Апология Кодрата не сохранилась до нашего времени. Евсевий имел ее и из чтения ее вывел заключение, что она блестящим образом свидетельствует об уме автора и верности его апостольскому учению; но он сообщает только одно место из нее для доказательства древности Кодрата, и цитата действительно подтверждает его положение. Иероним в своих сообщениях о Кодрате основывается на Евсевии и сам не видел апологии. И вообще, кроме Евсевия относительно апологии Кодрата существует только одно древнее известие, которое, может быть, доказывает, что она была еще в VI в. В реферате патр. Фотия о десяти книгах епископа Фессалоникского Евсевия против афтартодокета монаха Андрея (Biblioth.162)читаем:Παρατίθησι бе(Евсевий)...τάς άποδις... 4к των λογάδων πατέρων(названы Афанасий, три Григория, Василий, Златоуст, Кирилл Александрийский, Прокл),άλλα δή καΐ Μεθοδίου του ίρομάρτυρος και Κοδράτοιτ ών ένίων και ρήσεις τινάς ό 'Ανδρέας άποσπαράξας καΐ παραπλασάμ€νος κτλ.(т. е. Евсевий сопоставляет доказательства из важнейших выражений отцов, а также священномученика Мефодия и Кодрата: некоторые выражения некоторых из них Андрей вырвал из связи и перепутал). Так как среди древних писателей известен только один церковный писатель с именем Кодрата, и именно апологет Кодрат, и так как, далее, Фотий в своем перечислении отличает Мефодия и Кодрата от прежде названной группы отцов, можно полагать — вследствие большей древности их, то весьма вероятно, что Евсевий Фессалоникский приводил изречения из апологии Кодрата. Но нет возможности установить, имел ли сам он древнее апологетическое произведение, или же пользовался только извлечениями из него у других писателей, например, у Мефодия; не исключена возможность, что Евсевий Фессалоникский знал единственный отрывок ее, сохраненный Евсевием Кесарийским. В позднейшее время совершенно не видно следов существования апологии и пользования ей.

Недавно А. di Pauli[329]старался доказать, что апологию Кодрата можно восстановить на основании «Послания к Диогнету», которое будто бы является позднейшей переработкой этой апологии. Но это научное предприятие можно отметить только как неудачный опыт: оно не имеет под собой никаких оснований.

Если суждение Евсевия о достоинствах апологии Кодрата правильно, — а сомневаться в этом нет оснований, — то в этой апологии, написанной в защиту христианской веры (örep τηςκαθ' ήμαςθοσφΕΐας),утрачено произведение древнецерковного писателя высоких умственных дарований, имеющее важное значение для истории христианского учения как верно отражающее апостольскую проповедь. Но при наших весьма скудных сведениях о личности апологета Кодрата и его произведении мы можем извлечь из имеющихся данных только то заключение, что христианская специально-апологетическая литература началась в царствование Адриана произведением Кодрата.