
Церковь здорового человека
Религия – в нормальном случае, не искаженном человеческими страстями – учит осознанности. То есть привычке как можно чаще задавать себе вопрос: «А что я вообще делаю и зачем?»

Религия – в нормальном случае, не искаженном человеческими страстями – учит осознанности. То есть привычке как можно чаще задавать себе вопрос: «А что я вообще делаю и зачем?»

О своем пути к вере рассказывает православный блогер Инна Кожина («Инстаграм» – innavladam).

Роман Кирченко делится личными переживаниями от встречи с Живым Богом и своей переоценкой путей, ведущих к Нему...

Размышления о пути в Церковь и о том, почему не хочется обратно. Буквально на днях исполнится восемь лет, как я стал осознанно ходить в церковь.

Я никогда не любил Богородицу. Как все верующие - почитал, совершал поклоны и, когда упоминалось Ее имя, на богослужении и в утренних - вечерних молитвах, произносил слова, величания, просьбы... Однажды все изменилось.
Александр Мозжерин человек разносторонний – преподавал одновременно токарное дело и основы законодательства. И очень домашний – любил ходить за грибами и париться в бане, работал руками. Инсульт лишил его и работы, и любимого досуга. И теперь Алексан...

Многие православные не знают, как справляться со своей сексуальностью. Поэтому при встрече с ней бросаются из крайности в крайность - от болезненного переживания своей плохости и невротической невозможности вступить в интимные отношения в браке к выводу о нормальности любых путей реализации своей сексуальности - включая рукоблудие и гомосексуальные отношения. К выводу о нормальности люди часто приходят после долгих лет безуспешной борьбы и понимания, что эта борьба и мысль о своей плохости не приближает их к Богу. Мы публикуем это свидетельство в помощь тем, кто измучен этой борьбой - в надежде, что оно поможет им найти царский путь по-настоящему христианских отношений со своей сексуальностью, без упомянутых выше крайностей.

О проблеме греха онанизма или рукоблудия, а в медицинских терминах – мастурбации – в церковной среде почти не говорят. А когда говорят – бросаются из крайность: от самоуничижения к позиции “разрядка естественна, что тут такого?

Житие Марии Египетской в контексте личного опыта. « Смущаюсь, отче, рассказывать тебе о бесстыдных моих делах.

Как бы мы не хотели к Богу, ни любили Его, наши грехи могут мешать нам. И исповедь нужна для того, чтобы разрушить стену между нами и Богом.