Родился в Москве. 
Отец, Семен Владимирович (Вольфович) — уроженец Киева, военный связист, ветеран Великой Отечественной войны, полковник.
Мать, Нина Максимовна (урожденная Серегина, — переводчик с немецкого.
Дядя, Алексей Владимирович Высоцкий, — писатель, участник Великой Отечественной войны, кавалер трех орденов Красного Знамени.
После развода родителей, в 1947 г., он переехал жить к отцу и его второй жене — Евгении Степановне Высоцкой-Лихалатовой. В 1947–1949 гг. они проживали в г. Эберсвальде (Германия), по месту службы отца, где юный Володя научился играть на фортепиано.
В октябре 1949 г. он приезжает в Москву, и начинает учиться в 5 классе. В это время семья Высоцких жила в Большом Каретном переулке, 15. (В настоящее время на доме установлена мемориальная доска). Этот переулок упоминается в его песне: «Где твои семнадцать лет? На Большом Каретном!».
С 1953 г. В. С. Высоцкий посещал драмкружок в Доме учителя, руководимый артистом МХАТа В. Богомоловым. По окончании школы, поступил на механический факультет Московского инженерно-строительного института им. Куйбышева, который вскоре бросил, поняв, что это не его призвание.
С 1956–1960 гг. Высоцкий — студент актерского отделения Школы-студии МХАТ им. В. И. Немировича-Данченко. Он занимается у Б. И. Вершилова, затем у П. В. Массальского и А. М. Комиссарова. На I курсе познакомился с Изой Жуковой, на которой женился весной 1960 г. 1959 г. ознаменовался первой театральной работой (роль Порфирия Петровича в учебном спектакле «Преступление и наказание») и первой ролью в кино (фильм «Сверстницы», эпизодическая роль студента Пети).
В 1960–1964 гг. Высоцкий работал в Московском драматическом театре им. А. С. Пушкина. Сыграл роль Лешего в спектакле «Аленький цветочек» по сказке С. Аксакова, а также еще около 10 ролей, в основном — эпизодических.
В 1961 г. на съемках кинофильма «713-й просит посадку» познакомился с Людмилой Абрамовой, ставшей его второй женой.
Первые песни начали появляться в начале 60-х гг. В дальнейшем песенное творчество стало наряду с актерством главным делом жизни. Проработав менее двух месяцев в Московском театре миниатюр, Владимир безуспешно попытался поступить в театр «Современник». В 1964 г. Высоцкий создал свои первые песни к кинофильмам и поступил на работу в Московский театр драмы и комедии на Таганке, где проработал до конца жизни.
В июле 1967 г. познакомился с французской актрисой Мариной Влади (Мариной Владимировной Поляковой), ставшей его третьей женой. В 1968 г. послал письмо в ЦК КПСС в связи с резкой критикой его ранних песен в центральных газетах. В том же году вышла его первая авторская грампластинка «Песни из кинофильма “Вертикаль”». Летом 1969 г. у Высоцкого была клиническая смерть, и тогда он выжил только благодаря Марине Влади. Она в это время была в Москве. Проходя мимо ванной, она услышала стоны и увидела, что Высоцкий кровоточит горлом.
К счастью, врачи привезли Высоцкого в институт Склифосовского вовремя. Врачи боролись за его жизнь 18 часов. А по Москве уже было поползли слухи о его смерти.
Вначале 1970 г. Высоцкий принял Крещение. Причина принять это Таинство — горячее желание самого поэта. В беседе протоиерея Михаила Ходанова на эту тему с близкими Владимира Семеновича, а именно с его второй супругой Людмилой Владимировной Абрамовой, стало ясно, что приятель Высоцкого, переводчик с итальянского Давид Карапетян, сын тогдашнего предсовмина Армянской ССР, помог ему осуществить этот замысел. Чтобы избежать опасности огласки Крещения в Москве (поэт не хотел неприятностей ни своему отцу, кадровому офицеру, ни режиссеру Ю. П. Любимову, в труппе которого работал), Высоцкий поехал с Карапетяном в Армению, где и принял Святое крещение. По возвращении из Армении поэт рассказал обо всем случившемся только Людмиле Абрамовой и еще двум-трем друзьям. Всех прочих он в известность не поставил — это было глубоко личное событие, да к тому же еще и официально крамольное. Рассказывать об этом направо и налево «в те времена укромные» было бы идентично чтению вслух в общественных местах книги опального Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».
Для Абрамовой, которая и в те годы была верующей христианкой, этот светлый факт его жизни стал весьма важным и радостным. На память об этом событии она подарила ему Георгиевский четырехконечный крест, доставшийся ей в наследство от прабабушки — самоотверженной сестры милосердия.
О поминании Высоцкого рассуждает протоиерей Михаил Ходанов: Как поминать Высоцкого? Раньше люди ездили в подмосковные Мытищи, в храм святого мученика Уара, который, по преданию Церкви, принимает прошения за некрещеных и сонм иных проблемных людей: самоубийц, иноверцев и «поганых», то есть язычников. Однако в данном случае нет смысла ограничиваться предстательством этого святого. Русская Православная Церковь признает действенность Крещения, совершенного в Армянской Апостольской Церкви.
Высоцкий совершенно не знал разницы между двумя Церквями, не ведал тонкостей армянского монофизитства. Это был 1970 г. Скорее всего, ничего не знал о монофизитстве и сам Карапетян. Он, как и большинство армян, был совершенно уверен в том, что Армянская Церковь — древняя и православная.
Если бы Высоцкий был жив, то его присоединение в Русской Церкви произошло бы через простое покаяние. Не ведал, мол, не знал, не понимал. Что, собственно и соответствовало действительности. Однако поэт умер, и не успел покаяться в том, в чем, по сути, совсем и не был виноват. Надеюсь, это понятно. Что же теперь делать? А вот что. Решать данный вопрос должно не хмуро-ригористически, в духе мрачного Торквемады и неумолимо «святой» инквизиции, а руководствуясь принципом икономии, то есть сострадания и любви, так как Бог христиан есть Любовь.
Между двумя церквами — Армянской и Русской — нет литургического общения. То есть в православном храме нет возможности полагать в Чашу заупокойную частицу просфоры за умершего, крещенного в Армянской церкви, чтобы омыть ее Кровью Христовой (при этом омываются грехи поминаемого человека). Православный христианин призван быть послушным Матери-Церкви и учитывать все эти нюансы. Хотя на самом деле в данном конкретном случае следует обратиться за разъяснением к нашим православным канонистам и специалистам по церковному праву: ведь, насколько известно, мы признаем действенность Крещения, совершенного в Армянской церкви, и принимаем всех желающих присоединиться к Русской православной церкви по так называемому третьему, облегченному чину (первый чин — перекрещивание, второй — миропомазание) — через покаяние. Поэтому если бы Владимир Высоцкий был жив, то скорее всего, он бы рано или поздно перешел в полноту православия (ведь он же изначально и желал креститься только по православному обряду и был уверен, что его крестили именно так) и стал прихожанином, к примеру, храма Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе. Почему бы и нет?
И тем не менее есть факт — жесткий и совершенно недвусмысленный: Высоцкий умер и оставил нам проблему своего церковного поминовения. Со своей стороны, он шел к Православной церкви, тянулся к Ней, открывался навстречу Христу. Да, многого поэт просто не знал, в сравнительном богословии (скажем об этом уже в третий раз) был несведущ. Просто пришло время, когда он всей душой захотел быть ближе к Богу. В Нем поэт увидел (или таинственно ощутил) путь к преодолению смерти — и всей душой захотел креститься, веря, что произойдет чудо обновления, появится пульс новой жизни и он спасется…
А в остальном Всемилостивый Господь уже Сам во всем разберется — гораздо лучше всех земных богословов, вместе взятых — и все наилучшим образом управит, к нашей всеобщей пользе. И — определит поэту с его предельно израненным и исстрадавшимся за людей России сердцем быть там, где это наиболее полезно и нужно именно ему.
О том, что решение креститься было серьезным, говорит простой факт: в главных своих стихах поэт думал о том, как «что спеть, представ перед Всевышним». Вы не найдете такого мотива в тогдашних стихах современников Высоцкого — от Евтушенко до Бродского.
Ноябрь 1971 г. — премьера в театре на Таганке спектакля «Гамлет», главная роль — В. Высоцкий, режиссер — Ю. Любимов.
15 июня 1972 г. в 22:50 по эстонскому телевидению показана 55-минутная передача «Парень с Таганки» — первое появление Высоцкого на советском телеэкране, если не считать кинофильмов с его участием.
В 1975 г. в первый и последний раз прижизненно опубликовано стихотворение Высоцкого в советском литературно-художественном сборнике (День поэзии 1975. М., 1975) — это стихотворение «Из дорожного дневника».
В 1978 г. Владимиру Высоцкому была присвоена высшая категория вокалиста-солиста эстрады, после чего Высоцкий уже был официально признан «певцом-профессионалом».
В 1978 г. записался на телевидении Чечено-Ингушской АССР. В 1979 г. участвовал в издании альманаха «Метрополь».
В 1970-х гг. познакомился в Париже с цыганским музыкантом и артистом Алешей Дмитриевичем. Они неоднократно исполняли вместе песни и романсы и даже собирались записать совместную пластинку, но Высоцкий умер в 1980-м, и этот проект не осуществился.
Вместе с актерами Театра на Таганке ездил с гастролями за границу: в Болгарию, Венгрию, Югославию (БИТЕФ), Францию, Германию, Польшу. Получив разрешение выехать к жене во Францию с частным визитом, сумел также побывать несколько раз в США (в том числе и с концертами 1979 года), Канаде, Таити и т. д. Высоцкий дал более 1000 концертов в СССР и за рубежом.
22 июня 1980 г. состоялся один из последних концертов Высоцкого (в Калининграде), на котором ему стало плохо.
3 июля 1980 г. состоялось выступление Высоцкого в Люберецком городском дворце культуры в Московской области, где, по словам очевидцев, он выглядел нездоровым, говорил, что неважно себя чувствует, но на сцене держался бодро и, вместо полутора запланированных часов, отыграл двухчасовой концерт.
14 июля 1980 г. во время выступления в НИИЭМ (Москва) Владимир Высоцкий исполнил одну из своих последних песен — «Грусть моя, тоска моя… Вариация на цыганские темы». 16 июля он провел свой последний концерт в подмосковном Калининграде (ныне Королев).
25 июля 1980 г. Высоцкий скончался во сне в своей московской квартире.
Владимир Семенович был похоронен 28 июля 1980 г. на Ваганьковском кладбище.
Высоцкий умер во время проходивших в Москве летних Олимпийских игр. В преддверии Олимпийских игр из Москвы были выселены многие жители, имевшие трения с законом. Город был полностью закрыт для въезда иногородних граждан и наводнен милицией.
Сообщений о смерти Владимира Высоцкого в советских средствах массовой информации практически не печаталось (появилось лишь два сообщения в «Вечерней Москве» о смерти и дате гражданской панихиды, небольшой некролог в газете «Советская культура» и, возможно, уже после похорон, статья памяти Высоцкого в «Советской России». За крошечный некролог в «Вечерней Москве» спустя два дня после публикации был снят с должности главный редактор газеты. Над окошком театральной кассы было вывешено скромное объявление: «Умер актер Владимир Высоцкий». Ни один человек не сдал назад билет — каждый хранит его у себя как реликвию. И тем не менее у Театра на Таганке, где он работал, собралась огромная толпа, которая находилась там в течение нескольких дней (в день похорон были также заполнены людьми крыши зданий вокруг Таганской площади). Высоцкого хоронила, казалось, вся Москва, стадионы стояли полупустые, хотя официального сообщения о смерти не было. Марина Влади уже в автобусе, направившемся в сторону Ваганькова, сказала одному из друзей мужа Вадиму Туманову: «Вадим, я видела, как хоронили принцев, королей, но ничего подобного не видела!..»