Апокалипсис — самая спорная книга Библии. Одни видят в ней зашифрованное пророчество о конце мира, другие — источник вдохновения для социальных и политических теорий, третьи — предмет для бесконечных споров о «шестерках» и «звере».

Архимандрит Феогност (Пушков) предлагает прочитать книгу иначе: в ее прямом историческом контексте. По его убеждению, оригинал говорит не о далеком будущем, а о событиях 68–69 годов — гражданской войне в Риме, Иудейской войне, Лже-Нероне и ожидании скорого конца.

Если в Библии нужно найти самую проблемную книгу, чтение которой принесло христианству больше всех внутренних и внешних проблем, то, без сомнения, это будет Апокалипсис!

С другой стороны, Апокалипсис — это книга, породившая массу глубоких социальных и политических теорий. Люди, не зная ее оригинального смысла, то и дело увлекались ее яркими образами и встраивали их в современную ситуацию. Тем, кто поумней, Апокалипсис служил источником глубоких размышлений о базовых принципах политики, социологии, власти, государства[1]. 

Другие — и таких немало — строили вокруг книги примитивные картины, видя в ней предсказания о картошке, табаке или о замене двуперстия троеперстием.

Но беда в том, что даже критики примитивного толкования Апокалипсиса наступают на те же грабли, что и отслеживающие три шестерки в штрихкодах. Вот, к примеру, рассуждения советского историка античной философии А. Ф. Лосева:

«Совершеннейшей безвкусицей и полнейшей беспредметностью надо считать всякие попытки богословов "разгадать" повествование Моисея с точки зрения современных научных теорий. Общеизвестны также вольные упражнения "богословов" в "толковании Апокалипсиса". Несмотря на то, что классическая патристика старательно избегала такого толкования, несмотря также на то, что под сложные образы Апокалипсиса можно подставить сотни исторических фактов, — все-таки число этих "апокалиптиков" не уменьшается, но, пожалуй, даже увеличивается. Обычно, кто из "верующих" не умеет философски и диалектически-догматически мыслить, тот занимается "толкованием Апокалипсиса", ибо мечтать всегда было легче, чем мыслить. Никак не хотят понять, что миф надо трактовать мифически же, что мифическое содержание мифа само по себе достаточно глубоко и тонко, достаточно богато и интересно и что оно имеет значение само по себе, не нуждаясь ни в каких толкованиях и научно-исторических разгадываниях. Кроме того, Апокалипсис есть "откровение". Какое же это будет откровение, если вместо буквального понимания всех этих поразительных апокалиптических образов мы предоставим право каждому подставлять под любой образ любую историческую эпоху или событие?»[2].

С одной стороны, он справедливо осуждает «разгадывание» чисел и зверей по отношению к современности. С другой, вместо историко-критического анализа уводит читателя в болото мистицизма, настаивая на мифичности оригинального текста. Но Апокалипсис — не миф, а построенное в виде загадки повествование о современных автору исторических событиях. Если уж на то пошло, то бестиарий Апокалипсиса служит не мифологическим, а конспиративным целям: засекретить именно современную ситуацию (а не далекое будущее), дабы не подставить под удар со стороны государственных репрессивных структур автора и читателей книги.

Однако проблема Апокалипсиса — это ярко выраженная проблема всего корпуса Библии! Все «благочестивые», «типологические», «аллегорические» и прочие «высокодуховные толкования» оказываются просто вымыслом, фантазией. Адекватное толкование как Апокалипсиса, так и всей Библии может быть только научно-критическим, историко-филологическим. Но если в отношении других книг Писания «осторожно-благочестивые» толкования иногда позволяют обойти острые вопросы, то с Апокалипсисом это не удается: каждая попытка вывернуть его наизнанку только обостряет проблему.

Место патмосского Апокалипсиса в апокалиптической библиотеке

Фундаментально важно понимать, что Апокалипсис не стоит особняком, а принадлежит к довольно объемной библиотеке — без знания которой мы ничего не поймем в патмосском Апокалипсисе. Иоанн не является ни автором жанра, ни автором образов, ни создателем идей — общие «догматические» постулаты апокалиптической теологии были заложены еще во II в. до н. э. неизвестными авторами «Книги Даниила пророка» (ее 1-я часть, т. е. главы 1–6, и 2-я часть, т. е. главы 7–12, написаны разными авторами). А эти последние, в свою очередь, опирались на иранскую (зороастрийскую), назовем ее так, «философию истории».

Жанр апокалиптики зародился на почве вавилонской математики и астрологии: знание законов и порядка «небесных светил» попытались применить к событиям человеческой истории. До наших дней, к сожалению, дожила вера в то, что цифры и математические расчеты определяют личную жизнь и судьбы мира. Все, что «звездочет» накручивал себе в голове, воспринималось как «откровение богов».

У иудеев были непростые отношения со всей этой мантикой и астрологией. С одной стороны, они пытались отвергнуть идею зависимости судеб мира от звезд и цифр. Наоборот — провозглашали Бога Небесного единственным сувереном истории. Так «персидский Исаия» (т. е. автор, продолжатель Книги Исаии, начиная с 40-й главы, писавший около 539 г. до н. э.) пытается опровергнуть оракула вавилонян, говоря, что только Господь может возвещать миру о своих намерениях (см. Ис 41:18–29). Хотя этот автор не говорит о глобальных судьбах мира и дело касается локальной судьбы Израиля.

С другой стороны, среди иудейских теологов того времени было немало и таких, кто сильно увлекся вавилонскими и персидскими влияниями. Среди них, во-первых, автор первой части псевдоэпиграфической Книги Даниила (1–6-я главы). Там впервые встречается фундаментальное для всей последующей экзегетики понятие «raza» (тайна) — заимствованное в еврейском языке как раз из персидского и переводимое обычно как «тайна». В 1-й части Дан оно встречается 9 раз (2:18, 19, 27, 28, 29, 30,47; 4:4, 6).

Суть этого «толкования» довольно проста: взять любое древнее Писание своей религии и, применив творческое воображение, с помощью игры с текстом и цифрами (напоминающей более поздние эзотерические практики), «вычитать» в них все, что тебе необходимо касательно текущей ситуации или ближайшего будущего.

Не нужно думать, что персы придумали этот метод. В ту эпоху стремительного развития письменных культур остро стоял вопрос: что делать, по мере развития народа, с его древними — довольно примитивными — письменами? Чем больше развивался народ, тем очевидней становилась примитивность его прошлого. Но читать эпосы и мифы «для общего развития» тогда не умели. Если есть текст, он должен быть важен и для современников.

Греки примерно в это же время придумали аллегорическое толкование Гомера и Гесиода вкупе со всей мифологией. Впоследствии Геродот и Фукидид у греков заявят, что историю нужно знать чисто в стратегических целях — чтобы учиться на ошибках и достижениях прошлого. Но это — у греков. Вавилоняне же считали, что древние тексты «не простые», в них есть «тайны» и их просто нужно «уметь разгадывать». Эти тексты превратились в средства манипуляции со стороны жрецов как народом, так и царями.

Не стоит упрекать иудеев в том, что они восприняли общие для той эпохи приемы работы с древними текстами. Все исторические цивилизации обращались вспять в поисках «золотого прошлого» и «находили» его в своих самых древних и довольно скупых памятниках письменности.

Итак, Книга Даниила! Она написана в разное время разными авторами, поэтому в одной книге мы имеем не один, а сразу два апокалипсиса:

1. Дан 2 — видение об истукане. Это — первый иудейский апокалипсис[3]. Он заканчивается селевкидо-птолемеевской эпохой с твердым утверждением: «И во дни тех царств Бог небесный воздвигнет царство, которое вовеки не разрушится, и царство это не будет передано другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно» (Дан 2:44).

2. Дан 7–12 — это уже второй апокалипсис, он продолжает тему первого, но более конкретизирует исторический контекст. Твердо установленный факт — он написан в разгар «маккавейского восстания», т. е. по следам осквернения Храма при Антиохе Епифане, но незадолго до смерти Епифана (где-то летом 164 г. до н. э.), так как обстоятельства пророчествуемой смерти Епифана (ноябрь 164 г.) изложены в Дан неверно. В этом апокалипсисе та же самая идея: после переживаемого «нами» «воссядут судьи и отнимут у него [Епифана. — Прим. авт.] власть губить и истреблять до конца. Царство же и власть и величие царственное во всей поднебесной дано будет народу святых Всевышнего, Которого царство — царство вечное, и все властители будут служить и повиноваться Ему» (Дан 7:26–27)[4].

3. На этой апокалиптической волне возникали все новые и новые апокалипсисы — это 1 Енох, Юбилеи и разные пэшеры (метод толкования, «прочитывающий» древнюю историю и пророчества в «современном» автору комментария контексте) иудейской Пустыни (Кумранская библиотека). Мы не будем здесь подробно рассматривать все эти апокалиптические произведения, отметим только следующие основные черты, без понимания которых невозможно понять Апокалипсис Иоанна:

(a) Автор остро переживает социальную и прочую несправедливость «текущей истории» и именует это время как «время тьмы», «век Кривды» и т. п.

(b) Автор уверен, что живет при «развязке» исторических событий и уже «вот-вот» наступит Царство Господа: Господь свергнет с земных престолов всех злодеев, победит космическое зло и Сам воцарится, поставив на земле Своего Наместника — «Сына Человеческого», который и будет править от Лица и Имени «Предвечного Отца». И это царство уже будет вечным!

(c) Автор уверен, что обладает особым «духовным чутьем», позволяющим ему «раскрывать тайны Писания», т. е. толковать древние священные тексты в применении к текущей ситуации. Это тоже важно! Все последующие апокалиптики будут в дальнейшем ориентироваться на Книгу Даниила как на архетип всей апокалиптической традиции.

(d) Наконец, все гематрии и бестиарии апокалипсисов создаются не для того, чтобы зашифровать некое далекое будущее и сделать «предсказание» о нем максимально непонятным. Наоборот! Все зашифрованное находится в современном для автора мире, потому приходится использовать шифры, скрываясь от репрессивных органов действующих на тот момент политических сил. Иными словами, перед нами апокриптический (не путать с апокрифическим) или конспиративный метод написания текста.

Авторство

Библейской науке уже давно очевидна непринадлежность Апокалипсиса тому же автору, что и «корпус Иоанна» (Евангелие и 1–3-е Послания)[5]. Что мы знаем об этом авторе?

Сам он о себе сообщает, что 1) его зовут Иоанном; 2) он был на острове Патмос; 3) причина пребывания на острове — «ради слова Божьего и свидетельства Иисуса» (Откр 1:9); также 4) очевидна его связь с Малой Асией, т. к. пишет он послание свое именно семи Церквам Малой Асии (Откр 1:4).

К сожалению, позднейшие читатели этого текста сделали неверный вывод, что Иоанн был в качестве ссыльного. Известно, что император Домициан ссылал на Патмос «неблагонадежных» граждан. Так, Дион Кассий сообщает, что Нерва (преемник Домициана) «разрешил вернуться домой сосланным прежде на Патмос»[6]. Видимо, отсюда у кого-то возникла ассоциация пребывания Иоанна на острове со ссылкой при Домициане. А поскольку Домициан — это 81–96 гг., то христианские писатели начали наперебой повторять, что «Апокалипсис был дан Иоанну …под конец царствования Домициана» [Iren. Adv. haer. V:30:3; ср: Euseb. HE. III:18:1–3; 20:9; Tertull. De praescr., 36; Clem. Quis div., 42].

Но внимательное чтение этой книги отправляет нас ко временам Нерона и Лже-Нерона I (67–69 гг.) в Риме и к разгару Иудейской войны (66–71 гг.) в Иудее и Галилее. А пребывание Иоанна на Патмосе абсолютно никак не связано с мнимым узничеством: фразу διὰ τὸν λόγον τοῦ Θεοῦ καὶ τὴν μαρτυρίαν Ἰησοῦ можно прочесть как в пассивном, так и в активном залогах: «Я был отправлен туда за то, что проповедовал слово Божье и свидетельствовал об Иисусе» (пассивный залог); «Я отправился туда, чтобы проповедовать Слово Божье и свидетельствовать об Иисусе» (активный залог). Но кто-то из толкователей решил привязать пребывание Иоанна на Патмосе со ссылкой при Домициане, а отсюда уже пассивный залог прочтения напрашивался как единственно верный.

Автор — иудей, очень плохо говорящий и пишущий по-гречески, зато хорошо «думающий» по-еврейски. Он мог быть одним из тех миссионеров, которые отправились по всему миру проповедовать Евангелие Христа! До него доходили слухи о том, что происходит в мире: о начале Иудейской войны, о суициде Нерона и о появлении Лже-Нерона, собирающего коалицию восточных царей, чтобы сначала завоевать Рим («Суд над блудницей» в Откр), а затем двинуться и на Иерусалим — чтобы закончить Иудейскую войну (которая перешла в вялую стадию из-за переворотов в Риме).

Возможно, он вообще был одним из малоасийских христиан, но его очень плохое знакомство с греческим языком говорит в пользу его происхождения в округе Иерусалима. Что не исключает его связь с Малой Асией.

Структура текста

Апокалипсис — это не одна «сплошная кинолента», а несколько серий картин, относящихся к одному и тому же периоду. Это важно учитывать. Т. е. одна серия не обязательно является «предшествующей» для следующей серии. Скорее — это смена ракурса:

1. После Введения (1–4-я главы) «Первая серия видений» — это Книга с семью печатями (5:1 — 8:1). Здесь описан общий ход истории кризиса: война (рыжий конь) — голод (вороной) — смерть (бледный), вопли страдальцев и природно-экологические катастрофы, которые, как правило, сопровождают кризис цивилизаций, ибо имеют антропогенный характер.

2. Семь труб (8:2 — 11:19) начинают с природных катаклизмов, затем переходят к военной коалиции (о которой потом будет сказано в 16:12–16), и завершается все в Иерусалиме, храм которого еще стоит. Т. е. перед нами краткая зарисовка для будущих сцен.

3. Явление Жены (12:1–17).

4. Явление морского зверя, олицетворяющего Римскую империю (13:1–18).

5. Небесная литургия — прелюдия к новым видениям (14–15-я главы).

6. Видение 7 чаш гнева Господа, где первые 4 опять ознаменуют начало природных бедствий, 5 — об эпидемии в Риме, 6 — Евфрат пересыхает, чтобы дать дорогу коалиции Лже-Нерона I в сторону Армагеддона и 7 — крушение Рима (16-я глава).

7. Суд над Римом (17–18-я главы).

8. Начало суда Божьего: Царь Царей низвергает оставшиеся части коалиции врагов вместе со зверем (Лже-Нероном) и лжепророком в озеро огненное (19-я глава).

9. Продолжение суда: суд над сатаной, который станет узником на 1000 лет, и начало этого самого 1000-летнего Царства и первого воскресения, где воскреснут далеко не все. По завершении 1000 лет — сатана будет отпущен, война всех племен земли во главе с Гогом и Магогом против Иерусалима, их окончательная гибель и новое — уже всеобщее, второе, воскресение мертвых и конечный суд (20-я глава).

10. Вечное Царство Бога со столицей в Новом Иерусалиме (но это все равно земной, а не небесный город, т. к. он спускается с небес на землю, а не наоборот), где Правитель — Христос (21–22-я главы).

Основные образы Апокалипсиса

Здесь нет возможности расписать все образы и картины, которые рисует патмосский тайнозритель, — мы остановимся на фундаментально значимых.

«Рассмотрим, например, описания судов семи труб (8:6 — 9:21) и семи чаш (16:1–21). Они образуют очень схематизированный литературный образец, который сам передает их значение. Их содержание предполагает, среди многих такие вещи, как язвы Египта, которые сопровождали исход, падение Иерихона от армии Иисуса Навина, войско саранчи, изображенное в пророчестве Иоиля, синайскую теофанию, современный страх перед вторжением парфянской кавалерии, землетрясения, с которыми довольно часто встречались города Малой Азии... Иоанн принял некоторые из худших переживаний его современников и худшие опасения войн и стихийных бедствий, усилив их до апокалиптических масштабов и отослал их к библейским аллюзиям. Смысл не состоит в том, чтобы предсказать последовательность событий. Смысл в том, чтобы раскрыть и исследовать цель Божьих судов, которые надвигаются на грешный мир»[7].

Вулкан

Большинство комментаторов Откр 8:8–9 почему-то видят тут аллюзию на Везувий — самое громкое извержение вулкана. Но оно произошло намного позже составления Апокалипсиса. Возможна и другая параллель, например, из описания Эфиопии Плинием Старшим:

«Эфиопия занимает [в Обитаемом мире] место от зимнего восхода солнца до зимнего захода солнца... В средней ее части пылает вечным огнем высокая гора, нависшая прямо над морем, которая названа греками "Теон охема"» (Plinius Maior. Naturalis Historia, VI, 35, 197). «Во время союзнической войны остров Гиера из числа Эоловых островов, расположенных посреди моря напротив Италии, горел вместе с прилегающей к нему полосой моря, пока депутация сената не выполнила умилостивительных обрядов. Наибольшая же сила извержений наблюдается на Эфиопском хребте, на горе под названием Теон-Охема, где бушующее пламя выбрасывается навстречу солнечному жару. Вот сколь разнообразны и многочисленны пожары, которыми Земля воспламеняется силой природы вещей» (Plinius Maior. Naturalis Historia, II, § 238). В тексте описывается сильное вулканическое извержение, произошедшее в период Союзнической войны (91–88 гг. до н. э.) в Древнем Риме. Затем упоминается активно извергающийся вулкан Камеруна (Θεῶν ὄχημα — «колесница богов»).

Но Откр 8:8–9 может относиться не только к вулканам, а и к землетрясениям. А в правление Нерона было два мощнейших землетрясения, последствия которых — по описаниям — очень похожи на то, что имеем в Откр:

(1) 5 февраля 62 года мощное землетрясение (магнитудой около 5–6 и интенсивностью до 9–10 баллов) серьезно разрушило Помпеи, Геркуланум и затронуло Неаполь. Погибло много скота, были повреждены храмы, дома и водопроводы. Эту катастрофу детально описывает учитель Нерона — Сенека Младший в «Естественных вопросах»[8]. И Тацит[9].

(2) Землетрясение в Лаодикии (по разным источникам — между 62 и 64 гг.): Мощнейший подземный толчок полностью разрушил Лаодикию во Фригии (Малая Азия), а также пострадали Колоссы и Иераполис[10].

Звезда Полынь

«Большая звезда, горящая подобно светильнику» (Откр 8:10–11). Плиний сообщает, что «во время принципата Нерона комета на западе горела свирепо и почти беспрерывно» (Plinius Maior. Naturalis Historia, II, § 92).

Затмение

Откр 8:12 говорит о колоссальном затмении солнца, луны и звезд.

Скорее всего, все три образа (связанные вместе, а точнее — все четыре первые трубы ангельские) не относятся к какому-то конкретному событию, а являются лишь образами.

Вера в непременное сопутствие природных бедствий социальным кризисам — locus communis всех апокалиптиков!

Храм и 42 месяца

«И дана мне трость, подобная жезлу, и сказано: встань и измерь храм Божий и жертвенник, и поклоняющихся у него. А внешний двор храма исключи и не измеряй его, ибо он дан язычникам: они будут попирать святой город сорок два месяца. И дам двум свидетелям Моим, и они будут пророчествовать тысячу двести шестьдесят дней, будучи облечены во вретище. Это суть две маслины и два светильника, стоящие пред Богом земли» (Откр 11:1–4, ср.: 12:6, 14).

Во-первых, перед нами именно Иерусалимский храм — и он еще стоит и функционирует. «Внешний двор» — тот самый двор, куда язычники могли входить и где Иисус за неделю до Распятия разгромил торговые точки.

Во-вторых, перед нами время «языческой оккупации» Иерусалима — 42 месяца. Откуда взято это число? — Из Книги Даниила! Там несколько событий вращаются вокруг полутора лет (42 месяца = 3,5 года). То говорится 1150 днях без жертвоприношений (в Дан 8:14 дает число 2300 не-принесенных жертв утром и вечером, что равно 1150 дням). То говорится о 1290 и 1330 днях (Дан 12:11–12). Но иудейские апокалиптики I в. н. э. не знали, что Дан написан по следам истории с Антиохом Епифаном — они свято верили, что это предсказание «о современных событиях». Точкой отсчета «попирания язычников» является начало Иудейской войны в мае 66 г. Запомним этот нюанс. Он дальше позволит нам четко установить время написания Откровения.

В-третьих, упомянуты два проповедника, которым надлежит все это время проповедовать и принять смерть от «зверя». Едва ли удастся их идентифицировать с какими-то историческими лицами — скорее это очередное отражение веры в то, что перед наступлением Дня Господнего будет послан Илия (Мал 4:5) и Енох. Имя второго в иудейской апокалиптике имеет статус не ниже Моисея и Илии.

Другие моровые язвы

«Пятый Ангел вылил чашу свою на престол зверя: и сделалось царство его мрачно, и они кусали языки свои от страдания, и хулили Бога небесного от страданий своих и язв своих; и не раскаялись в делах своих» (Откр 16:10–11). «Престол зверя», очевидно, — Рим. Вот как Светоний и Тацит описывают закат царства Нерона (события 65 г.): «К злоключениям и бедствиям виновником которых был Нерон, судьба прибавила и другие: xуму, которая за одну осень внесла в погребальные списки 38 000 человек»[11]. «Этот год, омраченный столькими злодеяниями, боги отметили также бурями и моровым поветрием. Вся Кампания была опустошена вихрем, который, повсеместно сметая постройки, плодовые деревья и урожай, донес свою ярость до самых окрестностей Рима»[12].

Жена с луной под ногами (Откр 12)

Как только не перекручивали этот образ толкователи за минувшие 2000 лет! Это и Мария, и Церковь. Увы, ни Та, ни другая! Ведь Жена из видения дает жизнь Младенцу, которому надлежит пасти народы и который вознесен к Престолу Всевышнего. Это явно не Церковь (ибо Иисус не Сын Церкви, а ее Господь и Жених), но и не Мария (ибо Она не бегала по пустыни после Вознесения Сына).

Образ дракона как символ языческой империи использовал и Иеремия: «Пожирал меня и грыз меня Навуходоносор, царь Вавилонский; сделал меня пустым сосудом; поглощал меня, как дракон; наполнял чрево свое сластями моими, извергал меня» (Иер 51:34).

«Иоанн с Патмоса был погружен в писания пророков; он заимствовал у них образы: Израиля как женщины (Ис 26:16–18) и "народов" как чудовищ, угрожающих ему; он изобразил Рим так, как Исайя и Иезекииль нарисовали Вавилон в своем воображении около шести сотен лет до того. Иоанн изменил видение Исаией Израиля как женщины, рожающей в муках, сделав его центральной драмой своего пророчеств, когда ему потребовалось трактовать борьбу, с которой он и другие последователи Иисуса тогда столкнулись. Уверовав в Исайино предвидение, которое свершилось — Израиль дал рождение мессии, Иисусу из Назарета! — Иоанн представляет его как "Жену, облаченную в солнце", которая является угрозой для "большого красного дракона с семью головами и десятью рогами". Страшный дракон яростно преследует ее, чтобы пожрать ее дитя в момент рождения: так Иоанн характеризует римскую власть, которая погубила Иисуса.

Но Иоанн хочет показать: несмотря на то, что римлянам удалось убить иудейского мессию, Иисус на самом деле спасся от них, "уйдя на небо". В то время как матерь его, Израиль, бежала в пустыню. Теперь Иоанн изображает дракона, жестокую и беспощадную власть, воплощенную в Риме, которая развязала гонения на людей Божиих»[13].

Отметим, что такое понимание (Жена = Израиль) вполне соответствует историческому контексту: «Бегство в пустыню» в 60-е годы Ι в. было не у Церкви, а именно у Израиля. Хотя вполне возможно, что Иоанн имеет в виду бегство иудеохристиан в Пеллу и Петру. И на голове ее венец из 12 звезд — это 12 колен Израиля!

Зверь с семью головами и десятью рогами

«И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, а пасть у него — как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть» (Откр 13:1–2; ср. 17:3).

Рим для всей Азии и всего Средиземноморья — держава морская, а потому и зверь «выходит из моря». Семь царей — это семь принцепсов Рима (см. ниже).

А вот 10 рогов — это число, видимо, условное, обозначающее вассальные царства, фактически подчиненные Риму (Откр 17:12). Эту систему «дружественных царств» заложил еще Цезарь, но придал ей официальный статус на договорной основе все тот же Август. Эти цари именовались reges socii et amici populi romani («цари — союзники и друзья римского народа»). Одним из таких царств была Иудея во времена Ирода Великого и затем — в статусе тетрархий. Формально она именовалась «царством» с легкой руки Юлия Цезаря, но фактически даже престолонаследие осуществлялось там только по решению Рима.

Вот навскидку несколько вассальных царств, которые формально существовали как «независимые», но реально без санкции Рима не могли и шагу ступить:

1. Иудея.

2. Фракия (аннексирована 46 г. н. э.).

3. Мавретания в Африке (до 40 г. н. э.).

4. Коммагена на Евфрате (полностью аннексирована Римом в 72 г. н. э.).

5. Понт (царь Полемон II передал скипетр как раз Нерону в 64 г.).

6. Эмесское царство (независимо до 70-х гг. н. э.).

7. Малая Армения (в Малой Асии — аннексирована Веспасианом в 72 г.).

8. Боспорское царство (в I в. н. э. чеканило монету, где на оной стороне был римский принцепс, а на другой — боспорский царь).

9. Иберское царство (части современной Грузии — в том же статусе вассала «с широкой автономией»).

10. Лазское царство (аналогично Иберскому — своему соседу).

11. Британские племена имели статус малых государств, и каждое племя лично заключало вассальный договор с Римом — полная аннексия не завершилась и к 90-м гг. I в. н. э.

Автор Апокалипсиса мог не знать «точного числа» вассалов Рима, но слышал, что их «где-то плюс-минус десять». Именно эти народы (которые, по зову Лже-Нерона I, должны принять участие в походе против Рима), по мысли автора Апокалипсиса, и разрушат Рим (Откр 17:16).

Семь царей

«…и семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет, не долго ему быть» (Откр 17:10).

Как только не пытались провертеть этот список имен те, кто датируют Апокалипсис концом I века! Ведь к этому времени императоров Рима было далеко не 7 и не 8.

Но ошибка допускается еще и в том, кого ставят на место № 1. Большинство ставят сюда Юлия Цезаря — и сильно ошибаются! Первым «царем» Рима был Октавиан Август. Именно он считается официально первым римским императором (хотя формально он ввел так называемый «принципат» от лат. princeps — «первенствующий»). Именно с присвоения Октавианом себе двух титулов «Август» (Священный) и «Принцепс» (Первенствующий) начинается история Рима как империи.

(а) Вот 7 «царей» Рима: Октавиан — Тиберий — Калигула — Клавдий — Нерон (умер в июне 68 г.) — Гальба (июнь 68 — январь 69) — Отон.

(b) На момент написания апокалипсиса у власти был Гальба (и Лже-Нерон I еще не был сражен). Но дошли слухи о конфликте с Отоном, который, скорее всего, сменит Гальбу. Но «когда Отон придет, не долго ему быть», потому что автор уверен: судьба Рима уже предрешена и Лже-Нерон с коалицией союзников «осуществит волю Бога» касательно Рима, т. е. сотрет его с лица земли.

Зверь с исцеленной раной (почему «восьмой из числа семи»?)

«И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Откр 17:11, ср. 13:3).

«После смерти Нерона стала ходить легенда о Нероне воскресшем (Nero redivivus). Рассказывали, что он не умер, но только скрылся, бежал в Парфию, скоро вернется с помощью парфянской конницы, отомстит своим врагам в Риме и снова займет свое место императора»[14]. Эту легенду создали под самозванца (древнего прототипа для обоих Лжедмитриев). Лже-Нерон мыслится как «восьмой», но войти в историю он пытается под именем «одного из числа семи».

Кто такой этот Лже-Нерон?

Все исследователи согласны с тем, что этот «восьмой из числа семи» — Лже-Нерон. Но большинство назначают на эту роль Терентия-Максима, выступившего в 79–80 г. Однако это был уже Лже-Нерон II (а всего их было три), а Лже-Нерон I выступил как раз в 68 г. — вскоре после суицида настоящего Нерона! Имя этого самозванца не сохранилось. Но, по сообщению Тацита, он был внешне и по характеру похож на Нерона, и так же, как император, был умелым актером.

Этот самозванец был не то вольноотпущенником из Италии или Понта, не то простолюдином из Греции. Вскоре он сделал своей резиденцией остров Цитну (современный Китнос) в Эгейском море. Восстанием были охвачены многие легионы по империи. Устранен был Лже-Нерон I при Гальбе (июнь 68 — январь 69), т. е. как минимум полгода он правил [15].

Этот самозванец послал своих эмиссаров как раз как к формальным союзникам Рима (убеждая их, что он и есть настоящий император), так и к парфянам — давним врагам Рима (суля им в походе добычу). Но его планы не осуществились.

Критики говорят, что автор-иудей не мог знать про китносского Лже-Нерона I, т. к. о нем молчит Флавий и в Иудее он вообще не был «представлен». Но они забывают, что тайнозритель был на Патмосе, а это — тоже остров в том же Эгейском море, что и Китнос. Между ними расстояние — 101 морская миля (187 км). Патмос в это время как раз был в очаге восстания Лже-Нерона I.

Суд над блудницей

Итак, мы видели, что тайнозритель уверен, что вассалы Рима пойдут за Лже-Нероном I. Именно эти цари-союзники, согласно Откр 17:16, должны разрушить Рим. Суд над блудницей вавилонской в Откровении — это военная коалиция Лже-Нерона I.

Евфрат

«Шестой Ангел вылил чашу свою в великую реку Евфрат: и высохла в ней вода, чтобы готов был путь царям от восхода солнечного. И видел я [выходящих] из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам: это — бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на брань в оный великий день Бога Вседержителя. Се, иду как тать: блажен бодрствующий и хранящий одежду свою, чтобы не ходить ему нагим и чтобы не увидели срамоты его. И он собрал их на место, называемое по-еврейски Армагеддон» (Откр 16:12–16).

Апокалипсис — это литературное произведение, построенное на образах, взятых из истории и предшествующей традиции. Для ближневосточного жителя Евфрат — и символ цивилизации (орошение полей, водоснабжение), и символ всех трагедий, связанных с борьбой за контроль над этим стержнем ближневосточной цивилизации.

Сам образ «обмелевшего Евфрата» связан скорее всего с литературной традицией о гибели Вавилона. Геродот в своей «Истории», Ксенофонт в «Киропедии» и Вавилонская хроника Набонида (влияние этих книг на автора Апокалипсиса несомненно) описывают, как в 539 г. Кир Персидский, чтобы покорить Вавилон, вырыл каналы, чтобы отвести воды реки. Это позволило его армии пройти по обмелевшему дну и взять неприступные стены столицы империи. Для автора Апокалипсиса (работавшего в жанре интертекстуального мидраша) история обмелевшей реки (природная катастрофа) и последующего крушения столицы цивилизации — это именно образ, а не «предсказание будущего». Автор обращает нас к той мысли, что кризис цивилизации и природные аномалии взаимосвязаны.

Следующий образ, связанный с Евфратом, — это Армагеддон (дальнейшие пояснения по Евфрату будут сделаны именно в заметке про Армагеддон).

Армагеддон

«И он собрал их на место, называемое по-еврейски Армагеддон» (Откр 16:16). Итак, в блокбастере тайнозрителя Евфрат осушен для того, чтобы собрать войско в Армагеддон.

Армагеддон (ар-Мегиддо = холм Меггидо) известен только тем, что он располагался на пересечении торговых путей, и там случилось несколько судьбоносных сражений для цивилизаций Ближнего Востока, Северной Африки и Леванта. Но сегодня это никому не интересная археологическая достопримечательность. Поскольку сегодня пути, на которых схлестываются современные «большие игроки», пролегают в других местах. Но как символ Армагеддон выбран удачно.

Какое это все имеет отношение к современной реальности?

Адекватное прочтение этих образов не предполагает ожидания физического пересыхания Евфрата с последующим боестолкновением армий ведущих политических игроков у исторического холма Армагеддон. Во-первых, для того, чтобы двинуть свои армии, современным заевфратским государствам уже не нужно ждать пересыхания Евфрата! Технологии сильно поменялись со времен земной жизни автора Апокалипсиса. Во-вторых, деревушка исторического Армагеддона сегодня не является центром пересечения интересов современных ключевых политических игроков.

Но для нас важно именно прочтение цельного образа: конфликт сил начинается из-за контроля над жизненно важными природными ресурсами (тогда это был Евфрат — сегодня это может быть что угодно другое: нефть, газ, никель, уран и т. д.). И у игроков всегда есть точка пересечения, где они непременно сходятся. В те времена это была сухопутная дорога, связывающая Ближний Восток, Аравию и Африку через Левант. Холм Мегиддо был стратегическим пунктом: кто им владел — тот владел всем путем из Междуречья и Сирии в Аравию и Африку (сравните современное значение проливов Босфор и Ормуз).

Урок апокалиптика: когда в точке пересечения возгорается кризис, беда может накрыть всю цивилизацию, которая питается через эту точку пересечения.

«Пересыхание Евфрата», «Армагеддон» и т. д. — в устах автора Апокалипсиса это только образы катастроф, взятые из прошлого! Он писал для аудитории, которая была воспитана на этих образах. Сравним для русской культуры: Куликово поле, Ледовое побоище, Сталинградская битва, Курская дуга и т. п. Если в рассуждении о внутреннем кризисе кто-то в русской культуре речи обратится к этим символам, то только неумный читатель истолкует это узко топографически, мол, «это произойдет на том самом месте».

666

Перед нами классический гематрий — цифровое значение слова. В еврейском, греческом, славянском и в латыни нет специальных знаков для написания цифр — цифры изображаются буквами. А это значит, что у каждого слова есть свое «цифровое» значение.

Приведу пример, понятный для русского читателя. Если имя Нина записать по-славянски, а потом взять алфавит славянский, то мы получим: Н = 50, И = 8, А = 1. Итого: 50+8+50+1 = 109. Цифра 109 и будет гематрием имени Нина. У слова «стол» (С — 200, Т — 300, О — 70, Л — 30) гематрий будет 600. Греки и евреи использовали гематрий, чтобы с помощью цифры указать на слово, зашифрованное в цифре. Но чье же имя зашифровано в Апокалипсисе?

Этот фрагмент лучше всех разобрал покойный архимандрит Ианнуарий (Ивлиев) (с рядом выводов коего я не могу согласиться принципиально, но по этому вопросу полностью согласен). Он отмечает еще тот факт, что ряд древних рукописей — кодекс Ефрема (С) (как, кстати, и древний латинский перевод — Vetus Itala) дает гематрий не 666, а 616.

«Но откуда могло появиться число 616? Предполагали, что 616 — не случайный вариант или ошибка переписчика... Наиболее признанное до сих пор толкование сводит число 666 к Нерону. И это толкование построено на числовых значениях букв именно еврейского алфавита. Если написать "Кесарь Нерон" по-еврейски, то получим как раз 666: Nrwn qsr (nun = 50 + resh = 200 + waw = 6 + nun = 50 + qoph = 100 + samech = 60 + resh = 200). Это решение лучше всего подходит к толкованию зверя как Nero redivivus. Но вдобавок такое толкование объясняет появление варианта 616 как неслучайного. Дело в том, что еврейскими буквами можно было транскрибировать либо греческое имя Нерона (Néron), либо его латинское имя (Nero). Разница всего в одну букву "n". В еврейском числовом обозначении nun = 50. Получается, что при транскрипции с латинского языка число 666 уменьшается на 50: то есть должно получиться 616. И число 666, и число 616 объясняются из имени Нерона»[16].

«Начертание зверя» — это классическое «клеймение», использовавшееся как у римлян, так и у греков. Долгое время считалось, что автор имеет в виду что-то конкретное, но, скорее всего, имелась в виду практика в общем смысле. «Легионеры, находясь под влиянием обычаев завоеванных народов, начали украшать свое тело словами "Civis Romanus", то есть "Гражданин Рима". Она являлась своеобразным отличительным знаком, позволявшим похоронить павшего на поле боя легионера с подобающими почестями, либо выявить бежавшего дезертира. В последующем к ней начали добавлять символ или название легиона, а также имя императора — особенно когда он был любим и уважаем»[17].

Автор Апокалипсиса предполагает (а м. б. руководствуется долетевшим до Патмоса с Китноса слухами), что Лже-Нерон собирается проклеймить все свои войска. Ставить принудительно клеймо на свободных гражданах Рима было немыслимо, но автор мог не разбираться в нюансах римского права — «всех, значит, всех, от мала до велика».

Но еще интереснее, что гематрием увлекались еще при жизни Нерона его критики. Так, Светоний упоминает о стишке, который ходил в толпе после того, как Нерон убил свою мать: «Сочти — найдешь: "Нерон — убийца матери"»[18]. Переводчик Светония — М. Л. Гаспаров пишет: «Блюхер отметил, что сумма числового значения имени Нерон, написанного по-гречески (Νέρων) = 1005, что также равно сумме гематрия фразы "убийца матери"»[19].

«…И теперь настанет конец…»

Итак, тайнозритель твердо уверен, что 7-й принцепс Рима (Отон) будет править недолго (тут Иоанн был прав), и он — последний правитель Рима (а вот тут трагический просчет!).

Патмосский апокалиптик бодро рисует картину финала истории: нынешнего Гальбу вскоре сменит Отон (это уже понимали в империи многие — просто судя по перевесу сил). Но он недолго продержится, потому то Лже-Нерону на подмогу идут «10 царей». Они двинутся сначала на Рим — и предадут огню эту «великую кровавую блудницу» (Откр 7–18). Именно поэтому «седьмому недолго быть»!

«Воскресший Нерон» сделает всем клеймо со своим именем, а кто откажется принимать, тех убьет. Но едва он это сделает (Откр 13:16–17), как тут же начнется «последняя развязка».

Кстати, еще одна ошибка, которая кочует по всем «толкованиям Апокалипсиса» — утверждение, что «Антихрист будет править 3,5 года». Мы видели выше, что 3,5 года — это время, которое автор отводит на Иудейскую войну. По расчетам Иоанна, она должна завершиться к ноябрю 69 года. «Раненый зверь» придет к власти под самый конец этой войны — нигде не сказано, что он будет править продолжительное время. Иоанн уверен, что к концу 69 г. прекратят свое существование и Лже-Нерон, и Отон, и сам Рим!

Сколь бы «традиционалисты» ни упрямились, но в Апокалипсисе Иоанна (1) «зверь» с гематрием из трех шестерок — это Лже-Нерон.

(2) Он — последний император Рима. Его орды разорят Рим, а затем настанет конец и ему, и Риму, и всему миру! «И один сильный Ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его» (Откр 18:21).

(3) Следом за падением Рима — «схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению: оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою; а прочие убиты мечом Сидящего на коне, исходящим из уст Его, и все птицы напитались их трупами» (Откр 19:20–21).

(4) Сразу после того, как зверя-Лже-Нерона бросают в озеро — в бездну-темницу узником отправляется сам сатана и начинается 1000-летнее царствование всех святых свидетелей Христа (Откр 20:1–6). Их, убиенных зверем, Христос воскресит!

Детальное рассмотрение образов глав с 20 по 22 уже выходит за рамки целей, поставленных перед этим кратким исследованием. Если будет время — можно будет установить их преемство с иудейской апокалиптикой. Для нашего очерка важно, что для Иоанна история должна закончиться «вот-вот», сразу после ликвидации орд Лже-Нерона, которые ликвидируют Рим.

Но мы понимаем, что этого всего не произошло. Не было коалиции царей, не пал Рим, не было явления Христа, низвержения Лже-Нерона в ад! Не было воскрешения (!) тех, кого убил Лже-Нерон за отказ принять его печать! Автор Апокалипсиса использовал тот же смысловой ход, что и автор Книги Даниила: он поверил в очень скорое наступление конца истории и Грядущего за ним Царства Божьего!

Датировка

(1) Выше мы уже установили, что пребывание тайнозрителя на Патмосе (Откр 1:9) не связано со ссылкой и потому не относится к эпохе Домициана.

(2) «Кровь святых» (Откр 18:24), «найденная» в Риме, может относиться только к гонению Нерона (64 г.). Очевидно, что автор писал под впечатлением этого, еще очень свежего в памяти, события. Если бы он писал в эпоху Домициана (т. е. через 30 лет), событие не было бы таким актуальным. Уточним, что в Риме следующим после гонения Нерона было гонение Траяна (98–117 гг.). Домициан же (81–96 гг.) прямых гонений на христиан в Риме не устраивал! Единственным до конца I в. сильным гонением было гонение Нерона (при котором пострадали апостолы Петр и Павел).

(3) Иерусалимский храм еще стоит и функционирует (Откр 11:1–2). «Внешний двор» — это тот самый двор, куда язычники могли входить, и где Иисус за неделю до Распятия разгромил торговые точки.

(4) «Рана, нанесенная зверю, исцелена» (Откр 13:3). Имеется в виду суицид Нерона 9 июня 68 г. и последовавшая за этим молва о том, что он «воскрес». Т. е. текст был написан после 09.06.68, когда молва уже разнеслась. Эта дата — terminus post quem, т. е. текст не был написан раньше этого времени.

(5) Антипа Пергамский, упоминаемый в Откр 2:13, принял мученическую кончину также во время правления Нерона (т. е. до июня 68 г.)

(6) 42 месяца, или 3,5 года (Откр 11:3; 12:6,14) — это срок предполагаемого «попирания» Иерусалима язычниками (Откр 11:2). Откуда отсчитываем? — От начала Иудейской войны в мае 66 г. Как мы видели выше, читая Даниила, тайнозритель пришел к выводу, что текущая ситуация (т.е. Иудейская война) будет длиться 42 месяца, что выводит нас на ноябрь 69 г. Соответственно, Апокалипсис не мог быть написан позднее этой даты! Потому что в таком случае тайнозрителю пришлось бы объяснять, почему война продолжается дольше «предсказанного Даниилом». Но поскольку автор ничего подобного не делает, остается бесспорный вывод, что Апокалипсис написан до этого времени.

Но мы можем еще более сузить временной коридор.

(7) «…и семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет, не долго ему быть. И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Откр 17:10–11).

(а) Выше мы перечислили 7 «царей» (принцепсов) Рима: Октавиан — Тиберий — Калигула — Клавдий — Нерон — Гальба — Отон. И на момент написания Апокалипсиса у власти был Гальба (и Лже-Нерон I еще не был сражен). Но дошли слухи о конфликте с Отоном, который, скорее всего, сменит Гальбу.

(b) «Восьмой из числа семи» — это Лже-Нерон I. Автор Апокалипсиса еще думает, что демонической силой воскрешенный Нерон захватит власть — такова логика апокалиптиков: Зло должно дойти до своего апогея, до максимума, а значит, власть должна перейти к злодею. Т. е. автор Апокалипсиса не знает, что мятеж Лже-Нерона I не увенчается успехом, то не будет никакого похода коалиции против Рима и, что самое главное, не будет никакого разорения Рима. Автор не подозревает даже о том, что максимум в январе 69 г. Лже-Нерона I убьют по приказу Гальбы. Перед нами — начало января 69 г., т. к. 15 января Отон убил Гальбу и занял престол — но ровно на 3 месяца[20].

(8) Но т. к. Патмос был островом, то в январе, в отсутствие навигации, с Китноса вести могли запоздать на Патмос до марта месяца: С 11 ноября по 5 марта навигация по всему Средиземноморью была закрыта для гражданских и торговых судов, но военные корабли могли отправляться в плавание — именно так и был ликвидирован в нач. января 69 года лже-Нерон I на Китносе. К тому же от материковой Греции до Китноса — 25 морских миль (48 км), а на такие расстояния даже зимой можно было отправиться в море, используя технику каботажного плавания. Так же можно было добраться и до Патмоса (причем как раз со стороны Малой Азии, но не с Китноса), но там в зимнее время было сложнее, потому разумнее было отложить до марта — если ты не военный корабль. Значит, максимальный предел написания Апокалипсиса — это март 69 г. Вести о том, то в Риме уже правит Отон, тоже могли не достичь еще ни Китноса, ни Патмоса. В любом случае тайнозритель еще не знает ни про смерть Отона (16.04.69), ни про воцарение Авла Вителлия, ни, тем более, про то, что в декабре 69 года Вителлия уже сменит Веспасиан, с приходом которого «смутный период» завершится и Рим снова начнет набирать свои силы.

(9) Смерть Лже-Нерона I. Мы установили, что «зверь …восьмой, и из числа семи» (Откр 7:11) — это лже-Нерон I. Обосновавшийся на Китносе самозванец был ликвидирован при императоре Гальбе (июнь 68 — январь 69) ^[21]. Но автор Апокалипсиса говорит о его погибели в будущем времени, т. е. он еще жив. Соответственно, январь 69 — terminus ante quem, т. е. дата, позднее которой Апокалипсис уже не мог быть написан. Дело все в том, что автор Апокалипсиса ждал, что самозванец сначала «расправится с блудницей» (Римом) с помощью коалиции Заевфратских царей, а затем двинется на Иерусалим. Но, как мы знаем, ни первого, ни второго не произошло — лже-Нерона I «по-тихому» ликвидировали прямо в его ставке. Патмос от Китноса лежит на расстоянии 101 морской мили. В ту эпоху корабли и ладьи в целом за час преодолевали от 4 до 6 миль, т. е. это сутки пути. Ликвидация Лже-Нерона I на Китносе мигом долетела бы до Патмоса, и тайнозрителю пришлось бы переделывать свой текст!

(10) Также подтверждает эту датировку и несбывшееся пророчество о том, что зверь (Лже-Нерон) будет клеймить «именем или числом имени» Нерона (под именем коего он выступает) «всех от мала до велика». Это пророчество могло быть сказано только до смерти лже-Нерона. Но, видимо, автор так крепко верил, что этот злодей преуспеет в своем зле и достигнет апогея, что безо всякого сомнения писал свои предсказания.

Итак, январь-март 69 г. — бесспорное время написания книги Апокалипсис Иоанном Патмосским!

Уроки для нас

Увы, религиозный фанатизм веками наступает на одни и те же грабли. Традиционалисты все еще уверены, что у книги есть «скрытый код» и там предсказано все до самой кончины мира. И все же я настоятельно преподам читателям несколько важных уроков:

1. В книге нет никаких конкретных предсказаний, простирающихся дальше 70 года н. э., но и эти предсказания о конце оказались неверными.

2. Поиск «шестерок» в штрихкодах и документах — занятие, на которое некоторые «верующие» тратят немало сил. Между тем, если у мира и будет в будущем конечный злодей в одном лице, который установит контроль над миром (кем бы он ни был — человеком или ИИ-агентом), то у него однозначно не будет никаких «шестерок» в имени. Потому что гематрий относился к «кесарю Нерону».

3. Вавилон выступает символом центра международной торговли (Откр 17:1–2; 18:1–2, 15). Но все торговые коалиции так же непрочны, как и политические. Чаще всего погибель на фондовые рынки и в банки приходит внезапно.

4. В каждую эпоху у человечества свои «Евфраты» и «Армагеддоны» (Ормузы и Босфоры). Меняется топография и игроки, а суть игры не меняется.

5. «Зверь» — это любая тоталитарная система, которая пытается установить контроль над умами и кошельком всех своих граждан. Любой человек, который служит такой системе, — служит «зверю». Потому что суть «зверя» не в имени и не в цифрах, а в духе. Его дух — это жажда тоталитарного господства и абсолютного ему повиновения всех. Он чужд свободы!

Этот урок — самый значимый, но, к сожалению, не все его усвоили. Некоторые по-прежнему полагают, что могут победить «зверя» его же оружием — озверением. Тогда как Апокалипсис предлагает нам только одну тактику поведения в отношении всех тоталитарных систем — «уход в Пустыню». Отождествление борьбы одной цивилизации с другой с борьбой света и тьмы — опасное упрощение, которое, по мысли автора Апокалипсиса, играет на руку самому «зверю». Потому что «зверь» действует во всех формах тоталитаризма — под каким бы флагом они ни заявляли о себе.

«Испытывайте духов» (1 Ин 4:1), а не «выискивайте повсюду шестерки». Антихрист сегодняшнего дня будет иметь другое имя (а значит, другой гематрий). Но дух у него будет один и тот же с Нероном. И только по духу вы сможете отличить его!

6. Никто не сказал, что «зверь» должен быть непременно «всемирным владыкой»! Даже в Апокалипсисе все замешано вокруг Рима и Иерусалима, а не вокруг «всего мира». Потому существуют не только «звери», возглавляющие какие-то крупные государства. Нет, даже в маленьком княжестве может оказаться свой местный «зверек», которому удастся в одном отдельно взятом регионе установить абсолютный контроль над проживающими там людьми.

7. В нашу эпоху мы переживаем риски планетарного масштаба — угроза от ИИ, вытеснения человека роботами, экологический кризис и военные угрозы. Но оценивать риски мы должны рационально, а не путем «разгадывания шарад» в разных писаниях и без опоры на «предсказания». Прогностика, если она хочет быть надежной, должна опираться на рациональный анализ, а не на поиск скрытых кодов в древних текстах.

8. Ну и самое главное — ракурс: Апокалипсис — это взгляд на мировую историю (центром коей тогда был Рим, по крайней мере, в Средиземноморье) из Святилища (Откр 16:1) и из глубокой провинции (остров Патмос, Откр 1:9). Взгляд Истины и Жизни не совпадает со взглядом с точки зрения прагматичной и бездушной цивилизации. Последняя может быть даже прямо богоборческой (и чаще всего таковой и бывает). Но Господь не с сильными мира сего — Господь с теми, кто ищет Правды и Истины.

Для интеллектуального человека Апокалипсис (как и любой текст в Библии) — не линейно выстроенная система вопросов и ответов, а основа глубоких размышлений, анализа, исследования и внутреннего диалога с Текстом. И именно на таких людей рассчитан и этот текст.

Литература

sThg 198 = Феогност (Пушков, архим). Книга Даниила: реальные предсказания или символические образы? [predanie.ru] // URL: https://predanie.ru/article/kniga-daniila-realnye-predskazaniya-ili-simvolicheskie-obrazy/ (29.01.2024).

Бикерман 2000 = Элиас Дж. Бикерман. Евреи в эпоху эллинизма. Иерусалим «Gesharim», 5760; М., Мосты культуры, 2000 [https://vk.com/libraryoftheologian].

Бодрийяр 2016 = [Jean Baudrillard 2002] Жан Бодрийяр. Дух терроризма. Войны в Заливе не было / Пер. с фр. А. Качалова. М., Рипол-Классик, 2016.

Витковский 2001 = Апокрифические Апокалипсисы / Изд., вступ. ст., комм. М. и В. Витковских. СПб., Алетейя, 2001 // https://azbyka.ru/otechnik/Biblia2/apokrificheskie-apokalipsisy/ (2026).

Галлахер 2025= [J.Gallagher 2021] Джон Джозеф Галлахер. История, эсхатология и формирование учения о шести эпохах этого мира. Часть I: От Древнего мира до Тихония Африканца / Пер.: А. Е. Петров // Богослов. 2025. № 1 (5), 22–56 // URL: DOI: 10.62847/BOGOSLOV.2025.28.70.002 (2025).

Ивлиев 2015 = Ианнуарий (Ивлиев), архим. «И увидел я новое небо и новую землю». Комментарий к Апокалипсису (Серия: «Современная библеистика»). М., ББИ, 2015. // https://azbyka.ru/otechnik/Iannuarij_Ivliev/i-uvidel-ja-novoe-nebo-i-novuyu-zemlyu-kommentarij-k-apokalipsisu/ (2026).

Капитолина 2021 = Анна Капитолина. Римские татуировки — клеймо раба или слава легионера? // https://39rim.ru/rimskie-tatuirovki-kleymo-raba-i-slava-legionera.html (21.04.2021).

Кроссан 2015 [J.-D. Crossan] = Джон Доминик Кроссан. Библия. Ужас и надежда главных тем священной книги. / Пер. с англ. Г. Ястребова. М., «Эксмо» 2015 [Цитируем по модулю BQ, а потому после года издания указываем главу, а не страницу, т. к. страница отсутствуют в модуле] [BThg 175].

Пейджелс 2014^b[Elaine Pagels 2012] Элейн Пейджелс. Откровения. Видения, пророчества и политика в Книге Откровения / Пер. с англ. Н. Подуновой. М., Карьера-Пресс, 2014.

Рижский 1987 = Рижский М. И. Библейские пророки и библейские пророчества. М., Политическая литература, 1987.

Рижский 1992 = Рижский М. И. Библейские вольнодумцы. М., Республика, 1992.

Смагина 2002 = Смагина Е. Б. О Книге Даниила / Книга Даниила. / Пер с древнееврейского и вступ. ст. Е. Смагиной под ред. М. Селезнева. М., РБО, 2002, 3–9.

Тодиев 2017 = Тодиев А. А. К вопросу об истоках иудейской межзаветной апокалиптики // Известия Иркутского государственного университета. Серия: Политология. Религиоведение, т. 20, 2017, 180–189 // https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-ob-istokah-iudeyskoy-mezhzavetnoy-apokaliptiki (2026).

Чериковер 2010 = [Tcherikover 1961] Виктор Чериковер. Эллинистическая цивилизация и евреи. / Пер. с англ. Вихновича. СПб., «Гуманитарная Академия», 2010. [масса внимания уделена Даниилу в контексте истории Иудеи в 1-й части исследований, анализ же собственно книги представлен на сс. 582–584].

Шифман 1987 = Шифман И. Ш. Ветхий Завет и его мир: Ветхий Завет как памятник литературной и общественной мысли в древней Передней Азии. М., Политиздат, 1987.

---

[1] Вот, к примеру, как тонко почувствовал внутреннюю логику Апокалипсиса Бодрийяр: «Искоренение Зла в любом случае обречено на провал, потому умножение террора как раз и является результатом усиления гегемонии сил Добра (антитеррористической оси и т. д.): контртеррор — это "белый террор", который осуществляют силы Добра. Именно здесь и кроется корень абсолютного Зла: дело в том, что наше Зло — и в этом заключается вся новизна — уже не то, что противостоит Добру, а то, что порождено переизбытком Добра. Именно эта дьявольская инверсия — наша современная форма трагедии: все, с помощью чего мы пытаемся отразить Зло, включая все витальные абреакции на этот летальный переизбыток позитива, все бурные реакции на эту интегральную реальность Добра ведут нас к еще более плохому исходу — к апокалипсису Добра» (Бодрийяр. Дух терроризма, 187–188).

[2] А. Лосев. Диалектика мифа, гл. III, § 4.

[3] О нем см. мой очерк: sThg 198. В целом о Книге Даниила см: Смагина 2002; Рижский 1987; Рижский 1992; Галлахер 2025; Бикерман 2000.

[4] По контексту 2-й части Дан см: Чериковер 2010; Рижский 1987; Рижский 1992.

[5] Об этом см. мой очерк «Святые патроны критической библеистики» https://predanie.ru/article/svyatye-patrony-kriticheskoj-bibleistiki/.

[6] Дион Касс. РИ, 68:1.

[7] Бокэм 2023, 38–39.

[8] Seneca Minor. Natur. quaest., VI:1 (De terrae motu).

[9] Tacit. Ann., XV:22.

[10] Tacit. Ann., XIV:27.

[11] Suet. Nero, 39.

[12] Tacit. Ann., XVI:13 в пер. А. Бобовича.

[13] Пейджелс 2014^b, 36.

[14] Ивлиев 2015, 197.

[15] См: Тацит. Истории, II:8–9.

[16] Ивлиев 2015, 208, 209–210.

[17] Капитолина 2021.

[18] Suet. Nero, 39:2.

[19] Светоний 2006, 441, прим. 147.

[20] См. также: Рижский 1987, 349.

[21] см: Тацит. Истории, II:8–9.