1. В период засилия ариан, при императорах Констанции (337-351) и Валенте (364-378), со всею ясностью обнаружилось церковно-политическое первенство еще недавно не существовавшей кафедры маленькой Византии, теперь столицы, Константинополя. 11-й Вселенский Собор 381 г. 2-м каноном только зафиксировал готовый уже факт первенства чести Константинопольской кафедры после Рима. К императорам со всех концов Востока тянулись клирики с жалобами и ходатайствами. А императоры передавали эти дела на суд столичных Епископов, около которых возникли епископские совещания в форме σύνοδοι ἐνδημοῦσαι. Так возникла прежде всего судебно-апелляционная власть и практика Константинопольского Епископа, а за ней и власть административная шире узких пределов Константинополя, простершаяся на области иных диоцезов, власть „всеимперского-вселенского” свойства. Ближайшим поводом к её осуществлению явилось поручение, данное II Вселенским Собором 381 г. группе „столпов православия” (Амфилохию Иконийскому, Элладию Кесарийскому, Григорию Нисскому и др.) под главенством Нектария Константинопольского — восстанавливать по всему Востоку никейскую веру. И этот кружок Православных Епископов всецело ориентировался на покровителя своего, императора Феодосия Великого, и на друга — Архиепископа Нектария. Тут конкретно обозначилась и сложилась прямая и всесторонняя власть Константинопольского Епископа в соседних диоцезах: Фракийском (со стороны Европы), Понтийском и Асийском (в Малой Азии). Из переписки Св. Григория Богослова мы видим, что, во исполнение поручения Константинопольского Собора 381 г., хлопоча о делах Церкви и в Понтийском и в Каппадокийском диоцезах, он как бы и не замечает тамошних Епископов-возглавителей, а докладывает обо всем в Константинополь Нектарию.

Наконец, в это же время мы видим и пример форменной апелляции к Константинопольской кафедре из пределов Антиохийской sedis apostolicae. К Нектарию апеллируют спорящие из-за кафедры в Бостре Аравийской Епископы Багадий и Агапий. Правда, Нектарий решил вопрос не диктаторски, а воспользовался созванным в 394 г. светской властью Собором в Константинополе (VII Поместный). На нем вопрос был решен при участии и Александрийского Епископа Феофила и самого Антиохийского Флавиана, но под председательством Нектария[2].

2. Через два десятилетия после II Вселенского Собора положение столичного Епископа настолько толкало его к широкой активности вне границ своей собственной Епархии, что чуждый всякого властолюбия Св. Иоанн Златоуст считал себя обязанным смело пользоваться ставшим обычным апелляционным правом своей „Вселенской” кафедры. Правда, это еще возбуждало ярость других честолюбцев, за что и расплатился И. Златоуст неправедным вражеским осуждением, муками ссылки и преждевременной смертью. Но судил и рядил он, как власть имеющий.

В 399 г. Св. Иоанну Златоусту подал жалобу Епископ Валентинопольский Евсевий на своего Экзарха Ефесского Антонина и на шесть других Епископов из Асийского диоцеза с обвинением в симонии и других канонических и уголовных преступлениях. По ходу дела в следующем году Эфесский клир и некоторые Асийские Епископы обратились к Св. Иоанну Златоусту с прямой просьбой приехать к ним лично и навести порядок: „Св. Отец”, — писали апеллянты, — „много лет управляют нами вопреки всяким постановлениям и всякому праву; просим тебя пожаловать сюда, дабы Эфесская Церковь через твое содействие обрела устройство, более достойное Господа”. Иоанн Златоуст в 401 г. прибыл в Эфес и здесь, собрав Собор и выслушав свидетелей, осудил виновных. Вместе с Экзархом Антонином смещено и заменено новыми лицами до 15 Епископий.

3. По пути Св. Иоанн Златоуст сместил в Никомидии (Понтийский диоцез) Экзарха Геронтия, о чем просил его Св. Амвросий Медиоланский, еще покойному Нектарию писавший о неканоничности личности Геронтия.

4. Откликнулся Иоанн Златоуст и на хорошо известную ему иерархическую распрю в Антиохии и содействовал её прекращению. Откликался, как несущий на себе „вселенскую” ответственность за церковные дела, на известия и обращения к нему из Палестины, Финикии, Сирии. Не отказался при известных условиях принять апелляцию и на дела Александрийской кафедры.

5. С апелляцией на самоуправство Александрийского Владыки Феофила явились к Иоанну Златоусту и разгромленные Нитрийские монахи со своими вождями, братьями, по прозванию „Долгими”. Император пожелал, чтобы дело было рассмотрено соборно под председательством Иоанна Златоуста, как Епископа столицы. Это право Константинопольского иерарха испревращено было в суде над Иоанном Златоустом, только уже благодаря сложной интриге всей коалиции его врагов под водительством самолюбивого Феофила[3].

6. Один из ближайших преемников Иоанна Златоуста, Аттик (405-425), энергично продолжал укреплять и расширять свой „вселенский” авторитет, распоряжаясь уже полностью, как в подчиненных ему диоцезах — Понтийском, Асийском и Фракийском. Он первый простер свою церковную власть и на Иллирик (т. е. Дакию, Мэзию, Дарданию, Македонию, Фессалию, Эпир, Ахайю), и на о. Крит, числившиеся еще за римским первосвященником, в то время как Феодосием Великим Иллирик был приписан уже к восточной половине империи.

В споре о законности занятия Коринфской кафедры Епископом Перигеном часть Иллирийских Епископов осталась недовольной судом Папы Бонифация I и апеллировала к Константинопольскому Архиепископу Аттику. Аттик встал на сторону апеллянтов и испросил у императора Феодосия II эдикт, которым подтверждался в принципе суд Константинопольского иерарха по делу Епископа Перигена и. устанавливалось правило, чтобы в сомнительных случаях Епископат Иллирика обращался за советом к предстоятелю Константинополя, „города, который пользуется прерогативами древнего Рима”, и затем решал дело на своем Соборе[4]. Аттику не удалось еще закрепить эту власть над Иллириком. Но это осуществилось позднее, при иконоборцах.

7. Аттик же пересматривал и решил дело фригийских Епископов Агапита и Феодосия[5].

8. Несторий (428-431) споткнулся на догматическом учении, но действовал при поддержке императора в управлении и суде церковном, как председатель всего имперского Епископата (προεδρία τῆς οἰκουμένης πάσης — формула Блаж. Феодорита). Он принял жалобы александрийских клириков на их Владыку Св. Кирилла и этим обострил вражду к нему последнего[6].

9. Прокл Константинопольский (444-446) уже просто подчинил себе диоцезы Фракии, Асии и Понта, а Епископов Эфеса, Кесарии Каппадокийской и Анкиры рукоположил сам. Некоторые Епископы из Иллирика при Прокле вновь сделали попытку уйти от Папы под власть Константинополя. Власть Константинопольского Архиепископа неуклонно ширилась.

К Проклу обратился с апелляцией из Антиохийского округа Епископ Перрский Афанасий. Дело его было разобрано на Константинопольском σύνοδος ἐνδημοῦσα, и решение было сообщено Домну Антиохийскому (444 г.) с просьбой пересмотреть дело Афанасия[7].

10. Когда комит Ириней был возведен, несмотря на двоеженство, Епископатом восточного диоцеза (Антиохийского) на кафедру Тирскую, то для подтверждения этого постановления антиохийцы послали дело на утверждение Прокла Константинопольского и лишь после этого успокоились[8].

11. Преемник Прокла, Флавиан (446-449), на своем σύνοδος ἐνδημοῦσα решал ряд дел Епископов и Митрополитов Малоазийских. Но к Флавиану же Константинопольскому поступила апелляция Эдесских клириков, недовольных решением их собственного экзарха — Домна Антиохийского по вопросу о мнимых ересях известного Ивы, Епископа Эдессы. Разбор дела особой комиссией закончился „решением Архиепископа Флавиана и приказом богоспасаемого императора”, которое потом представлено было Вселенскому Собору в Халкидоне. Даже сам Экзарх Антиохийский Домн обратился к Флавиану Константинопольскому за защитой против несправедливостей Диоскора Александрийского[9].

12. К преемнику Флавиана, Анатолию (449-458), апеллировал из Антиохийского округа Епископ Евстафий Виритский в споре его с Фотием, Епископом Тирским. Собор Анатолия решил дело в пользу Евстафия. Недовольный Фотий апеллировал к Вселенскому Собору в Халкидоне, и там дело решено в обратном смысле[10].