» была молитвой и за «неправедного» Ивана Грозного, и за царя, в годы правления которого создавалась и отправлялась служба.

Из всех многочисленных песнопений службы для данного издания избраны два основных жанра —славникииканон(см. примеч.). Это связано с характером содержания и исполнения этих жанров. Они весьма различаются по типу информации, заключенной в них. В каноне на первый план выходит понятийная информация — литературный текст. Здесь передаются основные события, происходившие с героем празднества, формулируются главные мотивы, прославляющие его как святого. Более того, в каноне св. Филиппу, как зачастую и в прозаических произведениях, есть начальная и завершающая этикетные формулы. Начинается он с молитвенного обращения автора к Богу о даровании ему вдохновения для восхваления святого («...словомъ вдохни восхвалити, иже Самъ избра и приятъ, верхъ страдания священнаго Филиппа»), Завершается — самоуничижительными словами, в которых похвала святому сравнивается с детским лепетом («Юношамъ нѣмование сродно присвоение бываетъ, не яко достойни суще, приими от насъ нынѣшнее благодарение, о, страстотерпче»). Для славников же конкретные поступки и линия поведения не столь важны. В них воспевается лишь общий идеал святости и преобладающее значение приобретает информация эмоциональная, выраженная в музыкальном тексте.

Причем в этой службе музыкальный текст в основном массиве источников записан только для славников истихиры по 50-м псалме(см. примеч.). Все остальныестихиры,имеющие указания пения на подобен известны только по одной рукописи(РГБ,ф. 379, № 64). Это связано с общей для певческой практики 2-й половины XVII в. тенденцией к сокращению певческой части богослужения. И переписчикам службы св. Филиппу не было нужды записывать нотный текст стихир, как правило, не певшихся, а читавшихся, либо вовсе пропускавшихся в службе, и которые в случае необходимости можно было петь по образцу. Что же касается канона, то он в знаменных рукописях не зафиксирован. Каноны записывались в рукописях с нотацией в исключительных случаях. Они чаще читались, а если и пелись, то по образцу ирмоса, указанного в начале каждой песни.

Нотированные тексты службы, как можно предположить на основании имеющихся списков, появляются в середине XVII в. в связи с перенесением мощей митрополита в Москву в 1652 г. Оно, как известно, сопровождалось богослужением как в самом Соловецком монастыре, так и в столице. Официальное утверждение св. митрополита в чине общецерковного святого и необходимость совершения его памяти как в день перенесения мощей (3 июля), так и в день его гибели (23 декабря) потребовало пересмотра службы ему. Вот тогда-то и понадобилась письменная фиксация музыкального материала. Часть этого материала с переводом на современную нотную систему опубликована в сборнике «Рукописные памятники» (Вып. 4. СПб., 1997. С. 33—47).

Здесь публикуются тексты славников, стихирыпо 50-м псалме,близкой славникам по характеру содержания и исполнения, а также канона с так называемыми междопеснями — песнопениями, исполнявшимися между песнями канона(седальнами, кондаком, икосомисветильномсм. примеч.), по рукописи 3-й четверти XVII в.(РНБ,Соловецкое собр., № 191/191, л. 24—29), где текст службы помещен после краткой редакции Жития святителя Филиппа.