Великий египетский подвижник, ученик Антония. Впрочем, «Духовные беседы» — один из величайших текстов аскетической литературы, скорее всего, ему не принадлежат. Мейендорф предполагал, что автором «Духовных бесед» был некий ученик Макария Великого, приписавший ему свои труды из смирения (возможно, более общее «культурологическое» объяснение: в древнем мире не существовало понятия авторства, надписание служило не информированию о создателе текста, а было функцией встраивания текста в определенную традицию, посредством авторитетного имени, чем лучше выражал текст традицию, тем авторитетней ему приписывали автора). «Духовные беседы» представляют собой высший образец «мистики сердца» — одной из двух великих аскетических традиций древней Церкви, смысл которой выражается в словах «Бесед»: «Мы вкусили Бога, мы имели опыт» — то есть живой непосредственный опыт Богообщения». Не богословское рассуждение. «Скорее … интимные признания созерцателя, учащего и назидающего по личному опыту», как определяет Флоровский.

О нем:

Мейендорф

Флоровский

Янг

Попович «Проблема личности и познания по учению святого Макария Египетского»

Кривошеин в «Ангелы и бесы в духовной жизни по учению восточных отцов»

Читти в «Граде Пустыня»

Керн в «Патрологии», в «Антропологии Паламы»

Попов «Мистическое оправдание аскетизма в творениях преподобного Макария Египетского»