Анонимный писатель, скрывший свою идентичность под именем священномученика Дионисия Ареопагита, ученика ап. Павла. Почти наверняка можно говорить о продуманности такого псевдонима: Псевдо-Дионисий Ареопагит как бы воплощает собой неоплатоническую философию, наконец-то нашедшую истину — Христа. Если замысел этого великого анонима был таким, то он не мог выбрать лучшего образа: тот древний эллин, настоящий Ареопагит, в Ареопаге (сердце Афин — сердце Античности) пошел за ап. Павлом услышав его безумную проповедь о Неведомом Боге. Псевдо-Дионисий Ареопагит — утонченный, блестящий неоплатоник, эллин от эллинов бросил себя на воспевание Неведомого Бога, открывшегося во Христе. Споры о том, к каким кругам принадлежал Псевдо-Дионисий Ареопагит, идут до сих пор: кто он? Монофизит, православный? Грек, сириец, грузин? Кем бы ни был этот человек, он не дает раскрыть себя и спустя полторы тысячи лет. Псевдо-Дионисий Ареопагит хотел оставить только вот это: гимн Неизреченной Красоте, путеводитель Ума к Светоносной Тьме. Этот замысел не погубить даже жадным до «атрибуций», «датировок» и «влияний» историкам и филологам. Впервые ареопагитский корпус был обнародован монофизитами на богословских прениях с православными, но очень быстро был реабилитирован, в основном стараниями Максима Исповедника.

Лучше всего писал о Псевдо-Дионисии Ареопагите и о спорах вокруг его псевдонима Х. У. фон Бальтазар: «Научим ли этого сирийского монаха, который жил около 500 г., чему-то новому, если ему докажем, что он не тождествен тому, кто обратился после речи на Ареопаге в 50 г.? Не находится ли вся эта проблема в совсем другой плоскости? На уровне характерного дионисиевского смирения и мистики, где он должен и хочет совсем отстраниться как личность, чтобы жить чисто в качестве Божественного задания — но зато в этом качестве с полной силой? Который как личность — как в дионисиевских "иерархиях" — совсем исчезает в taxis (порядке) и функции, чтобы эта функция максимально непосредственно (amesos) и прозрачно опосредовала Свет, находящийся в Церкви? Идентификация своего места непосредственно возле Иоанна и Павла для него является высшей необходимостью: если бы он ослушался, это была бы некоторая нечестность и предательство по отношению к истине. Мы не узнаем, кто есть Дионисий, пока в той идентификации не сможем усмотреть облик его любви к истине. Глубоко в сердце можем только радоваться тому, что ему удалось тысячу лет скрываться за именем Ареопагита, и даже во время разграбления могил, когда его вытащили на свет божий, наверное, навсегда скрыть свой облик. Мог ли он сказать нам больше, чем сказали его творения?»

О нем:

Хуго Балл

Мейендорф

Флоровский

Керн в «Антропологии св. Григории Паламы»

Яннарас «Хайдеггер и Ареопагит, или Об отсутствии и непознаваемости Бога»

Словарная статья Аверинцева

Статья В. Лосского «Отрицательное богословие в учении Дионисия Ареопагита»

Лосский в «Боговидении» глава «Святой Дионисий Ареопагит и святой Максим Исповедник»

В курсе Сорокина «Мистицизм»

Попов «Дионисий Ареопагит»

Максим Исповедник «O различных недоумениях у святых Дионисия и Григория (Амбигвы к Фоме)»

Бычков «Символическая эстетика Дионисия Ареопагита»