Выдающийся религиозный, политический мыслитель, культурфилософ, социолог, писатель, критик, дипломат. В конце жизни — монах. Вкратце наметим основные линии его мысли:

1. Леонтьев как ярый ультрареакционер, апологет самодержавия, православия, сословного строя, деспотизма, насилия: Леонтьев как охранитель. Охраняет он Россию от Запада, от «либерально-эгалитарного всесмешения».

2. История есть ряд цивилизационных организмов, рождающихся, развивающихся, умирающих. Здесь место знаменитой социологической эстетики Леонтьева. На пике развития цивилизация сложна, живет в разных формах. То есть она характеризуется как максимум неравенства, как разнообразие разных социальных типов, создающих «эстетику жизни». К концу эта сложность исчезает, структурность падает. Западная («романо-германская») цивилизация, некогда бывшая самой сложной, самой духовно богатой идет к упрощению, к смерти, и способ этого упрощения — либерализм, социализм, анархизм и пр. Уничтожение социальных форм, сословий, культурной сложности и пр. Вот от этого-то и надо охранить Россию, которую Леонтьев хочет видеть как очаг новой цивилизации.

3. Но «охранительство» не может быть национализмом «племенной политикой». Национализм есть один из самых эффективных способов насаждения либерализма, контрабанда либерализма под соусом охранительства. Дело в том, что либерализм есть материализм, есть сведение всего и вся к материальным данностям. Своеобразие цивилизации выражается в духовно-социальных, духовно-политических произведениях, то есть в религии, в своем социальном устройстве, в своей политической организации, в своей особой экономике, но не в физиологически-географически-языковой данности нацит, которая сама по себе ничего не значит, не духовна. Иными словами национализм есть способ уничтожения всего духовно своеобразного в народе, и привидение каждого народа к одной и той же форме «национального государства», то есть к архилиберальной форме. Множество статей Леонтьева посвящено критике национализма, в частности — национализма славянских народов.

4. Тут и выступает все своеобразие Леонтьева. Он — не тривиальный консерватор, националист. У Леонтьева есть пафос объективной социологии, «социологии реальных сил общества». Нужно исследовать социальные, политические, экономические силы. Их особое устройство и есть своеобразие той или иной цивилизации. Именно движение социальных сил есть основание истории. Так антизападничество и охранительство Леонтьева в этом контексте предстает в совершенно неожиданном свете. Социальная суть «эгалитарно-либерального процесса» — свобода капитала, которая сносит всю сложность, структурность общества. Свобода капитала, закономерно вызывает восстание труда. «Социализм» с одной стороны «архилиберален», предел «эгалитарно-либерального» процесса, но с другой именно социализм выступает могильщиком общества свободы капитала, он эту свободу упраздняет и так должен открыть новую страницу истории.

5. Новую цивилизацию зародят те, кто решил «социальный», «рабочий» вопрос, то есть дадут тип общества, где не было бы свободы капитала. И поэтому социализму понадобится «новое рабство» и «новый мистицизм», то есть какие-то формы «охранения», которые будут держать общество в отсутствии свободы капитала (которой держится современное общество). И тут оказывается, что образец не рационалистического, а реального социализма — это православный монастырь. Православная цивилизация имеет образцом своего своеобразного экономического устроения — монашеский социализм. Так мысль Леонтьева описывает полный круг от ультрареакционерства к социализму.