Небесный мир «идей», известный из платоновской философии, у христиан был заменен ангельским миромasomatoi, внетелесных существ. Это облегчило представлениеСофиив образе ангела. ВЛествице Иаков–ля,книге об ангелах, о. С. Булгаков утверждает, что именно они, и в особенности ангелы–хранители людей, Церквей, наций, стихий и т. д., являются частью тварной Премудрости и соответствуют тем началам, которые еще Платон именовал идеями. «Христианский смысл и истина платонизма, — пишет о. С. Булгаков, — раскрывается только в ангелологии, как учении онебеиземлев их взаимоотношении». Идеи Платона «существуют не как логические отвлеченности и схемы вещей, но как ипостасные сущности, ангелы Слова»[1759].

Ангелы видят лицо Бога, говоритЕвангелие от Матфея(18, 10), они суть истинные созерцатели, и потому знают «то, к чему устремлены вещи»[1760], замыслы Промысла, «вечные идеи» плана творения. Кроме того, в иудейской традиции именно ангелы являются проводниками божественной миссии в мире[1761]. И это не противоречит тому, что мы говорили раньше, ибо «божественные идеи» — это сила, действующая в реальности, той самой реальности, которая открывает нам вечные замыслы.

Все это соединено в образеСофии,называемой «ангелом–хранителем твари», ведущем Вселенную к ее конечной цели[1762].

Иоанна Крестителя еще со времен Оригена связывали с ангелами, ибо он был «ангелом», посланным пред лицом Спасителя (см.:Мк.1,2), «гласом» Слова Божия (Мф. 3,3). А значит и ему принадлежит место среди образовСофии[1763].