В миру — Михаил Триволис, понятно — грек по национальности, участник итальянского Ренессанса, великий греческий/русский святой. Переводчик, мыслитель, публицист, жертва московских государственных и церковных властей.

Родился в Греции, спустя 17 лет после падения Константинополя; учится в Италии, центре и на пике Ренессанса (в Венеции, Падуе, Верчелли, Болонье, Ферраре и др,); там, в Италии поступает на службу к племяннику Джованни Пико делла Мирандолы; общается с и учится у таких известных деятелей Ренессанса как Альд Мануций и Ианос Ласкарис; общается с кругом Новой Академии; непосредственно наблюдает как Савонарола во Флоренции пытался построить республику на евангельских основаниях; наблюдает жизнь католических нищенствующих орденов, практиковавших евангельскую бедность. Покидает Италию и на Афоне (монашеская республика уже под властью Османского халифата) принимает постриг. По просьбе великого князя Московского Василия III уезжает в Россию, где проведет 37 своей жизни — 22 из них в заключении.

В Москве правит старые и делает новые переводы богослужебных книг, переводит Отцов Церкви и др. литературу (историческую, энциклопедическую), создает множество оригинальных богословских и иных трудов (публицистических, по теории перевода и «книжной справы» и пр.). Обличает церковные, политические, социально-экономические (ростовщичество, эксплуатация чужого труда, угнетение крестьян) порядки России. В споре нестяжателей и иосифлян встает на сторону нестяжателей (его слова на суде о Пафнутии Боровском: «он держал села, и на денги росты имал, и люди и слуги держал, и судил, и кнутьем бил, ино ему чюдотворцем как быти?» — редкая смелость и свобода, редкая чистота церковного и политического идеала), пытается влиять на власть — советом и наставлением, например такими: «пойдет государь к церкви, и вдовици плачют и за ним идут, и они их бьют, и яз за государя молил Бога, чтобы государю Бог на сердце положил и милость бы государь над ними показал»; между прочим и концептуализирует возможность и право обличения и наставления властей; в корпусе его сочинений не малое место занимает тексты нестяжательного и публицистического характера, притом, как кажется, теология свободы человека (чему прп. Максим посвятил е мало внимания), право совета и критики властей и обличение церковных и социально-экономических зол образуют одну систему. Вокруг Максима Грека образуется нечто вроде кружка философов. Однако активная интеллектуальная и общественная деятельность преподобного вызывает слишком понятную реакцию государственных и церковных властей: его обвиняют в шпионаже, порче богослужебных книг, хуле на русских святых, в неподдержке русской автокефалии; осуждают по ряду из этих пунктов и лишают свободы; заключение продлится 22 года; по просьбам Восточных патриархов и в силу смены высших государственных и церковных лиц преподобного освобождают; последние дни жизни он проводит на покое в Троице-Сергиевой лавре.

«Точная дата его кончины не известна. По некоторым сказаниям, «великий страдалец Максим» скончался в декабре 1555 г., а по дню установленной ему памяти (вместе с Максимом Исповедником — 21 января старого стиля, или 3 февраля нового) его кончину относят к началу 1556 г.» — М. Громов «Максим Грек».

О Максиме Греке:

Громов «Максим Грек»

Синицына «Максим Грек»

О Максиме Греке Бибихин в книге «Узнай себя», п. 23

«Житие преподобного отца нашего Максима Грека» // «Афонский патерик»

В блоге: Владимир Шалларь «Максим Грек: узел социально-политической, мистико-аскетической, интерконфессиональной проблематики»