Когда мы смотрим теленовости, слушаем радио и т. д., то видим, что наша жизнь становится все труднее и труднее. «Вокруг какой–то ад», — говорят многие. Ты смотришь теленовости и просто заболеваешь. Слышишь о событиях, происходящих совсем рядом с твоим домом, поражаешься и говоришь: «Куда же мы катимся? Почему у нас такая жизнь? Неужели она не могла быть лучше, неужели она не могла быть раем?» Она могла бы быть раем. Бог создал нас на радость, а не на страдание. Бог привел нас в этот мир не для того, чтобы делать нашу жизнь сущим адом, а чтобы мы жили мирно, тихо, радостно, созидательно. Чтобы проводили активную, но в то же время смиренную и спокойную жизнь. Как говорится на Божественной литургии, «да и мы в тишине их [правителей наших] тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте». Чтобы у нас были свои повседневные дела, хорошие занятия, семья, родственники, друзья, что–то созидательное, скромное со смирением, с любовью… Однако наша жизнь не такова, наоборот — она крайне напряженна, трудна, выматывающа, утомительна, тленна, разрушительна. То есть она разрушает нас, мы заболеваем, стареем от нее раньше времени и не знаем, чем все это кончится.

Из Евангелия и Откровения нам известно, что мир идет от плохого к худшему, поскольку он не принимает Христа, Правителя жизни. Для нас это очевидно. Но мы, несмотря на это, ищем других объяснений событиям — научных, политических, геофизических, магических, да, даже магических, оккультных; и только Божественных, таких, которым учат нас Церковь и Христос наш, мы не принимаем.

Половина Греции полыхает в пожарах, но сколько людей принимает этот призыв к покаянию? Всего несколько христиан. А их считают смешными. Остальные пребывают исключительно на мирском уровне, который, безусловно, неотъемлем, который нельзя отменить — в том смысле, что человеку, у которого горит дом, действительно нужно дать новый дом, а голодному дать еду. Но знаешь, что говорит святой Косма Этолийский? «Когда кормишь ребенка, поставь перед ним икону Христа, чтобы он научился связывать еду с Богом, и скажи ему: “Дитя мое, то, что ты ешь, оно не мое, это Бог мой дает мне! Бог дал мне здоровье, и я работаю. Бог дает нам еду, и мы кушаем. Мама приготовила тебе поесть, но это Бог послал дождь, и земля дала плод, и животным Бог послал еду, и они выросли, и вот мы теперь едим…”»

Все в мире связано. Все крещается в Божией благодати, и все может получить христоцентричное толкование, когда центром является Христос и все ведет нас ко Христу. Когда же мы не понимаем и не принимаем посланий, которые Христос посылает нам в жизни, а ожесточаемся, становимся все более беззаконными, все сильнее бунтуем против Бога, тогда чего еще мы можем ждать?

Наша жизнь могла бы быть удивительно прекрасной. Ведь Бог дал ясные обещания. Он сказал в Ветхом Завете: «Если послушаете Меня, то будете наслаждаться земными благами и все в вашей жизни будет благословенно! Ваша жизнь будет раем, подлинным наслаждением, подлинной сладостью! Если же не послушаете Меня, вас ждет меч — вы перебьете друг друга, вы друг друга съедите» (см. Лев., гл. 26). Потому что если Господь не станет главным организатором нашей жизни, если Он не войдет в наш ум, чтобы управлять нашими движениями, если Он не войдет в наш ум, чтобы управлять нашим телом, направлять наши мысли, наш выбор, если мы не дадим Ему управлять неукротимым конем нашего я, встающим на дыбы от эгоизма, если Господь не войдет как управитель в наш дом, страну, парламент, в нашу Грецию, если Господь не станет нашим управителем (в том смысле, что мы, управляющие на земле, не будем искать Его помощи, Его воли, не будем рассчитывать на Христа), то невозможно будет человеческому роду найти равновесие. Потому что без Христа в человеческой жизни и обществе правят инстинкты, логика абсурда, преследование выгоды, закон джунглей, по которому сильный должен уничтожить и разорвать на куски слабого, творится несправедливость… И это естественно, ведь нет Господа, Который наполнил бы жизнь смыслом, Который придал бы ей краски, Который объяснил бы. А добро и зло сегодня — понятия относительные. «Все зависит от личного восприятия — для тебя это зло, а для меня добро, и наоборот», — говорят некоторые.

Если у нас не станет Управителя, если наш ум поколеблется и не сможет хорошо работать, тогда и будут такие последствия. Без Христа нет общего мерила, нет общего критерия, общей меры для сравнения, перед нами нет идеала с конкретной целью, которую мы хотим достигнуть, нет личности, которой мы хотим подражать. Какова личность, каков человек, тот образец, который хочет формировать современная эпоха? Идеал современного человека таков: это экстравертный, сверхактивный, но глубоко депрессивный человек, не видящий смысла и цели, не имеющий перспектив, он не знает, куда идет, откуда пришел и как будет жить. Все это чуждо Церкви. У Церкви есть другие идеалы, другой взгляд на жизнь, другой опыт. Не все христиане переживают его, лишь некоторые, но цель в том, чтобы произошла эта закваска и чтобы эти дрожжи заквасили остальной мир, чтобы мы поняли, что если мы не будем смотреть на мир глазами Христа, то этот мир абсурден. Мир постоянно попадает в новые безысходные положения и, пытаясь их разрешить, создает новые. Так мы никогда не обретем покой и не успокоимся. И когда вспыхивает пожар или случается какая–то катастрофа, землетрясение, мы, конечно, должны заняться внешним, прибегнуть к науке и к разным технологиям, но очень важно понять глубинный смысл происходящего. Сегодня, если открыть сводку новостей, они не натолкнут нас ни на какие раздумья, не наведут нас на мысль о чем–то важном в жизни, что бы нашло отклик в нашем сердце, в нашем бытии, повлияло бы на наше счастье. Зато ум наш постоянно занят деньгами, зарплатами, пенсиями, биржами.

Кто–нибудь из слушающих меня возразит:

— Естественно. А что, ты разве не хочешь, чтобы зарплата у людей стала выше? Ты, что ли, против денег? Без денег ничего невозможно сделать. Ты ведь ведешь передачи, живешь на что–то, значит, и ты получаешь какую–то зарплату.

— Да, конечно, получаю, но не за передачи, а за свою работу.

— Нет, дорогой, не денег тебе не хватает, чтобы стать счастливым. Я конечно же желаю тебе, чтобы у тебя были деньги, чтобы ты нашел работу, которую ищешь, чтобы тебе не сокращали зарплату, а повышали, желаю, чтобы все было справедливо. Но ты должен знать, что само по себе все это не является достижением счастья. Мы находимся в глубоком заблуждении, у всех нас неправильное, перевернутое представление об этом, и мы отождествляем и связываем счастье с подобными вещами.

Проснувшись, ты сразу же включаешь сводку новостей, чтобы послушать утренние комментарии, и смотришь эти новости, где обсуждаются разные темы. А если ты сядешь спокойно, выключишь телевизор и подумаешь: какое это все имеет отношение к тебе, к твоей жизни, к Богу, к твоим детям? Что тебе дают эти новости, куда они тебя направляют, над чем заставляют задуматься? Так получается, что утром ты не молишься, — будь честен, ведь не молишься же. Не читаешь Евангелия, уж о службе и речи быть не может, то есть ничего духовного не делаешь, а как только просыпаешься, тут же твой мозг подвергается бомбардировке новостями, попадает в плен сводок разного рода: политических, биржевых, экономических, полицейских: о том, сколько людей осталось в живых, сколько убито; где идет война, что будет с этой партией, что с другой, кто будет править, кого сместят, как идут выборы, — ты всерьез веришь, что все это сделает тебя счастливым?

Если хорошенько задумаешься, то поймешь, что на самом деле так не считаешь, что это всё — уловки, алиби или нечто такое, что мы находим, чтобы направлять свои силы на что–то, забываться и проходить мимо сути жизни. В чем мне помогает все то, что предлагает нам современная эпоха? Разве все это может ответить на великие экзистенциальные вопросы: о счастье, внутренней радости, смысле жизни, одиночестве, депрессии, страхе перед небытием?

На свете, в душах молодых людей столько вопросов! Неужели их глаза не заставляют нас задуматься? Глаза их жаждут смысла жизни. Глаза их пусты, в них нет искры радости, благодати Святого Духа, которую они получили при Крещении, но затем зарыли, закопали, и нет теперь этой радости. Усталые взгляды. Разве они не заставляют нас задуматься? Чтобы придать всему смысл, сказать детям, для чего все это, что за всем этим стоит, объяснить им, зачем они живут, куда идут, как победят в себе пустоту, тоску.

Пусть ответит телевизор, и ты, и все люди, и наши политики на вопрос юного человека: «Почему мне грустно, когда я возвращаюсь с вечеринки?» Вот на этот вопрос ты должен ответить. Ты, говорящий о зарплатах, о страховках и о многом другом, выступающий по всем прочим вопросам, приди и ответь своему сыну, у которого в кармане были деньги и опять есть, но, несмотря на это, он возвращается с вечеринки, с праздника, прогулки и, чувствуя в душе своей вакуум, спрашивает: «Почему же я унываю? Почему у меня депрессия? Почему ничто не наполняет меня? Почему я делаю все, а радости не испытываю? Почему мне не хватает чего–то, а я не знаю чего, и постоянно испытываю тоску?»

Когда эти вопросы получат ответ? Кто нам на них ответит? Вы говорите, что на такие вопросы не отвечаете, но одновременно заявляете, что спасете мир: ведь вам на телевидении выделяют бесконечные часы для того, чтобы вы развивали свои идеи; значит, то, о чем вы говорите, считается очень важным (а то бы вам не давали столько часов, а давали бы всего пару минут).

Когда на какой–нибудь телевизионной передаче собираются пять–шесть человек и начинают бесконечно обсуждать разные безжизненные темы экономические, технологические и прочие, которые совсем не затрагивают наше сердце, а, наоборот, вызывают у нас сильное беспокойство, — нам нужно что–то делать.

Так что же нам делать? Делать то, что мы пытаемся сделать сейчас. Мы должны озадачиться, задуматься, вразумиться, начать ориентироваться на Христа, а не на образ мыслей этого мира, чтобы понимать, в своем ли мы уме. Потому что у мира одни критерии, согласно которым ты в своем уме, и совсем другие — у Христа. Согласно миру, я безумец — а может, и ты, коль скоро мы с тобой говорим о таких вещах… Сегодня эпоха говорит одно, а мы другое. Пусть это безумие. Но это безумие позволяет нам жить и толковать жизнь правильно, мы благодаря ему стоим на своих ногах и выдерживаем разрушительную угрозу лишения всех мирских удовольствий и можем побеждать смерть.

А со смертью как быть? «Да там будет пенсия!» Хорошо, ты получишь ее, а что будет после пенсии? Кто будет говорить тебе о времени после пенсии, какой бы большой она ни была? Кто скажет тебе о смерти, которая грядет, чтобы наполнить твою жизнь смыслом? Или, может, мы в это не верим и не принимаем смерть? Тогда следует признаться: в глубине души мы — неверующие, атеисты, живем без Христа. В таком случае понятно, почему так ведут себя люди: паникуют, смотрят на все однобоко, абсолютизируют политические и экономические события. Все это естественно, естественно в неестественной атмосфере… Ведь в ней нет Христа, человеческий ум помрачается и видит действительность искаженно, ни в чем не ориентируется на Христа.

Например, по телевизору говорят: «Мы заботимся о молодежи, о качестве жизни, мы хотим, чтобы она развлекалась, радовалась!» Хорошие слова, не правда ли? Но объясни мне смысл этих слов. Что значит «чтобы молодежь радовалась»? Объясни мне, что значит «качество жизни»?

Вот, например, организуют для молодежи театральные постановки, представления, чтобы у них было качество жизни. Идешь в театр и видишь вульгарность, безнравственность, обман, разные нехорошие намеки. И я это не придумываю, это — реальность. Разве это — качество жизни? Чтобы собиралась молодежь и играла такую пьесу? Что же это за качество жизни для молодых людей? Что оно может им дать?

Все идет не в том направлении. И мы, верующие во Христа, должны хотя бы осознавать свое состояние, обратить свой гнев в молитву и самоукорение. Ругать не других, а себя, говоря: «Виноваты мы, потому что, если бы мы были истинными христианами, если бы у нас было смирение и мы правильно вели себя в жизни и вмешивались, когда возможно, тогда мы имели бы влияние на людей вокруг и атмосфера в обществе была бы более здоровой».

Скажу вам еще кое–что, чтобы все это не звучало теоретически. В начале каждого сезона все каналы запускают новые сериалы, новые фильмы. Ты их смотришь? С конца сентября и до конца сезона. Среди них нет ни одного, где не царили бы ложь, супружеская неверность, коррупция, неприличные намеки, вульгарность, лукавство, безнравственность. Разве я преувеличиваю? Если ты считаешь, что я преувеличиваю, включи сегодня вечером телевизор и посмотри, что там идет, какие фильмы, сериалы. Сейчас даже нет специально выделенного времени для определенного рода фильмов или передач, показывают всё подряд, когда захотят. Какой идеал формирует это все в душе ребенка? То есть как на это все смотрит ребенок? Но нам на это говорят: «Такова жизнь, такими мы стали. Телевизор отражает реальность». То есть мы тонем и показываем в фильме процесс этого утопания. Мы гнием — и этот процесс гниения превращаем в кинокартину.

Помните, как хорошо говорит апостол Павел:Для всех я сделался всем(1 Кор. 9, 22). То есть я опускаюсь до уровня каждого, но чтобы приобрести их во Христе, чтобы поднять их. А в фильмах изображается реальность жизни с ее изменами, супружеской неверностью, лукавством, безнравственностью, неприличными намеками и т. п. для того, чтобы возвысить меня и вывести из этой безысходности? Разве ты не понимаешь, что подобное только способствует развитию этого состояния? Какую семью создаст ребенок, насмотревшийся таких картин? И как ребенок почувствует, что это неправильно, если телевидение не показывает эту действительность в поучительном контексте, не вносит поправок и не говорит: «Вот видишь, человек, который изменил своей жене и живет с другими, с подругами, потом кается, исправляется, плачет, просит прощения, исповедуется…» Но такого подхода нигде нет. Напротив, все эти супружеские измены, безнравственность и лукавство преподносятся в чарующем, привлекательном свете, даже торжественно. Создается определенная атмосфера. Кто этим всем управляет, что за ум прячется за всем этим и чего он хочет добиться, какие взгляды хочет сформировать у людей?

Если бы вы могли поехать на Афон (это касается мужчин, а женщины — в какой–нибудь женский монастырь) на некоторое время, дней на десять, побыть без радио, телевидения, газет и прочей информации и пожить исключительно Божией жизнью! За эти дни ум немного очистится, отфильтруется, и когда ты затем вернешься в мир, то все будет казаться тебе безумием, нездоровым. Ты увидишь, что все идет не так, и будешь удивляться: «Где же я был и где оказался? Я был в чистоте — и оказался в грязи. Был в святости — и очутился в разврате, в беззаконии. Был в покаянии — и очутился в атмосфере восстания. Здесь люди хвастаются своими грехами. На Святой Горе каются — грешат и каются, а здесь грех превращают в торжество, в образ жизни, во флаг, которым гордятся, всем показывают и пропагандируют. Значит, что–то с нами не так. Значит, мы впали в какое–то безумие.

Об этом безумии много веков тому назад говорил святой Антоний. Он говорил, что в последние времена люди так обезумеют, что если увидят знакомого, который в порядке, то соберутся вокруг него и станут говорить ему: «Ты безумец, а с нами все в порядке!» И будут считать здравомыслящего человека сумасшедшим. И естественно, эти люди будут по–своему правы: поскольку они безумны, их ум не может понять тех, кто от них отличается, понять людей, просвещенных Богом, которые имеют в себе Божию благодать, чей ум остается на своем месте и чисто видит Бога, мир, людей, жизнь. Люди без Христа не понимают этого, они вещают на другой частоте. Это как говорить по–гречески с человеком, который знает только китайский.

И какой же вывод? Я говорю это не для того, чтобы кого–то осудить или обвинить. Я говорю это для того, чтобы всколыхнулись застоявшиеся воды в уме христиан, к которым и ты себя причисляешь. Ты считаешь себя церковным человеком, но и твой ум тоже иногда заблуждается, помрачается, и ты тоже увлекаешься, расслабляешься, обмирщаешься. Тебе нравится это слово? Ты уже слышал его. И ты тоже живешь немного по–мирски, и тебе это нравится. Тебе нравится и духовная жизнь, и мирская. Нас все еще услаждает греховная жизнь, мирская суета с телевидением, лукавство, нам нравятся забавные и пикантные штуки.

И что из этого выйдет? Во что все это выльется? «Неужели все напились воды безумия и сошли с ума?» — спрашивает Фотис Кондоглу[7]. Прочитайте этот рассказ о воде безумия, чтобы увидеть, как сошли с ума все, и единственным, кто в итоге не сошел с ума, был царь. Потому что он не пил воду безумия, пролившуюся с неба. И вот от этой воды безумия все стали видеть белое черным, а черное белым, перестали понимать правильное и стали считать его неправильным, и наоборот. Один только царь не стал пить эту воду и сказал:

— Я не буду ее пить, чтобы и мне не увлечься, ведь мне надо хорошо управлять ими!

И все хорошее, что он делал, остальные, испившие этой воды, считали безумием. Они бросились свергать его, и царь сказал себе: «Так что же будет со мной? Только я один не стал пить этой воды, и что мне теперь, страдать? А принеси–ка мне ее сюда, хлебну и я от нее немножко!» Таково было его решение.

Так неужели и твоим решением, чтобы еще немного задержаться в этой жизни, будет — войти в ее безумный ритм? Чтобы и в твоем уме произошла эта перемена, это страшное повреждение и чтобы ты смотрел на все как остальные?..

Однако придет время, и наступит страшный час смерти. Сегодня по телевизору слова «смерть» не услышишь в том смысле, в каком нас учит Церковь, — в созидательном, — который бы заставил тебя задуматься, пробудиться. По телевизору можно увидеть смерть только в триллере. В триллерах одна только смерть, мертвые головы, кровь и убийства. Однако такой подход к смерти показывает только ужас этого явления и не заставляет человека задуматься, задать себе вопрос: «Что же буду делать я в час смерти? Что будет после нее? Каким я приду к этому моменту? Что станет с моей душой?»

Пробьет этот час, и все мы увидим, сколько ошибок совершили, какой неправильный у нас был подход к жизни. Это подобно тому безумию, в котором умирает пьяный. Когда пьяный человек напивается, ты можешь говорить ему что угодно, но он не понимает, что с ним происходит. И если в этот час его собьет машина и он покинет мир сей, то его душа, поскольку она не пьяна, будет понимать все, но будет уже поздно. Мы тоже пьяны в мире сем. Об этом говорит святитель Иоанн Златоуст: пьяные люди управляют этим миром, страстями, немощами, пороками, неправдами. Ум тех, кто постоянно упивается, никогда не очищается. Они никогда не задаются вопросами: «Куда мы идем? Где в нашей жизни Бог?»

Телевидение, политика, средства массовой информации — все это могло бы помогать нам стать святыми. Если бы на телевидении пропагандировались высокие жизненные идеалы, нравственные ценности, то это вдохновляло бы людей на добро. Но, как вы знаете, такие вещи не популярны сегодня, а популярно другое, то, что показывают, то, что пользуется спросом.

А мы идем от плохого к худшему, и постоянно меняются наши критерии. Уходит наша прежняя строгость, когда мы звонили на телевидение по мелочам с жалобами и добивались того, чтобы меняли сцены, даже запрещали передачи и каналы из–за того, что народ возмущен или родители протестуют ради своих детей. А сейчас никто ни на что не реагирует. Все принимается с радостью и рукоплесканиями, несмотря на то, что мы христиане. Что тут скажешь? Рекламируют духи — и рядом показывают всю наготу этого мира. Рекламируют машину — опять рядом обнаженная фигура. Поразительное знание и умение манипулировать сознанием человека, однако без малейшего уважения к человеческой душе, которая заражается всем этим и заболевает. То есть они знают, что душа человеческая подвержена влиянию и ее легко соблазнить; они знают психологию человека, делают на это ставку и душевно его разлагают. Они говорят: «Если мы рядом поместим эту привлекательную, соблазнительную, полуголую фигуру, то человек клюнет». Разве не так? Как рыба клюет на наживку, так и они делают. Но разве в этом — уважение к моей душе? И кто из нас протестует против всего этого? Все мы говорим: «Спасибо, спасибо большое. Как хорошо все, что вы нам говорите, все, чему вы нас учите. Мы всё принимаем».

Дорогие мои, нам нужно пробудиться, начать молиться и непрестанно творить Иисусову молитву «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». Эта молитва побеждает суету нашего времени, грязь телевидения, политики, всего скверного, существующего в эту эпоху, и все запутанное расставляет по своим местам. Молитва ко Господу обладает такой силой, потому что в ней мы называем Христа Господом, а это значит, что Он — самое главное Лицо, самая главная цель, самое главное в жизни.

Господь — это всё. Всё — это не то, что показывает телевидение, и не то, что говорят политики, это не пенсии и не биржа; всё — это Господь Иисус Христос, и посему каждый раз, когда ты произносишь Иисусову молитву, ты становишься нормальным человеком, потому что все расставляется по своим местам. И ты понимаешь, что суета — это суета, значит, я не буду к ней приближаться и не буду ей предаваться; что Иисус Христос — это всё, что Он — Господь, и я Ему поклоняюсь, и прошу Его меня помиловать, и стараюсь правильно относиться к Нему, к жизни, к людям. И когда ты научишься иметь правильное отношение ко Господу Иисусу Христу, у тебя появится правильное отношение ко всему.

Духовный человек, по словам Священного Писания, судит всех, видит все, проницает все, а его никто не понимает (см. 1 Кор. 2, 15). Если ты церковный человек, просвещенный Богом, никто тебя не понимает, ты же все понимаешь и видишь: суету, обман, лживость, фальшь. Но помимо этого ты видишь в глазах этих многих людей, выступающих по телевидению, пустоту, бесконечную пустоту, и эта пустота убеждает тебя в их неправоте и в том, что ты имеешь благословение быть рядом со Христом. И ты говоришь: «Господи, благодарю Тебя! Я очень грешен, но хотя бы знаю, Кто — Врач. Я — грешный и пропащий человек, но знаю, где мое отечество; я сошел с пути, но знаю, куда надо вернуться! У меня есть правильный ориентир, и я стремлюсь к нему, а не в ад и не в тартар. Я хотя бы знаю, куда иду, знаю, в какую дверь постучать, знаю, где покаяться, где встать на колени, исповедаться и воззвать к Твоей милости».

Вот в чем разница, а не в том, что мы лучше других. Да мы даже хуже других, потому что мы, христиане, не преобразили мир. Вместо того чтобы преображать мир, служить людям, стать закваской для мира, мы поддаемся миру: мир нас сдавливает, засасывает, как огромная воронка, и втягивает в свою игру, в свою сферу, в свое пространство. Мы бы должны были пробуждать мир, наш взгляд должен бы стать как взгляд одного святого, у которого был дар: он смотрел на человека — и поднимал его дух, смотрел — и одним только взглядом насаждал в человеке рай. Наши же глаза стали похожи на стекляшки, в них нет росы Святого Духа, нет Божией благодати, нет веры, нет ощущения истины. Надо, чтобы на тебя смотрели люди и убеждались. Но мы не убедительны… Хотя и другие люди тоже не убедительны — они просто погружают тебя в наркоз, расслабляют, заставляют забыться, и ты начинаешь идти ко дну. Поэтому вся наша современная мирская жизнь, суета, телевизор и прочее систематически избегают анализа, глубокой мысли, чтобы ты не успевал задумываться о том, что происходит, и не задавался вопросом: «Что происходит? Куда мы катимся? Может быть, я — жертва?»

Подросток в школе как–то сказал мне: «Отче, вы говорите, что стадионы, концерты — все это опасно. А я слышал всякие скандальные истории о священниках. Как мне после этого ходить в храм?» Я сказал ему в ответ: «Знаешь ли ты, что рок–певец, на концерт которого ты ходил, принимает наркотики, увлекается магией, несколько раз разведен, сидел в тюрьме за наркотики и другие вещи (и это все — подтвержденная информация), а ты идешь с восторгом и еще платишь за это деньги. Хотя он тебя не учит чему–то другому, он не является носителем иного духа, как это происходит в церкви, куда ты идешь не ради священника, а ради благодати, которой он наделен и передает тебе. А на концерт ты идешь ради певца, ты делаешь из него бога, поклоняешься ему. Ни в какой церкви не поклоняются людям, ни в какой церкви не поклоняются какому–то отдельному священнику, а поклоняются и служат Христу, и в самый священный момент на богослужении мы говорим: “Един Свят, Един Господь Иисус Христос”. Поэтому мы ходим в храм. А ты услышал какую–то скандальную историю, зациклился на ней, ты анализируешь и задаешься вопросом тогда, когда тебя направляют к этому. А на стадионах, там, где кроются огромные экономические интересы и выгоды, ты не задумываешься, не задаешься вопросом: “Может быть, я жертва? Может быть, меня используют?” Почему–то все эти вопросы мы задаем только относительно Церкви».

Однако молодежь устремляется именно в те места, насчет которых нужно задумываться. Но они не виноваты, потому что никто их не заставляет об этом задумываться. Никто не говорит своему сыну: «Дорогой, в сериале, который ты смотришь в девять вечера, показывают мужчину, и он очень мило себя ведет с девушкой. Так вот эта девушка не его жена, она ему совсем чужая. А взгляд его лукавый, с таким взглядом невозможно создать семью. Если ты будешь подражать этому человеку и научишься так смотреть на людей, то у тебя не получится хорошей семьи, ты разрушишь свой дом, и ребенка своего ты оставишь, и будут разводы».

Разве все не так? Разве все это — мои фантазии? Разве я преувеличиваю? Дай–то Бог. Хорошо, если бы было так. У христианина, когда он смотрит что–нибудь по телевизору, по меньшей мере есть критерий, есть мерило, эталон для сравнения, есть Церковь, Евангелие, и по ним он судит. А у другого нет ничего, он отдается, доверяется, что ему ни скажут, он все принимает на веру.

Сейчас не существует человека, который бы не смотрел телевизора, нет человека без пристрастия к тому, что показывают: спорт, политика, мода, прически, одежда. Проблема не в том, к чему привязан человек, проблема в том, что наш разум зацикливается, пленяется, заболевает тем, что в тот великий час, когда мы увидим перед собой Бога и станем с Ним жить вечно, нам это совсем и ни в чем не поможет.

* * *

Расскажу вам одну историю «опыта после смерти». Некий человек умер, душа его покинула тело, однако потом вернулась. Он действительно видел вечную жизнь и сказал себе: «Если Бог сулит дать мне еще несколько лет, то я больше ни разу не сделаю того, что делал. То, что я увидел, заставило меня понять: жизнь — это очень серьезно, это не шутка, чтобы прожить ее кое–как, в суете; существует искуситель, который радуется, когда мы теряем верный ориентир. Впредь буду внимательным. Не буду придавать первостепенного значения ни прическе, ни одежде, не буду отдавать свое сердце этому». Вот что сказал этот святой, который умер, ожил, а потом знаете что сделал? Он укрылся в пещере и провел прочие дни жизни своей в молитве и покаянии. Может, тебе жаль его и ты говоришь: «Бедный, он не знает, чего лишается, каких удовольствий!» А он жалеет тебя, потому что ты тоже окажешься там, где был он, и не знаешь, что там встретишь. А он знает, потому что был там, видел все и вернулся.

Мы не можем игнорировать опыт святых людей, учение Христа, Который возвещает нам истину и просвещает нас. Мы должны видеть мир так, как Христос нас учит его видеть, понимать, какой обман кроется в мире, чтобы мир нас не пленял. Мы должны жить в этом мире, но быть не от мира сего, жить своим собственным безумием, наилучшим безумием — Божиим. Чтобы мы были не безумными, а бого–безумными, безумными Бога ради. Только так мы можем выстоять в жизни, только так можем сохранить свой ум чистым в эту столь нечистую эпоху.

Только в том случае, когда будет землетрясение, мы уже не будем говорить, что оно произошло из–за столкновения литосферных плит, а будем знать: земля, по которой мы ходим, ненадежна. Или, если случится пожар, нужно помнить:наше жительство — на небесах(Флп. 3, 20); нам нужно покаяться, признаться в том, что мы неправильно относимся к жизни, и потушить этот пожар слезами покаяния.

Ветхозаветная история показывает, что люди жили в грехах, блуде, делали аборты, занимались магией, совершали убийства, чинили всякую неправду. Все это, к сожалению, происходит и в наших домах, и на нашей родине. Все это вызывает Божие неодобрение, Божий гнев. Божия благодать не может почивать в такой атмосфере, в такой стране, в таких домах, в таких душах.

Надо, чтобы наш ум вернулся на свое место. Но, к сожалению, это не так легко сделать. Бог посылает нам испытания, дает нам уроки, пока мы не покаемся. Мы должны прийти к покаянию. Покаяние — единственный выход.

Перевод — Станка Косова